История главных героев с Первой главы.
Глава 20. Она.
Глава 21. Он.
- Сынок, ты тепереча уж береги нашу доченьку, понял? - говорит мне Стёпа, пока я помогаю ей спуститься с подножки пикапа.
- Обещаю. - совершенно честно отвечаю я ей.
- Ты ужо не серчай на нас, что сыном тебя называем. - говорит Никита и ему, как будто неудобно передо мной.
А я свой в адрес это слово не слышал много лет, мне хочется обнять этих стариков, но я себя сдерживаю. Не привык я так. Да и не знаю, нужны ли мои объятия им. Что происходит со мной? В глазах защипало, я такое испытывал в детстве. Вообще уже давно считал себя бесчувственным пока не встретил Дану. К ней я испытываю чувства, как к самой любимой женщине в мире, а к Стёпе и Никите, как к маме и папе.
- Вы оказываете мне честь этим. Я только рад безмерно, что вас двоих приобрёл.
Пока везу Дану обратно к себе домой, договариваюсь с однойпрестижной клиникой о двух путёвках в лечебный санаторий. Пару лишних купюр и путёвки будут у меня на руках уже сегодня - завтра, а не в порядке живой очереди. Уже через три дня Стёпа с Никитой будут отдыхать и одновременно проходить лечени. Если, конечно, согласятся. Надо будет в любом случае их как-то уговорить, ведь я хочу устроить им сюрприз. Звоню Максу:
- Макс, мне нужен телефон с большими кнопками, но чтобы по видеосвязи ещё можно было разговаривать, - Дана в любом случае захочет с ними пообщаться по видеозвонку, да и старики не будут себя считать брошенными в санатории, им нужно будет знать, как чувствует себя Дана.
- Понял, у меня вроде такой валялся где-то.
- Ещё нужно через три дня, но в течении трех недель перекрыть крышу, поставить новый забор и починить крыльцо у моих родителей. - решаю сразу обозначить роль стариков в моей жизни, но последние два слова дались мне ватно, как-то.
- О, даже так, Дин? - Макс и не пытался скрыть свое удивление.
- Теперь это так.
- Конечно, это всё неожиданно, но мы все устроим. Найдём в нашей фирме лучших специалистов.
- Там ещё курицы живут, их кормить нужно будет.
- Так, давай ты будешь разбираться со своими делами, а этими займёмся мы. Сделаем все в лучшем виде.
Подъехав к дому, я открываю заднюю дверь пикапа, чтобы помочь Дане дойти до дома, но она не собирается принимать мою помощь и медленно начинает оседать. Я подхватываю её и несу домой, принцесса не сопротивляется. Заношу её в нашу комнату, аккуратно кладу на кровать и выхожу.
Судя по всему, у Даны болит голова от удара, и я решаю дать ей обезболивающее, вроде что-то было у меня в столе. По пути дозваниваюсь знакомому главврачу той клиники, в которой оформляю путёвки Стёпе и Никите.
- Алло, Дин.
- Привет, Иван. Мне нужна твоя помощь.
- Конечно - конечно.
Дело в том, что несколько лет назад Иван трудился в городской больнице. Но там что-то произошло с пропажей сильнодействующих препаратов. Иван, как говорится, врач от бога и когда-то он нам с Тёмычем помогал, подлечивал нас, когда мы были беспризорниками без документов. Вот везде требовали полис медицинского страхования и только Иван от нас не отказывался.
Когда мы с Темычем подняли наш бизнес, я из новостей по местному телевидению узнал, что наш доктор проходит по делу о пропаже серьёзных препаратов, как обвиняемый. Мы узнали, кто стоит за этими махинациями. В честности Ивана ни я, ни Тёмыч не разу не усомнились.
Виновником оказался сам главврач той поликлиники, прикрывающий своего сынка, который числился там его же заместителем. Козлом отпущения, они сделали Ивана.
Мы наняли ему лучшего адвоката, который смог восстановить справедливость. Позже мы помогли открыть свою собственную клинику, Ивану.
- Моя девушка беременна. Её сегодня один мудак ударил кулаком в висок. Ещё у неё перелом руки и пальцев на ноге, а также она пережила психическое напряжение.
- Дин, я сейчас приеду вы дома?
- Дома она сегодня выписалась из больницы, может, тебе поможет чем-то эта информация. - я назвваю ему адрес больницы.
- Я сейчас же еду сначала туда, а потом к тебе
- Иван, у неё походу сильно голова раскалывается. Могу ли яей дать... - достаю из ящика стола таблетки и читаю вслух их название.
- Да, можешь. - сказал немного подумав, - Они на растительных компонентах и не проникают в плаценту.
Я заношу в комнату к Дане стакан с водой и ставлю на тумбу возле кровати. Дана лежит уставившись в стену.
