Премьера "Гамлета" с Юрой Борисовым вызвала волну резкой критики. Спектакль обвиняют в "монетизации хайпа" и даже есть те, кто говорит, что это "театральная катастрофа". Вокруг постановки разгорелись споры о смысле эксперимента, ответственности артистов и месте зрителя. Хотя нашлись и те, кому спектакль показался блистательным.
В МХТ им. Чехова сделали "Гамлета" в заглавной роли с номинантом на "Оскар" Юрой Борисовым, но премьера оказалась не просто новой театральной работой, а событием, расколовшим критиков и зрительскую аудиторию. Одни видят в постановке попытку освежить классику, а другие — профанацию, притворяющуюся модным фестивальным продуктом.
Критики буквально негодуют, говоря, что это "театральная катастрофа", "монетизация хайпа", "аттракционная зона" — эти и другие формулировки можно услышать в рецензиях и видеокомментариях.
Театральный и киноблогер Екатерина Гуркина обвинила постановку в желании привлечь "золотую молодёжь".
""Гамлет" с Юрой Борисовым — это приманка для зумеров и постоянных тусовщиц с Патриков, которые дают интервью на вечнозеленую тему, сколько должен зарабатывать мужчина", — написала он.
Именно она и назвала спектакль "монетизацией хайпа". Гуркина признала Борисова хорошим актёром, но сочла, что он "не соответствует образу Принца Датского", отметив при этом нелогичные возрастные решения в кастинге.
"В афише весьма зрелых Чиповскую и Борисова называют Аней и Юрой, а вот Клавдия‑Максимова — не Дрончиком, а почему‑то Андреем. В общем, список косяков можно продолжать...", - рассуждает она.
Самая резкая реакция прозвучала от Олега Меньшикова. Он опубликовал развёрнутый видеокомментарий.
"То, что я увидел, — это театральная катастрофа. Театр породил чудовище", — заявил артист.
Меньшиков возмущён модной интерпретацией с претензией на глубокие смыслы, когда, по его мнению, "ни одной мысли нет".
"Какие смыслы? Там ни одной мысли нет, там даже зарождение мысли отсутствует", - негодует он.
По его словам, спектакль ближе к КВН и к "молодой режиссуре", усвоившей лишь фразу: "Я так вижу!". Он призвал коллег — актёров и руководителей — брать на себя ответственность за то, что выпускают на сцену.
Театральные критики разделились, но многие согласны с его основной мыслью, что эксперимент допустим, но он должен быть осмысленным.
"Эксперимент в театре имеет право на существование, но он не освобождает от мысли, вкуса и ответственности",- поддержала Меньшикова Эмилия Деменцова в беседе с "Газетой.Ru".
Она подчеркнула, что нельзя ставить спектакль "вокруг медийной персоны, как вокруг рекламного щита".
"Спектакль ставится не вокруг фамилии, а вокруг смысла. Иначе получается дорогостоящая аттракционная зона с цитатой из классики на вывеске", - отметила критик.
Её коллега Наталья Витвицкая, напротив, в рецензии для "Ведомостей" увидела в спектакле "ребус без разгадки", но при этом отметила "безупречную, практически эстетскую красоту" постановки и метафоричность происходящего. По её мнению, Борисов одновременно и Робокоп, и обиженный мальчишка — образ, который режиссёр использует, чтобы показать "убогость современного мироустройства".
"Чтобы выжить в страшные времена, нужно понять, кто ты и зачем", - рассуждает Витвицкая.
Позиция разделилась и среди публики. Одни возмущены ценовой политикой, ведь официальные билеты стоят от 3 до 50 тысяч рублей, а у перекупщиков достигали 200 тысяч. Многие считают, что за такие деньги зритель вправе требовать не шоу, а полноценно мыслящего спектакля.
Актёр и депутат Дмитрий Певцов, заявил, что он "не видел и не пойдёт", но обеспокоен ценами.
"Если сделать порнографический спектакль, то билеты можно продавать ещё дороже. Так что цена ни о чём не говорит", - высказался он.
Другие пользователи соцсетей указывали на право режиссёра на эксперимент и защищали постановку как попытку переосмыслить классику.
Пожалуй, одна из самых болезненных претензий к спектаклю — утрата трагедийности и мысли, без которых Шекспир перестаёт быть Шекспиром.
"Если в спектакле нет трагедии, мысли и боли, то фольга, пинг‑понг, рейв и любые режиссёрские трюки становятся не языком спектакля, а дымовой завесой", - рассуждает Деменцова.
Она напоминает о роли театра, известного на всю страну. По её мнению, зритель, покупая билеты по цене ювелирного украшения имеет право не только "на модное событие, но и на искусство".
Что касается игры актёров, претензий к техническому мастерству Борисова и коллег немного. Его исполнение и физическая подготовка получили положительные оценки.
"С задачами, которые перед ним ставил режиссёр, он справился. Монолог произнёс, хорошую физическую форму продемонстрировал, на роликах покатался, в пин-понг поиграл", — пишет автор рецензии "КП".
В то же время остаётся вопрос, почему артист согласился на такой режиссёрский замысел. Может ради эксперимента, тщеславия или ещё чего‑то? Борисов на вопросы прессы не ответил.
""Испанский стыд" от номинанта на "Оскар" за 200 тысяч рублей", - написали в телеграм-канале Царьград ТВ.
"Ждем комментарии Хабенского на эту тему. Как в его вотчине на сцену такое просочилось, чего не смогла понять аудитория", - пишут в комментариях под ним.
Зрители поделились с "АиФ" после спектакля, что "за такие деньги всё-таки ожидали большего", но не смогли уточнить чего. Кто-то отметил, что с Высоцким и Смоктуновским Борисову не тягаться, но "сыграл оригинально".
"Борисов и остальные будто кривлялись", - высказался один из зрителей
В итоге режиссёрский эксперимент столкнулся с ожиданиями аудитории и профессиональной этикой. Театр, по мнению многих критиков, обязан думать о зрителе и не прятаться за модными приёмами. Меньшиков призвал коллег не оставаться в стороне.
Премьера "Гамлета" в МХТ им. Чехова стала тестом для современного театра: насколько он может рисковать и какой ценой. Ответа сегодня нет, так как мнения разошлись, но, по словам критиков, им тревожно за публику, которую можно отвернуть от театра одним подобным спектаклем. Потом сложно будет восстановить её доверие.