Бухгалтер показывала 17 млн убытков. Оказалось — 20 млн прибыли
Рассказываю историю моего клиента из Челябинска. Собственник пришёл с фразой, которую я запомнила надолго: «Оксана, у меня больше ярда оборота, а прибыли нет. Что делать?»
Бизнес — техника. Товара полные склады. Денег на счетах хватает. Сотрудники работают, поставки идут, продажи тоже.
А отчётность показывает 17 млн убытков по году. Бухгалтер объяснить не может: «считаю как умею, цифры такие». У собственника депрессняк, ситуация выглядит безвыходной: продаёт, оборот растёт, а в плюс выйти не получается.
Зашли в работу. Первый же вопрос: какой характер сделок? Прямые продажи, комиссионная торговля, агентские договоры — что в портфеле? Ответ: смешанный режим, значимая доля идёт через комиссию.
В этот момент картина стала понятной.
При комиссионной торговле компания-комиссионер юридически не покупает товар у комитента и не продаёт его как свой. Она реализует чужой товар, получая за это комиссионное вознаграждение. В выручку идёт только сумма комиссии, не полная цена реализации. Себестоимость учитывается тоже иначе — товар на комиссии проходит по забалансовому счёту 004, а реальные расходы у комиссионера — это собственные операционные затраты.
В челябинской компании весь товар на комиссии шёл через учёт как обычная купля-продажа. В выручку залетала полная сумма реализации. Себестоимость рассчитывалась по фактической передаче товара, а не по корректным правилам. Возвраты и невыкупленный товар повисали на остатках. Результат — выручка раздута, себестоимость раздута, валовая прибыль искажена, и итог по году идёт минусом.
В реальности при том же обороте, той же физической торговле, тех же фактических деньгах на счетах компания была прибыльной.
Когда мы перенастроили учёт комиссионной торговли по правилам — договор комиссии корректно отражён, выручка по сумме вознаграждения, забалансовый учёт чужого товара, корректная себестоимость собственных операций — получилось +20 млн прибыли по году.
Разница — 37 млн только из-за того, что учётная политика не соответствовала фактической модели бизнеса.
Что отсюда важно вытащить.
❤️ Первое — это не история про «плохого бухгалтера». Бухгалтер делала свою работу честно, по сложившейся в компании практике. Ошибка лежала уровнем выше — в учётной политике, которую никто никогда не пересматривал под характер сделок. А именно учётная политика, по сути, определяет, как считаются финансы компании.
❤️ Второе — собственник был прав в своём ощущении. Когда продажи идут, оборот растёт, склады полные, а отчётность показывает убытки — это рабочий сигнал, что в учёте что-то не сходится. Об этом был отдельный пост в предыдущем блоке. Доверять интуиции в этой точке нужно больше, чем отчёту.
❤️ Третье — пересмотр учётной политики окупается в большинстве случаев. Стоимость аудита и переналадки на порядок меньше, чем разница, которую он вскрывает. В челябинском кейсе работа окупилась многократно за один цикл.
Если у вас сейчас оборот растёт, бизнес выглядит здоровым, а отчётность не показывает прибыль или показывает её сильно меньше ожиданий — приходите на консультацию. За полтора-два часа разберём, где у вас может быть зашита аналогичная ошибка и сколько примерно она вам стоит.
