В апреле 1992 года американский журнал Time напечатал материал, от которого у советских читателей должно было перехватить дыхание.
Под Москвой, прямо под главным зданием МГУ, на глубине 180–200 метров — целый город. Электростанция, склады, фильтры воздуха, узел связи. Рассчитан на 15 000 человек, способен жить автономно до тридцати лет.
Москвичи прочитали статью и пожали плечами. Перестроечная пресса в те годы писала про что угодно — тарелки, экстрасенсов, заговоры. Очередная сенсация.
А вот сейчас, тридцать с лишним лет спустя, оказалось — это была одна из немногих сенсаций, которая, скорее всего, была правдой.
Я давно собирал по крупицам материал об этом объекте. Сегодня попробую сложить картину — что мы реально знаем, а что остаётся домыслом.
Как всё начиналось. 1960-е
В середине 1960-х годов в Москве начали странную стройку.
В районе Раменки, на юго-западе столицы, прямо напротив главного здания МГУ, появился большой пустырь. По документам — площадка под научно-исследовательскую базу объединения «Наука». Архитектор Евгений Розанов, проект «Трезубец» — комплекс серых зданий, стоит на проспекте Вернадского до сих пор. Жильцы соседних домов годами наблюдали одну и ту же картину.
Стройка идёт. Грузовики идут. Бетон возят. Краны работают.
А наземных корпусов всё нет.
Точнее, появлялись какие-то технические постройки, какие-то бетонные башенки, какие-то вентиляционные шахты. Но соразмерности с тем, сколько везут стройматериалов, не было и близко.
Местные шутили, что строят «вторую Москву». Шутки оказались ближе к правде, чем им хотелось бы.
Стройка шла около десяти лет. Сдали объект, по официальным данным, к середине 1970-х. Что именно сдали — не сообщалось.
В 1991 году пермский фотограф случайно сделал снимок этого пустыря с высоты. На фотографии хорошо видны четыре странные башни, расположенные геометрически правильно. Сейчас это пятно — гаражный кооператив «Шанхай», который местные не любят, но не трогают.
Почему стало известно
История с разоблачением — отдельный детектив.
В 1992 году журнал «Юность» — главное литературное издание Союза — опубликовал роман Владимира Гоника «Преисподняя». Гоник был врачом поликлиники Министерства обороны. По работе годами слышал от пациентов то одну деталь, то другую. И за двадцать лет собрал материал, которого хватило на художественный роман о подземных бункерах под Москвой.
Когда роман вышел, Гоник дал интервью «Коммерсанту». Сказал прямо: художественная форма — это форма, но факты в книге — настоящие. И именно он, по его словам, придумал термин «Метро-2».
Параллельно в апреле 1992 года американский Time выпустил тот самый материал — со ссылкой на анонимного «офицера КГБ». В нём впервые открыто прозвучали цифры: объект под Раменками на 15 000 человек, автономность 30 лет, узел связи, бассейн, тренажёрный зал. И — главное — линия секретного метро, соединяющая бункер с Кремлём, Лубянкой, аэропортом Внуково-2 и десятком других ключевых точек Москвы.
В 1993-м заговорил Олег Гордиевский — бывший полковник КГБ, в 1985 году сбежавший в Великобританию. В одном из интервью он заявил: «Метро-2 — главный секрет КГБ, который до сих пор не раскрыт».
А в 2004-м произошло то, что мало кто заметил. Владимир Шевченко — бывший руководитель протокола президента Горбачёва, потом Ельцина — стал первым высокопоставленным чиновником, который в эфире фактически подтвердил существование секретного метро. Аккуратно, без деталей. Но подтвердил.
С этого момента уже никто всерьёз не отрицал, что под Москвой что-то есть. Спор шёл только о масштабах.
Что мы знаем сейчас
Соберу по разным источникам — российским и западным — то, на чём сходится большинство.
