Молодые люди всё чаще откладывают саму жизнь. И одна из главных причин — жильё, которое с каждым годом становится всё менее доступным.
Как рынок недвижимости изменил отношения, представление о самостоятельности и само ощущение будущего у молодого поколения — в лонгриде Татьяны Бруй.
Отдельную благодарность выражаем экспертам: Елизавете Ивановой, Татьяне Дворцовой, Ирине Алексеенко, Татьяне Решетовой
Большинство молодых людей не отказываются от идеи приобрести собственное жильё, однако всё чаще сталкиваются с ограниченными финансовыми возможностями. Ключевые барьеры — высокий первоначальный взнос, стоимость содержания квартиры и разрыв между доходами и ценами на рынке недвижимости. Высокая ипотечная ставка лишь усиливает уже существующую проблему.
Долгое время отдельное жильё воспринималось как естественный этап взрослой жизни. После учёбы человек начинал работать, съезжал от родителей, выстраивал собственный быт, а затем создавал семью. Этот сценарий считался социальной нормой и одним из наиболее заметных признаков самостоятельности. По данным социологических опросов, «подходящим» возрастом для переезда от родителей россияне называют примерно 21 год.
Однако реальность 2020-х всё чаще расходится с этим ожиданием. Фактически многие начинают жить отдельно заметно позже — в среднем ближе к 26 годам. Значительная часть молодых людей съезжает не в собственное жильё, а в арендованное. По ряду опросов, около 41% тех, кто покинул родительский дом, переехали именно в съёмную квартиру. Для других даже этот вариант остаётся недоступным, и совместное проживание с семьёй затягивается на годы. О том, как жилищный вопрос влияет на восприятие самостоятельности и почему взросление всё сильнее зависит от экономических условий, рассказывает социолог Ирина Алексеенко:
В этих условиях жилищный вопрос начинает влиять на уровень комфорта и на ключевые жизненные решения. Позже происходит съезд от родителей, из-за чего всё позже создаются семьи и рождаются дети, усиливается зависимость от семьи, а сама взрослая жизнь всё чаще переносится на неопределённый срок.
Давайте посмотрим, сколько стоит жильё в Москве:
Самые дешёвые варианты — это, как правило, маленькие студии в Подмосковье или на окраинах Москвы. Например, студия площадью около 30 квадратных метров в Балашихе стоит порядка 6,3 млн рублей. Более компактные квартиры ближе к центру уже переходят в диапазон 8–11 млн рублей.
Даже для самого «доступного» варианта за 6,3 млн рублей первоначальный взнос по ипотеке составит около 1,26 млн рублей, а ежемесячный платёж порядка 60–65 тысяч рублей на 30 лет. При этом медианная зарплата в Москве — около 90 тысяч. То есть для значительной части людей этот порог уже находится выше среднего уровня доходов.
В регионах ситуация лишь кажется проще, чем в крупных городах. При средней зарплате около 64 тысяч рублей даже относительно недорогие квартиры дают ипотечный платёж, который сопоставим с половиной дохода или превышает его. В таких условиях банки часто отказывают в кредите, а накопление первоначального взноса превращается в отдельную многолетнюю задачу.
Но прежде чем молодые люди сталкиваются с вопросом покупки собственной квартиры, большинству из них приходится проходить через рынок аренды. Именно он сегодня во многом определяет, насколько вообще возможна отдельная и самостоятельная жизнь.
Число арендующих жильё в России продолжает расти. Если в 2020 году арендаторами были 5,1 млн семей, то к 2025 году их стало уже 5,8 млн. Ещё около 1,5 млн семей в ближайшие пять лет готовы рассматривать аренду как способ улучшить жилищные условия. При этом 62% из них — молодые семьи. Эти данные показывают, что аренда перестаёт быть исключительно временным решением на период учёбы или начала карьеры. Всё чаще она становится устойчивой жизненной стратегией для тех, кто не может позволить себе покупку жилья.
Одной из причин остаётся рост стоимости недвижимости. Цены на жильё растут быстрее доходов молодых людей. В результате самостоятельная жизнь требует всё большей части бюджета, а переход к собственному жилью откладывается на неопределённый срок. В таких условиях аренда остаётся главным способом съехать от родителей и начать отдельную жизнь.
Как отмечает эксперт по недвижимости Татьяна Дворцова, сам портрет арендатора за последние годы почти не изменился: это по-прежнему студенты, молодые люди, которые хотят съехать от родителей, и специалисты, переезжающие в крупные города ради работы. Однако заметно изменилось другое — запросы и возможности арендаторов.
«Люди перестали снимать квартиры среднего уровня. Сейчас хорошо сдаются “бабушкины варианты”, потому что арендаторам очень важно, сколько они платят», — объясняет эксперт.
При этом, по её мнению, стремление к собственному жилью у молодого поколения всё же сохраняется — даже если речь всё чаще идёт не о «квартире мечты», а о небольших студиях или жилье за пределами крупных городов.
Когда значительная часть дохода уходит на аренду, покупка собственного жилья начинает восприниматься не как следующий этап взросления, а как всё более труднодостижимая цель. Для большинства молодых людей ипотека остаётся единственным способом приобрести квартиру, однако и этот механизм постепенно перестаёт быть доступным для значительной части семей.
Одним из главных барьеров становится первоначальный взнос. Формально человек может работать и иметь стабильный заработок, но не иметь возможности войти в рынок недвижимости.
