В 1945 после нескольких отказов издателей в Англии вышла книга GEORGE ORWELL: ANIMAL FARM, написанная в 1943-44. Тираж - всего около 4000 экземпляров. Украинский перевод выходит уже в 1947. Почему-то раньше русского. Его Струве и Кригер по заказу автора выполнили в 1949. Написание псевдонима и названия в заголовке статьи - оттуда. Если напряг был с бумагой и книга была запрещена в Союзе, то кто и для чего оперативно их спонсировал? Вопросы...
Шли годы. Вокруг упрямо долбили: книги Оруэлла - аллегория и сатира на Союз и революцию 17-го. Читая в молодости «1984», я был убеждён: такое грозит позднему СССР. Но если понимать пропорции, чем писателя поразила молодая Россия на фоне множества кровавых переворотов и диктатур довоенной Европы? Или мы упускаем что-то. А творец плутал в поисках недостижимого по привычке подобных себе. Может, антиутопия навеяна натурой, известной и хорошо понятной автору? В Союзе похожее будущее могло случиться разве лишь после смерти социализма. Тот к 1990 дал народу месяц отпуска в год, неделю из 5 рабочих дней по 8 часов, достойную пенсию в 40% от з/п. На неё выгоняли мужчин в 60, а женщин в 55 лет. Где комментаторы углядели параллели со страной из «Скотного двора»:
«…Давайте посмотрим правде в глаза: жизнь наша несчастная, полная трудов, кратковременная. Мы рождаемся, нас кормят едва достаточно, чтобы поддерживать дух в нашем теле, и те из нас, кто к тому способен, вынуждены работать до изнеможения. И в тот самый момент, когда мы не можем принести пользы, нас убивают с безобразной жестокостью. Ни одно животное в Англии, после того как ему минул год, не знает, что такое счастье или досуг. Ни одно животное в Англии не пользуется свободой. Жизнь животного — сплошное горе и рабство. Это сущая правда…
Но есть ли это просто часть природного порядка? Потому ли, что наша страна так бедна, она не может себе позволить предоставить приличное существование всем, кто живет в ней? Нет, товарищи...! Почва Англии плодородна, климат ее благоприятен, она может производить пищу в изобилии для гораздо большего числа животных, чем ныне обитает в ней... и все они жили бы с удобством и с достоинством, каких мы почти не можем себе представить. Почему же мы продолжаем влачить столь жалкое существование? Потому, что люди воруют у нас почти все плоды нашего труда...»
Никто не мешал в притче обозвать страну по-любому. Желая натянуть сову на глобус, можно в Англии узреть РСФСР... Мои смутные сомнения попытаюсь обосновать фактами из биографии Оруэлла. Начну с того, что он не бывал в СССР. Хотя разумно считал (цитаты - курсивом): «Вы ничего не узнаете об иностранном государстве, пока сами в нём не поработаете».
Папа нашего героя заведовал в колониальной администрации Индии поставками опиума. Мама народившееся дитя срочно увезла из Бирмы на воспитание в «старую добрую Англию». В одном из стихов Оруэлл рассказал, как в детстве влюбился в простолюдинку, но мать запретила послушному сыну не только играть, а даже видеться с нею. Посему сомнительна оценка писателем статуса семьи: …принадлежала к среднему классу. Скорее, - нижний высший. Принят на королевскую стипендию в Итон, самый аристократический, престижный и дорогой колледж Англии. Откровенно ленился и бросил его, не успев перейти в старший класс. "Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь". Наш герой нахватался верхов, и, не утруждая свой ум дисциплиной и углублённым изучением чего-либо, отправился на службу в полицию Бирмы офицером, где ему образования хватило. Странный выбор...
После 9 класса школьники СССР проходили летом неделю "военных лагерей". Мы жили в другой школе, как в казарме. Этих впечатлений достало, чтобы выбрать для поступления институт с наличием военной кафедры, освобождавшей от службы в армии. А тут свободолюбивый джентльмен - и в полицию. Зато показателен его пассаж: ...до 1930 года я… не считал себя социалистом.
Бирмой в XX веке рулил губернатор из Англии, что вызывало часто всплески недовольства аборигенов… А наш автор "честно" пишет в 1945: Британская империя — огромная разнородная организация, удерживаемая вместе в основном взаимным согласием... И режет умиротворительно правду-матку: Служба... мне была не по душе, она лишь пробудила... ненависть к империализму, хотя… отношения между бирманцами и англичанами нельзя назвать плохими…» Кто же его, нерадивого, заставлял? Пророк прикрыл третий глаз? Иначе не бьются выводы Оруэлла с крупным антибританским восстанием Сая Сана (1930–1932). Обходит он молчанием и причины полевения и свои симпатии в среде левых. Открытое досье писателя говорит, что он был "в некотором роде анархистом"...