- Дана, я не знаю, что сейчас с тобой происходит, но судя по назревающим синякам на скуле и виске, думаю, что у тебя возможно болит голова. Я тебе принёс обезбол, выпей его. Поговорим позже.
Включаю ей телевизор, поставив громкость на два и выхожу из комнаты. Не успеваю спуститься на первый этаж, как на телефон поступает звонок от Фреи:
- Дин, ну что, как у вас там дела? Где Дана?
- Все в порядке. Дана у меня. Отдыхает.
- Вы помирились?
Я, конечно, всё понимаю: близкие подруги, почти родные люди и так далее, но...
- Давай мы с этим разберёмся сами.
- Ага, разберётесь вы. - потом она явно отвечает Темычу, - Так-то она моя подруга, понял. Ничего тут нет такого, что я спрашиваю Дина. Артём, блин!
- Привет Дин.- я слышу голос Темыча.
- Привет. Телефон, что ли, отобрал у Фреи?
- Ага. Только честно, как дела?
- Уже лучше.. - я ещё в нескольких словах рассказал про Черепа.
- Жалко, что меня с вами не было, посмотрел бы я на него.
- Да, Темыч, жаль, зато ты отдыхаешь со своей девчонкой.
- Блядь, вот ты мне скажи, с девчонками всегда так сложно? Мы или бегаем тут по Греции, по разным местам. Или трахаемся. Всё, другого не дано. Я не высыпаюсь, тупо.
Я засмеялся.
- У нас так же было, потом в самолёте отоспишься. А так я пока понял, что их поведение полностью зависит от нашего. Слушай, не мне тебя учить, я знаю не больше, чем ты.
- Да не скажи, у тебя опыта побольше моего. Вы же дольше нас встречаетесь.
- Да ладно, на несколько дней?
Звонок в ворота. Я нажимаю на пульт, чтобы они открылись.
- Дин, в клубе как?
- Всё ровно. Созвонимся потом, ко мне пришли.
Только мы попрощались, в дом вылетает запыхавшийсяи взъерошенный Иван. Мы сразу же идем к Дане в комнату, она не обращает на нас никакого внимания, смотрит в экран телевизора и даже моргает, будто медленнее, чем обычно.
Иван представляется Дане, говорит, что в курсе того, что она лежала в больнице, какие диагнозы поставлены и что назначено. Послушав сейчас Ивана, я понимаю на сколько тяжело сейчас Дане, моя девочка истощена и с переломами. Как мне все исправить?
Дана продолжает никак не реагировать на нас. У меня разрывается душа, ведь в её состоянии виноват только я. Моя принцесса такая маленькая и беззащитная.
- Она так лежит уже более двух часов, - говорю я Ивану.
И тут никто из нас не ожидал, что только что лежащее в какой-то прострации Дана подскочит и начнёт кричать. Она просит, чтобы мы отстали от неё. Попало от Даны и Ивану, но хотя бы ему она сказала, что по-женски чувствует себя нормально. Уже отлично. Если ей при ее состоянии нужно прокричаться, то пусть орёт. Дана говорит, что я обещал ей ноги сломать, я не совсем помню, что говорил ей в тот вечер. Хотя совершенно точно мог так сказать, но разве мог бы я действительно так сделать. Конечно, нет. Мне очень больно смотреть на её руку и ногу в гипсах.
Еще Дана произносит самые страшные слова, что "...готова была сдохнуть, только бусинку безумно жаль". Она все перенесла ради нашей доченьки. Как ласково звучит "бусинка".
Дана много чего ещё говорила. В какой-то момент Иван даже подумал, что это я так избил её, но Дана быстро это опровергла. Хотя от части она права, это из-за моего неумения выслушать все произошло. В конце её монолога стало ясно, что задерживаться у меня она не собирается, планирует снова сбежать. Понимаю. Но должен предотвратить это любыми способами.
Высказавшись, Данао снова легла на кровать, вперившись телевизор.
- Дана... , - я хочу спросить, не голодна ли она.
- Пульт где? - требовательно перебивает она меня.
Я отдаю ей пульт. Иван предлагает выйти из комнаты и оставить Дану в покое. Наверное, он прав.
На первом этаже в столовой, пока Иван рассказывает мне то, что ему известно о здоровье Даны, я готовлю ему кофе и ставлю перед ним. Решаю замариновать мясо для барбекю во время разговора.
- Иван, ты останешься с нами на ужин?
- Нет, Дин, вам сегодня не нужен кто-то третий лишний, - в который раз за сегодня Иван оказывается прав.
- Может Даже надо как-то провериться? Не знаю... Может там УЗИ какое, или еще что? - спрашиваю я у него.
- Да. Постарайтесь сегодня, как-то договориться, чтобы завтра в моей клинике пройти полное обследование.
Проводив Ивана, я думаю о том, как мне уговорить Дану до завтра. Легко сказать, а вот, как сделать?
