Попалась на глаза новость об успехе ухтинца Марка Пантелеева. Лицеист взял два диплома на Всероссе. Первый по информатике (профиль «Информационная безопасность»). А следом получил второй, уже по английскому языку.
В тексте новости авторы справедливо констатируют факт: добиться успеха одновременно в точных и гуманитарных науках удается немногим, это действительно редкое сочетание. А я читаю и ловлю себя на мысли, насколько глубоко в нас сидит эта искусственная разметка.
Мы с юности привыкли делить мир на «физиков» и «лириков». Это очень удобная система координат. Называешь себя гуманитарием и получаешь негласное право не вникать в архитектуру сложных процессов и цифры. Объявляешь себя технарем, и вот твоя готовая индульгенция на неумение слышать людей и понимать их мотивы.
Но ловушка захлопывается не в тот момент, когда человек выбирает профессию. Она бьет по рукам тогда, когда мы вообще принимаем на веру саму необходимость этого выбора. Когда послушно соглашаемся с мыслью, что ради статуса специалиста нужно добровольно отсечь от себя половину мира.
Парень из Ухты просто не стал играть по этим правилам. Он посмотрел на вещи с того ракурса, где несовместимого нет.
Ведь информационная безопасность далеко не только сухой машинный код. Это искусство дешифровки, умение читать чужую логику и видеть архитектуру защиты.
А тот же английский язык совершенно не сводится к лирике и эссе. Это строгий алгоритм, система кодирования, жесткий каркас.
На фундаментальном уровне здесь работает один и тот же навык. Умение зайти в новую для себя среду, понять ее механику, подобрать ключ и начать ею управлять.
Для меня этот школьный прецедент служит очень четким маркером изменения ландшафта. Глубокие, узкопрофильные специалисты никуда не денутся и всегда будут в цене — именно они создают прочный фундамент и решают сложнейшие точечные задачи. Но задавать вектор и управлять процессами будут те, кто способен выходить за флажки. Те, кто умеет связывать холодный расчет систем с живой человеческой природой.
Труднее всего во всем этом вовремя поймать себя за руку. В тот самый момент, когда по привычке хочешь сказать «это не мое». Остановиться и спросить себя честно: я сейчас не делаю шаг вперед из-за объективной нехватки сил или просто до сих пор верю в картонный ярлык, который на меня нацепили двадцать лет назад?