«Сейчас минимальный первоначальный взнос по стандартным программам обычно составляет от 20% стоимости жилья, а в некоторых случаях — 40, 50 и даже 70%. Ежемесячный платёж ещё можно растянуть на десятки лет, но первоначальный взнос — это жёсткий капитальный барьер. Накопить несколько миллионов рублей на стартовый взнос практически невозможно для человека, который только вышел на рынок труда и при этом вынужден параллельно оплачивать аренду», — отмечает экономист Елизавета Иванова.
Вторым ограничением становится сам кредит. Высокая ставка увеличивает ежемесячный платёж и делает покупку слишком тяжёлой нагрузкой для бюджета. В результате возникает ситуация, при которой собственное жильё существует как цель, но путь к нему для многих оказывается закрыт.
Как объясняет экономист Елизавета Иванова, высокая ставка сама по себе не была бы критичной проблемой, если бы жильё стоило дешевле: «Кредит в три миллиона рублей под двадцать процентов — это тяжело, но обслуживаемо. А при текущих ценах кредит в десять миллионов рублей под двадцать процентов даёт ежемесячный платёж, который превышает совокупный доход молодого домохозяйства».
И тогда вопрос жилья становится уже не только экономическим, но и социальным: кто вообще сможет позволить себе отдельную жизнь в ближайшие годы и изменится ли эта модель в будущем?
«В текущей парадигме, сценарий, при котором молодой человек до тридцати лет без помощи семьи легко покупает квартиру в мегаполисе крайне маловероятен» — экономист Елизавета Иванова
Совместная жизнь, а уж тем более брак, всё чаще становится тем шагом, который откладывается до момента, когда появляется отдельное жильё или хотя бы стабильная аренда. В результате отношения могут длиться годами, но так и не переходить в формат совместного быта.
С психологической точки зрения, в этой ситуации меняется сама логика развития отношений.
«Отношения молодых людей преломляются через восприятие “третьего лица” — в частности родителей. Даже если всё происходит очень тактично, конфликтные ситуации при совместном проживании неизбежны. Пара лишается возможности приобрести собственный опыт», — отметила психолог Татьяна Решетова.
Это подтверждается и результатами нашего опроса среди молодых людей 18–30 лет, в котором приняли участие 57 человек. Более 77% респондентов признались, что без отдельного жилья им сегодня сложно строить серьёзные отношения и планировать совместную жизнь. Для многих собственное пространство воспринимается как необходимое условие самостоятельности и устойчивости пары.
Ещё более заметно это проявляется в вопросе рождения детей. Формулировка у многих одна и та же: «сначала нужно решить вопрос с жильём».
Опрос среди молодых людей 18-30 лет, о том как жилищные условия влияют на создание семьи и рождение ребёнка.
Ребёнок воспринимается как шаг, который возможен только после достижения определённого уровня успеха — когда есть своё пространство, понятный бюджет и ощущение, что ситуация не изменится внезапно. Более 50% респондентов ответили, что минимальным условием для рождения ребёнка для них является собственное жильё и стабильная работа.
При этом, как подчёркивает психолог, речь идёт не только о материальных условиях, но и о готовности к самостоятельной жизни: «По-настоящему взрослая жизнь возможна только после полной сепарации — эмоциональной, физической и финансовой».
Без этого этапа решение о детях откладывается, даже если у пары есть желание создать семью. И результаты опроса показывают, насколько массовой стала эта установка. По сути, собственная квартира всё чаще становится условием, без которого молодые люди не чувствуют себя достаточно взрослыми и не разрешают себя принимать фундаментальные решения.
Похожая ситуация складывается и в других странах. Во многих развитых странах жильё перестаёт быть просто вопросом комфорта и всё чаще влияет на то, когда молодые люди начинают жить отдельно, создают семьи и принимают решение о детях.
Наиболее заметно это проявляется в Южной Корее. Страна остаётся мировым примером очень низкой рождаемости. Так, например, в 2024 году коэффициент рождаемости составил около 0,75 ребёнка на женщину — один из самых низких показателей в мире. По данным Корейского института здравоохранения и социальных исследований, молодые жители Южной Кореи называют ключевыми факторами при решении о детях именно финансовое положение семьи, жилищные условия и неопределённость будущего.
Похожая картина прослеживается и в Южной Европе, где кризис выражается через поздний переход к самостоятельной жизни. В Испании, по данным Eurostat, средний возраст ухода из родительского дома превышает 30 лет — один из самых высоких показателей в Евросоюзе. Исследователи связывают это с дорогой арендой, нестабильной занятостью молодёжи и трудностями с покупкой первого жилья.
В США механизм выглядит иначе, но приводит к похожему результату. По данным Realtor.com, дефицит жилья в стране приблизился к 4 миллионам домов, а около 1,8 млн потенциальных домохозяйств так и не были сформированы.
Когда собственное жильё становится недоступным, меняется не только рынок недвижимости — меняется само ощущение времени. Появляется постоянное «позже»: позже съехать, позже начать жить вместе, позже завести ребёнка, позже почувствовать себя взрослым.
Удивительно, но зумеры, которых принято обвинять в нежелании брать ответственность, на самом деле всё чаще откладывают эти решения именно потому, что относятся к ним очень серьёзно. Они считают деньги, сравнивают цены, просчитывают ипотеку и понимают: взрослая жизнь становится привилегией.
И тогда возникает вопрос: какие этапы жизни вообще остаются гарантированными, если базовые условия становятся всё менее достижимыми?
Автор: Татьяна Бруй