Объект, известный как «Раменки-43», находится под пустырём юго-западнее главного здания МГУ. Адрес — улица Раменки, 43 — дал ему рабочее название. Глубина — 180–200 метров. Это в три раза глубже, чем самые глубокие станции обычного московского метро.
Конструкция — многоуровневая. Жилые отсеки, технические уровни, склады, инженерные системы. Расчёт — на 12–15 тысяч человек по консервативным оценкам, до 17 тысяч по американским источникам.
Время автономной работы — называются цифры от нескольких месяцев до тридцати лет. Тридцать лет — это, скорее всего, оптимистическая верхняя оценка по запасам продовольствия и фильтрам. Реальный срок жизни сложной инженерной системы без выхода на поверхность — вопрос открытый.
Что внутри: автономная электростанция, водозабор из подземных горизонтов, система очистки воздуха с мощными фильтрами, узел радиосвязи, медблок, склады продуктов. По неподтверждённым данным — кинозал, бассейн, спортзал. Для каждого члена ЦК КПСС — отдельные апартаменты площадью до 180 квадратных метров, с кабинетом, комнатой отдыха и санузлом.
Это, кстати, со слов того же Гоника, который собирал свидетельства в поликлинике Минобороны. Можно верить, можно нет.
Метро-2. Как туда попадают избранные
Без транспорта подземный город — просто бункер. Чтобы он имел смысл, в него должны были быстро попадать те, для кого он построен.
Этим транспортом и была Д6 — она же Метро-2 — она же сейчас официальное «подземные транспортные сооружения мобилизационного назначения», находящиеся в ведении Главного управления специальных программ Президента РФ.
По крупицам информации, которые удалось собрать исследователям, система выглядит примерно так.
Несколько однопутных линий. Первая, по одной из версий, начинается в Кремле и заканчивается во Внуково-2 — правительственном аэропорту. Раменки находятся в центральной части линии. Ветка проходит мимо здания на Лубянке, Академии Генштаба, Академии ФСБ, нескольких ключевых НИИ оборонного значения.
Главное здание МГУ соединено с подземным комплексом отдельным пешеходным тоннелем — это, пожалуй, одна из самых обсуждаемых деталей. По нему преподавательский состав и студенты-ядерщики могли бы попадать в убежище без выхода на поверхность.
Из обычного метро в Метро-2 есть как минимум один известный шлюз — между станциями «Спортивная» и «Университет». Когда едешь, особенно внимательный пассажир может заметить ответвление тоннеля, уходящее в сторону. По регламенту, в случае сигнала «Атом», во всём обычном метро срабатывают гермозатворы — массивные стальные двери, которые отрезают пассажиров от поверхности. Но не все знают, что эти же гермозатворы делят сеть на сектора по другой логике.
В мирное время Метро-2 поддерживается в рабочем состоянии. По неподтверждённым данным — раз в несколько лет проводятся учения. Один раз — это уже подтверждённый факт — в декабре 2002 года в коллекторах объекта на проспекте Вернадского, 12А, произошёл пожар, повредивший электрические кабели. Информация об инциденте попала в открытые источники только потому, что НИБО «Наука» подало в суд на Мосэнерго. В материалах суда фигурировал адрес объекта и характер повреждений.
Это, пожалуй, единственное юридическое подтверждение существования технических подземных коммуникаций под Раменками. Сухое, бухгалтерское, в рамках гражданского спора.
Почему это вообще построили
Тут, мне кажется, главный смысл всей истории.
В разгар холодной войны советское руководство всерьёз готовилось к ядерному удару по столице. Никто не знал, насколько серьёзно — но риск считался реальным. На случай удара была разработана многоуровневая система обеспечения непрерывности власти.
Первый уровень — командные бункеры под ключевыми зданиями: Кремль, Лубянка, Министерство обороны. В них руководство страны должно было пересидеть первые часы и дни.
Второй уровень — защищённые комплексы за городом. О них известно ещё меньше. Несколько объектов в подмосковных лесах, рассекреченных частично.
