Давайте представим: вы открываете роман, и на первой странице автор говорит вам: «Эту книгу можно читать двумя способами».
Первый — как обычный роман, с первой главы до последней.
Второй — по специальной схеме, которую автор прилагает в начале: глава 73, потом 1, потом 2, потом 116, потом 3, потом 84...
И это не одна и та же история, прочитанная в разном порядке. Это два разных романа в одной книге. С разным смыслом, разным финалом, разным героем — при том что текст один и тот же.
💡 Вы держите в руках «Игру в классики» Хулио Кортасара. Один из самых дерзких экспериментов в истории мировой литературы.
И после него понятие «читать книгу правильно» перестало существовать.
Кто такой Кортасар — и почему он позволял себе всё
Хулио Кортасар (1914–1984) — аргентинец, живший в Париже, переводчик Эдгара По на испанский (вот и снова По!), джазовый меломан, левый интеллектуал и один из главных архитекторов латиноамериканского литературного бума.
Он был высоченным — почти два метра — и при этом производил впечатление человека, который существует чуть-чуть не в этом измерении. Его рассказы наполнены порталами в параллельные миры, существами, которые живут внутри людей, и реальностью, которая в любой момент может выскользнуть из-под ног.
Но при всей своей фантастичности Кортасар был очень точным мыслителем. Он не просто писал странные истории — он думал о том, как устроена литература. Что такое роман. Что такое читатель. Что такое смысл.
И в 1963 году он написал книгу, которая ответила на эти вопросы радикально.
📗 Что такое «Игра в классики»
Роман состоит из 155 глав.
Первые 56 — это основной текст. История аргентинца Орасио Оливейры, который живёт в Париже, любит джаз и женщину по имени Мага, пьёт с друзьями, философствует, теряет всё и возвращается в Буэнос-Айрес.
Главы с 57 по 155 Кортасар называет «расходным материалом». Это дополнительные главы — комментарии, отступления, цитаты из несуществующих книг, философские эссе, анекдоты, описания снов.
Если читать роман линейно (главы 1–56), вы получаете историю об одиночестве, любви и поиске смысла. Грустную, красивую, традиционную по структуре.
Если читать по схеме — вы получаете совершенно другой опыт. «Расходный материал» врывается в повествование, ломает его, комментирует, противоречит, добавляет новые смыслы. История перестаёт быть линейной и становится объёмной — как джазовая импровизация, где тема звучит, но постоянно уходит в сторону и возвращается неузнаваемой.
❓ Почему это революция
До Кортасара роман был договором между автором и читателем.
Автор пишет — читатель читает. Автор выстраивает порядок — читатель следует. Смысл течёт в одну сторону: от страницы к голове.
Кортасар разорвал этот договор.
Он сказал читателю: ты тоже автор. Ты выбираешь маршрут. Ты решаешь, какой роман хочешь прочитать. Смысл возникает не на странице — он возникает между страницей и тобой.
Это была идея, которая витала в воздухе в начале 1960-х. Ролан Барт через несколько лет напишет эссе «Смерть автора» — о том, что смысл текста создаётся читателем, а не писателем. Кортасар сделал то же самое, но не в теории, а на практике. Не в эссе — в романе.
Он убил автора изнутри книги.
🚩 Игра в классики как метафора
Название — не случайное.
Классики (или «классики-квадратики», в которые прыгают дети) — это игра, где нужно прыгать по клеткам в определённом порядке, чтобы добраться до «Неба» в конце.
Кортасар использует эту метафору буквально и философски одновременно.
Буквально: роман — это игровое поле, по которому читатель прыгает в заданном или произвольном порядке.
Философски: вся жизнь Оливейры — это поиск «Неба». Некоего центра, смысла, точки, где всё встанет на место. Он ищет его в Париже, в Маге, в джазе, в философии. Не находит. Возвращается в Буэнос-Айрес. Ищет снова.
Финал первого способа чтения открытый и трагичный: Оливейра стоит на подоконнике и смотрит вниз на игровую площадку, где нарисованы классики. Прыгнет ли он? Мы не знаем.
Финал второго способа чтения не существует. Схема создаёт бесконечную петлю между двумя главами — роман не заканчивается. Читатель прыгает между ними вечно.
