Что-то неладное происходит в нашем царстве-государстве — и на этот раз тревожные сигналы пошли не от уличной оппозиции, а сразу из двух разных лагерей, которые обычно не действуют синхронно. Политический стример и автор Telegram-канала «Шестой день» Роман Романов практически в открытую поставил под сомнение способность действующего президента удерживать контроль над ситуацией, назвав его человеком, которому «страшно сидеть на троне». Почти одновременно бывший сотрудник Администрации Президента и политтехнолог Алексей Чадаев выступил с куда более сухим, но не менее жёстким текстом о слабости внутриполитического блока власти и необходимости создания «твёрдой команды».
На первый взгляд — две разные интонации. Один играет в эмоциональную публицистику, второй — в аппаратный анализ. Но если убрать стилистические различия, останется одно и то же послание: нынешняя система управления якобы перестаёт справляться, а Сергей Кириенко начинает подаваться как фигура, вокруг которой можно выстроить новый центр влияния.
Слишком точное совпадение, чтобы считать его случайностью. В политике такие вещи редко происходят спонтанно. Когда внешний критик и человек из бывшей кремлёвской обоймы почти синхронно начинают продвигать одну и ту же тему, это уже не просто мнение. Это сигнал. Либо пробный шар для элит, либо аккуратно организованный аппаратный вброс. А скорее всего — комбинация обоих сценариев.
Романов не стал выбирать выражения. Он едва ли обвинил Гаранта не трусости, причем сделал это в такой резкой манере, в которой позволяют себе говорить разве что оппозиционеры вещающие из-зу ребежа. Сказано было буквально следующее:
И тут же прозвучало имя «достойного» — Сергей Кириенко. В качестве аргументов были приведены его поездки на Донбасс «с автоматом в руках» и более жёсткая риторика по поводу СВО.
Чадаев действует тоньше. Он не использует резких реплик и действует в аппаратной манере, как заядлый технократ. Его язык — это язык чиновничьих кабинетов и аппаратных записок. Но смысл текста от этого не меняется. Он прямо говорит о том, что внутриполитический блок Администрации Президента не обладает достаточным влиянием и нуждается в усилении. А поскольку именно Кириенко курирует этот блок, вывод читается без труда: полномочия должны быть перераспределены в его пользу.
«Единственная структура, которая непосредственно отвечает перед Верховным за настроения людей, рейтинги и выборы — это АП. И то не вся, а два её блока — внутриполитический и медийный. <…> Нужна твёрдая команда»
— написал Чадаев.
И здесь начинается самое интересное.
Ни Романов, ни Чадаев не выглядят как случайные комментаторы, внезапно озаботившиеся судьбой государства. У каждого за плечами вполне определённая биография и понятные интересы.
Роман Романов — политолог, выпускник философского факультета МГУ, в прошлом сотрудник «Взгляда», LifeNews и PolitRussia. Позже он ушёл в независимые медиа и занял нишу стримера-аналитика с выраженной оппозиционной подачей. Его стиль построен на резких формулировках, эмоциональном давлении и постоянном нагнетании конфликта. Он давно не скрывает негативного отношения к действующей власти. По сути, Романов давно превратился в профессионального политического провокатора, который ловит внимание аудитории на громких тезисах и кризисных ожиданиях.
Но тогда возникает вопрос: почему именно сейчас его заявление о «преемнике» так удачно совпало с публикацией человека, десятилетиями работавшего внутри системы?
Алексей Чадаев — совсем другая категория. Это не внешний критик, не хайпожор, а бывший участник самой машины власти. В нулевые он трудился в Управлении внутренней политики Администрации Президента, сотрудничал с Общественной палатой, принимал активное участие в избирательных кампаниях, создавал сценарии для власти. По сути это свой человек, если можно так выразиться "кириенковский. Он прекрасно понимает, как устроена кремлёвская вертикаль и какие сигналы внутри неё считаются допустимыми.
Когда такой автор внезапно начинает публично говорить о слабости внутриполитического блока и необходимости «твёрдой команды», он не занимается отвлечённой аналитикой. Это уже аппаратное лоббирование. По сути, речь идёт о попытке повысить вес той части политической системы, которую контролирует Кириенко, в обход силовиков и экономического блока.
Поэтому синхронность публикаций выглядит особенно показательно. Один — внешний медиаспикер, другой — человек из старой аппаратной среды. И оба одновременно запускают разговор о возможном транзите власти и фигуре потенциального преемника.
Причём обсуждение идёт в обход любых демократических механизмов. Ни Романов, ни Чадаев, не предлагают спросить мнение общества. И это ключевой момент.