Третий уровень — основной. Это и есть «Раменки». Огромное автономное убежище на глубине двухсот метров, способное вместить высшее руководство, верхушку силовых ведомств, ключевых учёных, лучших врачей. Их семьи. Технический персонал.
Запад строил похожие объекты. В США — комплекс под горой Шайенн в Колорадо. В Великобритании — Burlington, бункер на 4000 человек в Уилтшире. Эти бункеры рассекречены, по ним водят экскурсии. Они есть в каждой американской документалке про холодную войну.
Советский ответ был больше и глубже. И до сих пор закрыт.
Расположение в Раменках, по словам исследователей, было выбрано не случайно. На западе Москвы в брежневские годы традиционно жили партийная номенклатура и научная элита — академгородок МГУ, Воробьёвы горы, район за Мосфильмовской. Эвакуировать их в бункер можно было быстро — буквально через подвалы их же домов.
Что осталось сегодня
Главное, что нужно понимать — это до сих пор действующий объект.
«Раменки-43» формально не существует. Но юридически — есть подразделение, которое им управляет. ГУСП — Главное управление специальных программ Президента РФ — наследник 15-го главного управления КГБ СССР. Это они отвечают за «спецобъекты мобилизационного назначения».
Бюджет — закрытый. Численность — не публикуется. Что именно у них на балансе — тоже.
По косвенным данным, объект законсервирован, но поддерживается в рабочем состоянии. Бетонный мини-завод южнее главного здания МГУ — тот самый, который местные жители принимали за вход в бункер — частично заброшен, но окружён свежей колючей проволокой. Это видели и фотографировали диггеры в 2010-х. Старые стены, новая защита.
В последние годы появлялись комментарии экспертов, что поддержание такого комплекса в полной боевой готовности — задача почти невыполнимая. Слишком сложная инженерная система, слишком много специализированного персонала, слишком высокие требования к секретности. Скорее всего, говорят они, объект сохранён в виде «спящей готовности» — основные системы работают, но обитаемых отсеков давно нет.
С другой стороны, после 2022 года в открытых СМИ начали появляться новые публикации про столичные убежища — и государственная риторика про укрытия стала громче. Что это значит — каждый понимает по-своему.
Город под городом
Есть в этой истории что-то, что меня цепляет больше всего.
Несколько миллионов человек тридцать лет ходили на работу, водили детей в школу, ругались с соседями, копали дачи и стояли в очередях. И ни один из них не знал, что под их ногами — на глубине, равной высоте 60-этажного дома — лежит другая Москва. С электростанцией. С запасами еды. С квартирами для тех, кого они избирали и кому верили.
Это не упрёк. Это и есть устройство государства, в котором мы тогда жили. Где-то наверху принимались решения, о которых внизу не сообщали. И это считалось правильным — потому что государство знает лучше.
Сейчас от этой логики осталось много чего. И, наверное, ещё лет двадцать в Москве будет существовать подземный город, о котором будут знать только те, кто туда никогда не попадёт.
В этом, наверное, главное наследие холодной войны. Не ракеты и не флаги. А привычка не доверять собственным гражданам настолько, чтобы строить под их домами параллельную жизнь.
Объект «Раменки-43» официально не существует. Метро-2 официально называется «подземные транспортные сооружения мобилизационного назначения». Гермоворота в обычном метро — стандартная мера гражданской обороны.
Всё чисто. Всё в рамках закона.
А под пустырём напротив МГУ — тишина и бетон. И несколько десятков людей, которые приходят туда на работу через КПП на улице Раменки, дом 43.
Может быть, я что-то и преувеличиваю. Документов на стол так никто и не положил, и в ближайшие десятилетия — не положит.
Но иногда, когда я еду по Сокольнической линии и поезд проходит между «Спортивной» и «Университетом», я ловлю себя на привычке заглядывать в окно. Туда, где в темноте тоннеля иногда мелькает ответвление, уходящее в сторону.
Если было интересно — подпишитесь, у меня здесь такие истории каждый день.