На карте Арктики среди сотен мужских имён есть одно женское. Среди проливов, мысов и островов, носящих фамилии первооткрывателей, – Берингов пролив, мыс Челюскина, море Лаптевых, остров Врангеля – притаилась маленькая бухта, которая называется она бухтой Марии Прончищевой. Только вот Марии среди исследователей Прончищевых никогда не было. Зато была Татьяна. И история её такова, что хочется рассказывать её снова и снова.
Красивая пара
Свадьбу сыграли 20 мая 1733 года. Ему было 31 год и был он лейтенантом флота, белокурым статным моряком, успевшим повоевать на Каспии в Персидском походе Петра I. А ей – всего 22, она была стройной брюнеткой с умными миндалевидными глазами, дочерью рано умершего помещика из Тульской провинции. Они были знакомы, скорее всего, с детства: имения их семей стояли по соседству. И поженились они по большой, просто огромной любви.
Медового месяца у них почти не было. Уже в конце июня молодые спешно выехали из Петербурга в Сибирь: Василий Прончищев получил назначение командовать одним из отрядов Великой Северной экспедиции под руководством Витуса Беринга. Задача была нанести на карту российское побережье Арктики между Леной и Енисеем. Путь предстоял в десять тысяч вёрст, и Татьяна решила, что поедет с ним.
Морской закон
Женщин на военные суда не брали. Это был не просто обычай – это был закон, и никаких исключений он не знал. Как Прончищев отнёсся к решению молодой жены, можно только догадываться. Возможно, возражал, убеждал, объяснял. А может и радовался в глубине души, что не ошибся в выборе спутницы. Но так или иначе просьбам жены молодой супруг уступил, а вместе с ним уступил и весь экипаж: моряки встали за Татьяну горой и поклялись командиру молчать о сией вольности. Никто не должен был узнать, что на борту «Якутска» есть женщина.
И, наверное, не узнали бы, если бы путешествие это закончилось хорошо.
Долгая дорога
Полтора года длился путь по Сибири до Якутска. Из столицы – в Казань, оттуда вверх по Каме, потом санным путём через Тобольск, и все дальше, дальше, в неизведанную глушь арктических просторов. Татьяна вынесла все лишения этой дороги наравне с мужчинами.
Посреди пути случилась беда. Собственный денщик Прончищевых обокрал их и сбежал – унёс деньги и фамильные украшения, всё, что у них было. И это означало, что оставить жену зимовать на берегу, ожидая его возвращения, он теперь не сможет: попросту не на что. Так кража парадоксально сделала их разлуку невозможной.
29 июня 1735 года «Якутск» спустили на воду в Якутске. Другие офицерские жёны – и супруга самого Беринга, и жена его ближайшего помощника Чирикова – остались на берегу; на борт взошла одна Татьяна Прончищева.
Зимовка в Усть-Оленьке
Первое арктическое лето оказалось коротким и злым. Уже в конце августа ударили морозы, обледенел такелаж, в корпусе «Якутска» открылась течь. Прончищев принял решение зимовать в Усть-Оленьке – небольшом поселении на правом берегу реки Оленёк.
Местные жители при виде военных судов и вооружённых людей в панике разбежались по тундре. Но то, что не смогли сделать суровые мужчины, сделала Татьяна: она вышла к напуганным эвенкам и якутам и нашла с ними общий язык. Сам факт того, что среди военных есть женщина, оказался убедительнее любых слов.
Моряки построили для себя две избы и ушли на зимовку, но их настигла новая беда. Начиналась цинга, а морозы тем временем крепчали.
Весть о необычных гостях разошлась по округе, и сюда стали приезжать любопытствующие из окрестных сёл. Прончищев собирал сведения о побережье, о здешних народах, о полезных ископаемых края. Татьяна помогала вести записи. А к весне Василий Прончищев заболел и к началу следующей навигации не успел поправиться.
Последний поход
В августе 1736 года «Якутск» вышел на север вдоль восточного берега Таймыра. Ветер был попутный, но слабый, льда становилось всё больше. Судно шло, как записано в отчёте, «через великую нужду» – иногда по каналам шириной в несколько саженей, каждую минуту рискуя быть раздавленным. Люди не могли согреться:
«и ото льдов великая стужа, и в тёплом платье едва гретися возможно».
Впереди и по обе стороны корабля стояли огромные льдины, и в какой-то момент плыть дальше стало невозможно. Моряки повернули назад, не зная, что только что вошли в пролив, отделяющий Таймыр от архипелага Северная Земля, и что достигли широты 77°29' дальше которой в этих водах до них не заходил никто.
Капитан же лежал в каюте и страдал от болей. И все это время рядом с ним был его самый любимый человек, который в свою очередь также любил его больше жизни - жена Татьяна.
Туфельки на французском каблуке
28 августа «Якутск» подошёл к устью Оленька. С Прончищевым приключилась ещё одна беда, последняя: он сломал ногу. Вернувшись на судно, он потерял сознание и больше не приходил в себя. Всё последующее время свирепствовала непогода, и корабль не мог подойти к берегу. Всё это время Татьяна оставалась рядом с телом мужа.
6 сентября Василия Прончищева похоронили на высокой сопке неподалёку от Усть-Оленька.
Татьяна не уходила от его могилы. Команда уговаривала, но она отказывалась. Через две недели скончалась и она, как говорили, от невыносимой тоски. Ей было 26 лет.
Её похоронили рядом с мужем. Моряки положили её в гроб в изящных туфельках – узконосых, без задников, на высоком французском каблуке. Среди вечной мерзлоты эти туфельки выглядели как воспоминание о другой жизни – той, которую их хозяйка с радостью променяла на неизвестность, зато вместе с любимым человеком.
Последняя запись о ней в бортовом журнале «Якутска» звучит так:
«В начале сего 4 часа с полуночи бывшего командира дубель-шлюпки «Якуцка» Прончищева волею Божией жена его умре…»
Ошибка на карте
Моряки не забыли её. Когда через годы военные гидрографы стали наносить на карту открытые в ходе экспедиции места, один из мысов на берегу Таймыра они назвали её именем. Со временем от слова «мыс» осталась одна буква «м». Потом её расшифровали как первую букву имени – Мария. И бухта, что приютилась на восточном побережье Таймыра, стала называться бухтой Марии Прончищевой.
Хотя звали ее Татьяна.
Прошло почти 300 лет, и сегодня доподлинно известно: единственной женщиной, участвовавшей в Великой Северной экспедиции, была именно она – Татьяна Фёдоровна Прончищева. Но ведь главное, что мы помним о ней, правда?
Друзья, напоминаю, что ваш лайк бесценен!