Пока готовится ужин на улице, я делаю апельсиновый фреш для Даны дома. Мой взгляд падает на журнальный столик возле девана, на котором лежит одно из колец Даны. А может заказать ей золотое колечко? Почему бы и нет? Ну кинет она мне его в рожу, ну и ладно.
Измерив колечко Даны, ахожу на сайт ювелирного магазина. Мне понравилось одно из эксклюзивных колец. Я оформляю заказ, и мне обещают его доставить в течении полутора часов.
Как только прожарилось мясо, привозят кольцо в белой бархатной коробочке. Я получаю его, кладу в карман штанов и иду обратно в мангальную зону. Выкладываю готовое мясо в общую тарелку, нарезаю овощи, чего-то не хватает.... Точно. Брусничный соус. Захожу за ним в дом и вижу, как в холодильнике роется Дана.
Наконец-то она вышла из комнаты, я боюсь её спугнуть, поэтому подхожу очень тихо.
Закрыв дверцу холодильника, она упирается взглядом в меня. Спокойным тоном ей говорю:
- Дана, пойдём. Я для тебя приготовил мясо на шампурах и заказал фисташковое мороженое. - я не был уверен, что принцесса пойдёт за мной, слишком уж она обижена на меня, но я слышу за спиной её шаги. Значит, пошла. Я даже улыбнулся, но тут же спрятал эту улыбку.
Надо узнать у неё самое главное, что она собирается делать с беременностью. Дана, будто с голодного края, уплетает мясо за обе щеки. Я же радуюсь её аппетиту.
- Тебе нужно пройти обследование. Ты ведь не собираешься избавиться от нашей дочки? - Дана молча мотает головой в разные стороны, смотря на меня как на дебила. - Я договорился, завтра нас ждут в клинике. - она кивает, уже отлично, что не спорит, - Ты так и будешь молчать? Поговори со мной, принцесса.
Дана сначала рыкнула, потом погавкала и вдобавок еще заскулила. Я прихерел знатно.
- Дана, ты чего?
- Гав! Я вижу, ты не понимаешь по-нашему, по-собачьему. Поговорю, тогда пока на вашем человечьем.
Блядь! Я все понял. В тот вечер я наговорил всякого, даже обозвала её собакой. Ну или что-то вроде того.
- Дана... - хочу извиниться перед ней, но она меня перебивает.
- Мне только интересно, когда ты меня посадишь на поводок? Построишь ли будку? Я, если честно, хочу быть все-таки на самовыгуле. Обещаю, что выберу один-единственный кустик, под который буду писать и какать.
Пора остановить этот абсурд.
- Дана...
Она снова меня перебивает:
- А, когда придёт время и я ощенюсь, то прошу тебя на правах твоей верной собачки, воспитай щенка человеком.
Я злюсь, но не на Дану, а на себя за то, каким уродом я был тогда.
- Все сказала? - спрашиваю у неё.
В ответ я слышу очередной звонкое гав, т
- Ты не даёшь мне слово вставить. Прости меня, Дана.
Она несколько долгих секунд пристально смотрит на меня, ощущение будто что-то пытается найти в моем взгляде. Напоминает мне, что тоже не давал ей слово вставить.
- Я - гондон. - что сказать ещё.
- Да. - она соглашается со мной.
- Дана, давай поговорим.
Она снова возвращается в тот злосчастный вечер, припоминая мне, как я себя вёл и что говорил. И пусть она это делает главное, что она рядом со мной.
Дана говорит, что вряд ли получится вернуть отношения на прежний уровень, а я вообще-то и не собирался.
- Выходи за меня. - пытаюсь объяснить Дане что отношения для меня - это нечто новое. Честно признаюсь, что никак не ожидал, что кто-то будет для меня настолько важен, как она и наша с ней еще пока нерожденная доченька. Что я абсолютно недоумеваю, ведь раньше я не бегал так ни за кем.
Во взгляде Даны я замечаю какую-то заинтересованность в моем монологе, а потом она выдаёт:
- А как же та брюнетка, которую ты привёл в этот дом, когда выгнал меня?
Дана ревнует? Неужели это действительно ревность. Хотя, на самом деле, можно воспринять не двусмысленно присутствие здесь шавки Черепа. До меня доходит, что Дана думает, что после нашей с ней ссоры, я привёл в дом другую.
Я хочу объяснить Дане про брюнетку и кто она такая на самом деле, как шавка начинает истошно орать. Она орёт так громко, что её с другой стороны дома слышно. Блядь, откуда только силы у неё? Две недели сидеть в подвале, раз в день получать еду и так орать?
- Пойдём. Я вас познакомлю.
В конце концов, она имеет право знать.
- Что это? - спрашивает Дана меня с широко распахнутыми глазами вытянувшись в полный рост.
- Пойдём, я сказал...