В пятницу, 15 мая, президент США Дональд Трамп завершил свой официальный визит в Китай. По словам американского лидера, это был «невероятный визит», в ходе которого стороны достигли значительного прогресса в экономических переговорах. Китайская сторона выразила свою позицию в более сдержанных, но также позитивных тонах.
Мировые СМИ настроены весьма критично: они заявляют, что Трамп уступил китайскому лидеру в переговорном процессе. Тем не менее, очевидно, что визит способствовал сближению США и КНР, показав их готовность избегать конфликтов и искать компромиссы по вопросам Тайваня, Ирана и Украины. Россия также становится важным участником этого диалога: сразу после Трампа Президент РФ Владимир Путин посетит Китай на этой же неделе.
«Дума ТВ» собрала мнения экспертов о том, как в дальнейшем будут развиваться американо-китайские отношения.
Жест отчаяния Белого дома
Одним из возможных итогов визита Трампа в Пекин может стать ослабление американских санкций против китайских компаний, которые покупают иранскую нефть. Такой шаг можно рассматривать как «жест отчаяния» со стороны администрации Белого дома, полагает американист Малек Дудаков.
Команде Трампа позарез нужна поддержка Китая в деле открытия Ормузского пролива. Обменять Тайвань на Иран, очевидно, не получилось. Приходится теперь отменять санкции в надежде, что Пекин в ответ окажет давление на Тегеран,пояснил он.
Представители команды Трампа публично заявляют о своей готовности продолжать конфронтацию с Ираном и отрицают необходимость поддержки со стороны Китая. Однако, по мнению Дудакова, на практике ситуация выглядит иначе, поскольку Пентагон испытывает нехватку ракет и боеприпасов для противовоздушной обороны, а также сталкивается с растущим общественным недовольством войной.
Ограниченные бомбежки вряд ли изменят позицию иранских властей. Устраивать же серьезную эскалацию с наземной операцией чревато большими потерями среди американских военных. Белый дом де-факто оказался в цугцванге: любой ход ухудшает положение Трампа. Монархии Залива, разуверившиеся в возможностях США, начали вести сепаратные переговоры с Тегераном в обход Вашингтона о доступе в Ормуз,добавил Дудаков.
Американист уверен, что в той ситуации, в которой сейчас оказался Трамп, только и остается, что просить Китай о помощи, «лишь бы как-то разрешить топливный кризис и остановить взлет на горючее в США, который добивает рейтинги американского президента».
Главная проблема США
Главная проблема США не Россия, не Иран и даже не Китай. Главная проблема — сама мировая система, которую Вашингтон когда-то построил под себя и теперь не способен в ней доминировать, считает политический обозреватель Борис Первушин.
Удары по Ирану, возня вокруг [Ормузского — прим. ред.] пролива нужны, чтобы давить на Китай через энергетику. Если Пекин потеряет стабильные поставки нефти, то его экономика буксует, ищет новые ресурсы, запускает рост цен и создает хаос на мировом рынке. Многие думают, что Трамп пытается спасти старую американскую систему. Но, похоже, он понимает, что спасти ее уже невозможно, и повестка МАГА для него пшик. Пока существует нынешняя глобальная торгово-финансовая модель, Китай будет развиваться быстрее США,объяснил Первушин.
По мнению эксперта, единственный путь для США — это радикально изменить существующую систему. Это предполагает крах мировой экономики, списание долгов, преодоление кризиса и последующую попытку восстановить американскую экономику как бастион западного полушария, отказавшись от глобальных амбиций.
Безумно рискованная стратегия, конечно. Она может привести к социальному взрыву и хаосу внутри самих США. Но вариантов попроще уже не осталось. В первый срок Трамп убедился, что реформировать систему не получается. Поэтому все то, что Штаты выстраивали много лет для себя, нужно сносить. Чтобы этим не воспользовались другие,полагает Первушин.
Огромная империя Си и «претендент»
Визит Трампа в Китай был, по меньшей мере, странным, утверждает профессор ВШЭ, автор информационно-аналитического канала Политджойстик Марат Баширов. В конечном итоге, по его словам, поездка оказалась лишь «мишурой приемов» с «нулем ясности», и оценивать ее в традиционных дипломатических моделях неверно.
Это была встреча самцов, которая не предполагает компромиссов, в джунглях — только один вожак, второй должен или уйти в другой прайд, или погибнуть. Это мы и наблюдали. И как ни парадоксально, но именно Си сейчас является Альфа-самцом, а Трамп — претендентом. Претендентом, который устроил захват Венесуэлы, а потом попытался отжать Иран. Претендентом, который захватил Панамский канал, контролирует Суэцкий канал, частично Малаккский и Ормузский проливы, то есть, основные узкие транспортные коридоры перевозок первичных природных ресурсов и конечной продукции,объяснил Баширов.
Эксперт напомнил, что «Империя Си» огромна, поскольку Китай инвестировал огромные средства на всех континентах, скупает месторождения и порты, строит независимые транспортные коридоры, демпингует с товарами и увеличивает продажи по всему миру, но собственные производственные мощности Китая расположены, в основном, вдоль побережья Китая, и в части транспортировки по воде Китай зажат в Южно-Китайском море, где расположен Тайвань.
А до остальных владений надо доплыть как-то. А как, если на всех маршрутах базы претендента, США? И у самого Китая нет серьезных баз в других государствах. Претендент приехал к Альфе показать, что его намерения серьезны, и у него есть ресурсы. Альфа вызов принял, но чтобы не проиграть дерзкому претенденту, ему нужны союзники,добавил Баширов.
По мнению профессора Высшей школы экономики, в будущем Китай будет вынужден обращаться за поддержкой к России. Это связано с тем, что Россия способна обеспечить энергетическую безопасность Китая, оказать военную помощь в случае конфликта, а также помочь с перевозками, которые не контролируются Соединенными Штатами.
Новый постулат китайско-американских отношений
По итогам визита Трампа, Си Цзиньпин предложил новый принцип китайско-американских отношений — «конструктивная стратегическая стабильность». В китайских СМИ это стало ключевой темой, затмевая все остальные результаты саммита.
Понятие «стратегической стабильности» означает, что отношения между США и Китаем должны строиться на основе равноправия двух крупных держав, а не в рамках иерархической структуры, где доминирует Вашингтон, пояснил автор Телеграм-канала «Китайская угроза».
Эксперт отметил, что использование слова «конструктивный» подчеркивает, что речь идет не о пассивной форме стабильности, при которой стороны лишь наблюдают за соблюдением «красных линий», напротив, это подразумевает, что Пекин стремится к сотрудничеству там, где это возможно, и что обе стороны должны активно взаимодействовать, а не ограничиваться пассивным разрешением конфликтов.
Впрочем, поймет ли американская сторона посыл Си Цзиньпина — большой вопрос, учитывая практически полное отсутствие в администрации Трампа специалистов, способных расшифровывать китайский политический язык и доносить его руководству. Хотя Си Цзиньпин и заявил, что он и президент США Дональд Трамп договорились об отношениях, основанных на «конструктивной стратегической стабильности». В сообщении Белого дома о переговорах Трампа и Си Цзиньпина не упоминалась формулировка «конструктивной стратегической стабильности», и она не описывалась как новая основа для американо-китайских отношений,объяснил эксперт.
Он также обратил внимание на фразу из нового постулата: «на ближайшие три года и далее» — что указывает на фундаментальный характер КСС для китайской внешней политики.