Оригинал текста здесь
Школа альпинизма MCS AlexClimb
Спустившись с перевала, мы поставили лагерь на пологом склоне широкого ущелья. Группа расползлась по палаткам, отдыхая перед завтрашним восхождением, а я решил прогуляться – без каких-либо поставленных целей. Хотелось просто размяться после тяжёлого перехода с рюкзаком, а также удовлетворить любопытство – посмотреть, что видно за соседним хребтом.
Компанию мне никто не составил – подъём на перевал был тяжёлым и больше способствовал ленивому лежанию в тёплом спальнике, чем каким-то непонятным вечерним прогулкам по окрестным буеракам.
До заката оставалось около двух часов, и я взял курс на вершину соседнего хребта – было интересно посмотреть, какой новый вид открываться со скальной пилы высокого гребня, полностью закрывающему панораму гор в направлении северо-востока.
Потратив примерно час на подъём и набрав 700 м высоты, я оказался на удобном скальном балконе – неширокой пологой полке, которая опоясывала неприступный скальный бастион вершины, венчающей гребень.
На последних метрах подъёма я ощутил знакомое чувство приближающегося события – пока ещё непонятного характера, но явно настроенного случиться со мной именно в самое ближайшее время. Давно и профессионально занимаясь горами, я привык доверять своей интуиции – если мне что-то кажется, это значит, что уже не кажется. Впрочем, это работает не только в горах.
Как только линия моего взгляда оказалась выше блокирующего обзор препятствия, я понял, что не ошибся ни временем, ни местом.
Под абсолютно ясным, набирающим глубину вечерним небом, в идеальной тишине неподвижной атмосферы, именно в этот момент разворачивался спектакль, равного которому по красоте, чистоте и высоте эмоций вряд ли играли в каком-либо театре. Именно потому, что в театрах – играют: в своей игре актёры никогда не смогут достичь такой искренности и чистоты, которая наполняет представления, не требующие участия режиссёра и артистов.
15 км широкой долины отделяли меня от окрашенной в цвета близкого заката, обособленной группы ледовых вершин, как будто нарочно собранных в один компактный массив - как будто гениальный ювелир выбрал лучшие бриллианты для украшения королевского перстня. Правильные формы ледовых гребней с зеркально чистыми снежными гранями, перекликались в этой композиции каждой мелкой деталью, чётко проступая в кристально чистом горном воздухе. Прозрачность атмосферы скрадывала пространство – воздух был так чист, что, казалось, можно протянуть руку и коснуться этих, по-игрушечному, правильных, сказочно недосягаемых, манящих обманчивой нежностью силуэтов.
Завороженный внезапно открывшимся ощущением накатывающего заката, я уселся на камень и растворился в непостижимом для меня моменте. Следующие 40 минут остались у меня в памяти как одна длинная секунда, момент между двумя ударами сердца.
Я не помню, что побудило меня включить музыку – на телефоне полно разных треков, но где-то, на грани сознания, у меня гнездилось убеждение, что торжественные моменты хорошо подчёркивает классическая музыка. Случайным нажатием я выбрал одно из моих любимых, и, одновременно, самых сложных произведений – в наушниках зазвучали первые аккорды 2го концерта Рахманинова…
Попадание с выбором саундтрека под нирвану горного заката было 100%. Волны произведения гениального композитора окончательно растворили меня в моменте – именно эта мелодия, с её надрывом и уверенной, нарастающей экспрессией стали идеальной аранжировкой потрясающего спектакля.
На сцене, перед единственным зрителем – мной, разворачивалась неописуемая словами симфония меняющихся красок, нагнетающихся теней, незаметно плавно, но с каждой секундой более резко подчёркивающих бритвенную остроту ледовых гребней, первозданную чистоту и космическую завершенность вершин.
Ошибки быть не могло – это была адресная улыбка вселенной, в упор смотрящей на меня – на микроскопическую, но осознанную и осмысленную часть этого мира, сидящую на неприступном скальном утёсе над океаном закатных красок, с наушниками, в которых продолжал греметь Рахманинов.
Музыка закончилась примерно через 40 минут – всё это время я провёл, не переводя дыхание, потрясённый увиденным. Закат закончился, на небо и вершины легла синяя тень опустившегося горизонта.
В лагерь я спускался уже в темноте, по рации успокоив своих друзей, озадаченных моим долгим отсутствием.
Я хорошо помню тот полуночный спуск по уступам старой морены. Очень довольный своей «добычей» я прыгал с камня на камень, чувствуя себя удачливым вором, который прокрался в сокровищницу восточного падишаха и украл там кое-что, ценность чего, на момент кражи, я даже не мог осознать.
Это старая история - может быть ей 10, а может даже 15 лет... Но сегодня, если мне становится душно от накатывающей бессмысленности, я вспоминаю те 40 минут на вершине скалы, перед лицом пылающих на ледовых кристаллах отблесков заката… В порывах невероятных по силе аккордов гениальной мелодии. И смысл возвращается – как будто среди грозовых туч проглядывает солнце.
Автор текста и фотографий - Алексей Трубачёв
Ваш гид по альпинизму, скалолазанию и ледолазанию
MCS EDIT 2026