Жизнь в Бирме - в тумане. Как и непонятный отъезд в дом родителей в Саутхолд. Далее - Париж, преподавание в частных школах и время, когда Оруэлл выдавал себя за бродягу. Тогда же отмечено первое внимание к нему спецслужб. И тоже без указания веских причин...
Зато сам автор сообщает о женитьбе и скоропалительной командировке на войну в Испанию новоиспечённой семьи. Чудной медовый месяц?! Переобувание колониального офицера в борца с тоталитарным капитализмом тоже не выглядит естественным и продуманным. Недаром "свой среди чужих" оказался в стане поднявших восстание против законной левой власти...
Оруэлл наводит тень на плетень: В результате ряда обстоятельств я присоединился не к интернациональным бригадам, как это произошло с большинством иностранцев, а к милиции ПОУМ, то есть к испанским троцкистам. Немного подсветим ситуацию.
В 1936 выборы в Испании выиграл Народный фронт - широчайшее, аморфное и маложизнеспособное объединение левых сил, получившее 265 мандатов из 473. В них Левый фронт Каталонии принёс 41 мандат, действуя только в своей провинции. И он напичкан разношерстными организациями: Пролетарская каталонская партия, Каталонская левая (РЛК, ССК, СК, Левая республиканская националистическая партия), РКД, Партия коммунистов Каталонии, ИСРП, каталонские секции Республиканской левой и ПОУМ. Так что, вполне естественно, что иностранцы ехали в Мадрид, а не в анархо-сепаратистскую Каталонию.
Версию, как Оруэллы оказались в Барселоне, даёт М. Карп: поскольку генсек компартии Британии в поддержке ему отказал. А с чего помочь то? Поехали по рекомендации НЛП, связанной в Испании с только что возникшей ПОУМ. Которая почему-то резко осуждала сталинские процессы и топила за Бухарина и Троцкого. ПОУМ приняли в левую коалицию анархисты, уже устроившие в Каталонии свою революцию. К ним подходили взгляды вдруг полевевшего в Англии Оруэлла: анархия, безграничная свобода и отсутствие дисциплины.
Разногласия Мадрида и Барселоны росли. СССР в местных разборках не рулил, как бы не старались антисоветчики навязать эту точку зрения. Коммунисты Испании, коих можно считать сталинистами, имели лишь 17 мандатов из 265. Союз поддерживал добровольцами и оружием левое законное правительство в борьбе с военной хунтой, опиравшейся открыто на фашистские лозунги капитала. Заговор против республики возник ещё до официального признания победы левых на выборах…
Как знавший расклад Оруэлл мог писать: …в середине 1937 года, когда коммунисты подчинили своему контролю (или частичному контролю) испанское правительство и начали преследовать троцкистов… Если кто и пытался заставить анархистов Барселоны следовать общей цели, так это центральная власть Испании. Мадрид требовал подчиняться приказам, а не двигать «революцию», в те годы явно не жизнеспособную. И что значит: «подвергся риску быть арестованным»? Приехал воевать? Воюй, а не шляйся по столице Каталонии непонятно зачем…
...между тем многие из наших друзей были расстреляны, другие провели большую часть времени в тюрьмах или просто исчезли. Сколько же друзей было у Оруэлла? Кто расстрелял? Когда? Любимые Оруэллом анархисты без формальностей отправляли на тот свет, не желая пользовать тюрьмы несправедливого государства. Массовые франкистские репрессии и чистки проводились и в ходе Гражданской войны, и после неё. Только в Уэске, где ранили писателя, расстреляли 100 масонов, хотя таковых было 10. На 38000 жертв красного пришлось 200 000 белого террора. В последующие годы в тюрьмах и лагерях оказались ещё 400 тысяч… С тех пор Испания размеры белого террора стала сравнивать с «холокостом». А РФ осторожно сдувает размеры т.н. «большого террора».
Только «великий предсказатель» почему-то упрямо видел одно: Эта охота за людьми в Испании развертывалась в то же самое время, что и «Большой террор» в Советском Союзе. Она явилась своеобразным к нему дополнением. Откуда узнал? И как ныне читать его необоснованно «веский» вердикт: В том, что касается Испании, я имел все основания полагать... обвинения были сфабрикованными... Полагают без аргументов не социалисты, а антикоммунисты. Право на свой взгляд имеют все. Но народный фронт Испании, придя к власти, лишь сослал Франко в провинцию, как Москва Троцкого. А ответом каудильо было поголовное уничтожение даже сочувствующих... И «красный трибун» пользовал в Гражданскую децимации, поставив себя рядом с Деникиным и белофиннами.
Продолжение...