Оливейра не нашёл Небо. И читатель — тоже.
Как это повлияло на литературу
После «Игры в классики» мир литературы уже не мог притвориться, что ничего не произошло.
📚 Гипертекстовая литература
В 1980-х появились первые гипертекстовые романы — тексты, где читатель выбирает, по какой ссылке перейти. Это прямые наследники Кортасара. Интернет сделал эту идею массовой: любой сайт — это нелинейный текст, по которому каждый читатель движется своим путём.
📚 «Выбери своё приключение»
Серия детских книг Choose Your Own Adventure (в СССР — «Книги-игры») — прямое воплощение кортасаровской идеи для массовой аудитории. Ты читаешь до развилки: «Если хочешь войти в пещеру — переходи на страницу 34. Если хочешь убежать — переходи на страницу 67».
📚 «Бледный огонь» Набокова
В 1962 году — за год до «Игры в классики» — Набоков выпустил роман, состоящий из поэмы и комментариев к ней. Комментарии важнее поэмы. Порядок чтения — под вопросом. Два гения думали об одном и том же одновременно, не зная друг о друге.
📚 «Хазарский словарь» Павича
Милорад Павич в 1984 году написал роман в форме словаря, статьи которого можно читать в любом порядке. Он прямо называл Кортасара своим предшественником.
📚 Видеоигры
Современные нарративные игры — «Disco Elysium», «Planescape: Torment», «80 Days» — это нелинейные романы, где читатель/игрок строит историю сам. Кортасар предвидел это за 60 лет до их создания.
⚡ Три вещи, которые Кортасар сломал навсегда
1️⃣ «Правильный» порядок чтения
После «Игры в классики» стало ясно: порядок — это выбор, а не закон. Некоторые читатели начинают романы с последней страницы. Некоторые читают только диалоги. Некоторые открывают книгу наугад. Кортасар сказал: это нормально. Более того — это интересно.
2️⃣ Всевластие автора
Автор больше не диктует. Он предлагает. Читатель соучаствует. Текст — не монолог, а диалог между тем, кто написал, и тем, кто читает.
3️⃣ Границы романа
Что такое роман? Связная история с началом, серединой и концом? После Кортасара — нет. Роман может быть словарём (Павич), сноской (Дэвид Фостер Уоллес), игрой (Кортасар), перепиской (Эпистолярный жанр), списком (Перек).
Форма — это тоже смысл.
💯 Стоит ли читать «Игру в классики» сегодня
Да. Но с пониманием того, на что вы идёте.
Это не лёгкое чтение. Кортасар не рассказывает историю — он создаёт опыт. Местами скучный, местами оглушительный, местами смешной, местами невыносимо грустный.
Оливейра — не симпатичный герой. Он эгоист, интеллектуальный сноб, плохой возлюбленный. Но он настоящий — со всей своей неспособностью найти место в мире.
Читайте сначала линейно (главы 1–56). Почувствуйте историю. Потом — по схеме. Почувствуйте, как она рассыпается и собирается заново.
Это два разных романа. И оба — про вас.
Про то, как вы ищете смысл. Меняете маршрут. Возвращаетесь к началу. Снова ищете.
И, может быть, так и не находите Небо.
Но игра того стоит.
🔖 Для любопытных:
- Хулио Кортасар (1914–1984) — аргентинский писатель, живший в Париже с 1951 года. Переводил Эдгара По, Дефо, Честертона на испанский. Умер в Париже от лейкемии.
- «Игра в классики» вышла в 1963 году и немедленно стала сенсацией латиноамериканского литературного мира. На русский язык переведена Леонидом Синянским.
- Кортасар также написал рассказ «Непрерывность парков» — один из самых коротких и совершенных образцов метафикции: герой читает роман, в котором убивают его самого.
- «Хазарский словарь» Павича существует в двух версиях — мужской и женской. Они отличаются одним абзацем. Каким — автор не говорит.
- Книги серии Choose Your Own Adventure проданы тиражом более 250 миллионов экземпляров. Кортасар был бы доволен.
❓ 💬 А вы когда-нибудь читали книгу «не по правилам» — с конца, с середины, вразброс? Или, может, слышали об «Игре в классики»? Делитесь в комментариях — интересно, как вы читаете! 📚✨
_____________________________________________________________