Ни один из авторов не говорит о выборах. Ни один не предлагает референдум. Никто не упоминает процедуры народного волеизъявления или конституционные механизмы смены власти (которых кстати в Конституции почти не осталось, кроме разве что 93-й статьи об "импичменте")
Романов предлагает президенту фактически «уйти самому». Чадаев рассуждает о перераспределении полномочий внутри системы и прямо говорит что нужна "твердая команда". То есть речь идёт не о демократии, а о классическом элитном сценарии, где судьбу государства обсуждает узкий круг политических и аппаратных игроков. Народ в этой конструкции отсутствует как субъект.
И это особенно странно на фоне результатов президентских выборов 2024 года, где действующий глава государства официально получил 87,28% голосов. Да, можно спорить о происходящих событиях, можно критиковать власть, выражать недовольство действиями главы государства, но игнорировать сам факт состоявшихся выборов — значит не только не уважать Конституцию, но и тот самый народ, от имени которого они якобы говорят.
Именно поэтому подобные тексты выглядят не как «свободная дискуссия», а как попытка постепенно подготовить общественное мнение к идее смены лидера неконституционным путем.
Да, формально Романов не призывает к насильственным действиям. Он говорит о «добровольной передаче». Но история знает десятки примеров, когда давление через публичную риторику о «слабости», «усталости» и «неспособности управлять» становилось первым этапом политического демонтажа. Сначала лидера объявляют потерявшим контроль, немощным, не способным принимать принципиальные решения. Затем начинают продвигать «более решительную фигуру». А дальше запускается аппаратный процесс, который обществу преподносят как неизбежность.
Это старая как мир технология, и судя по всему именно она сейчас начинает применяться прямо на наших глазах.
Теперь — о самом Кириенко.
Сегодня Сергей Кириенко занимает пост первого заместителя руководителя Администрации Президента и курирует внутреннюю политику. Его влияние внутри системы действительно велико. Но публичным политиком его назвать сложно. Он почти не участвует в открытых дебатах, избегает интервью и предпочитает оставаться фигурой аппаратного уровня. Его главный ресурс — не харизма, а управленческая сеть и способность работать в тени. Он этакий современный Ришелье.
Однако именно здесь и скрывается проблема.
Как только такого человека начинают выводить в публичное пространство в качестве возможного «преемника», он автоматически теряет своё главное преимущество — незаметность. Для серого кардинала публичность часто оказывается токсичной. Система ценит его именно за способность влиять на процессы без лишнего внимания.
К тому же у Кириенко далеко не безупречная репутация. В массовой памяти до сих пор живёт дефолт 1998 года, случившийся в период его премьерства. Да, позже была работа в «Росатоме», где его команда добилась серьёзных результатов. Но и нынешний внутриполитический блок, который он курирует с 2016 года, нельзя назвать безусловно успешным. Даже лояльные эксперты признают проблемы с легитимностью выборов, падением доверия и ростом внутреннего напряжения.
И здесь возникает неудобный вопрос: если система, за которую отвечает Кириенко, сталкивается с серьёзными трудностями уже сейчас, то почему её архитектор автоматически считается решением проблемы?
Более того, нельзя исключать и другой сценарий. В аппаратной политике публичная поддержка нередко становится способом политического уничтожения фигуры. Когда человека слишком рано начинают продвигать как «будущего лидера», он превращается в мишень сразу для всех конкурирующих групп. Поэтому действия Романова и Чадаева могут быть не поддержкой Кириенко, а наоборот — попыткой сделать его токсичным для верхушки.
Именно поэтому происходящее нельзя воспринимать как обычный обмен мнениями между публицистами.
Перед нами — явный политический демарш. Причём демарш, в котором одновременно участвуют и внешние медийные игроки, и представители старой аппаратной среды. Их задача — запустить в публичное пространство тему транзита власти задолго до окончания президентского срока.
При этом никаких законных механизмов такого транзита они не предлагают. Нет разговора о выборах, нет дискуссии о партийной конкуренции, нет идеи широкой общественной поддержки. Есть только намёк на необходимость кулуарного перераспределения власти внутри элиты.
Россия остаётся президентской республикой. А это означает, что единственный легитимный механизм смены власти — выборы. Следующая президентская кампания должна состояться в 2030 году. Всё остальное — разговоры о «достойных преемниках», «твёрдых командах» и необходимости срочного усиления отдельных фигур — выглядит уже не как аналитика, а как попытка политического давления на саму конструкцию действующей власти.
И чем активнее подобные сигналы начинают звучать одновременно из разных источников, тем очевиднее становится: борьба за будущий транзит внутри элит, похоже, уже началась.
Дорогие друзья. С каждым днем откровенно говорить на злободневные темы становится все труднее. Заинтересованные люди старательно «закручивают кран» тем авторам, кто еще пытается говорить правду. Почему — думаем, объяснять, наверное, не надо. Наш канал держится на голом энтузиазме, поэтому, если кто-то посчитает возможным для себя оказать ему помощь, будем очень благодарны. Помочь очень просто — достаточно просто нажать на кнопку «Поддержать» в правом углу и внести любую неразорительную для вас сумму.