СОЛДАТЫ НЕВИДИМОГО ФРОНТА
Олег Колебаев рассказал: "В середине 80-х годов уже открыто в ходу было понятие воин-интернационалист…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/agNmEhCabGjY3Nqz)
Официально – наши солдаты и офицеры строили за рубежом дома, дороги и охраняли мирный труд жителей этих стран. По факту - воевали за интересы СССР и дружественных нам стран.
У нас радиоразведчиков была своя война. Мы не ходили в атаки, в нас не стреляли, мы воевали с врагом в радиоэфире, находясь на своей территории и без официального объявления войны.
И хотя потерь не было, но седые волосы от нервного перенапряжения у 20-ти летних парней появлялись регулярно. Перед дембелем я у себя вырвал с десяток седых волос, чтоб не травмировать родителей.
Зимой 1986 г. в свободном поиске я засек работу новой радиостанции китайской армии. Поступил приказ «вести» ее.
Кроме нее я продолжал вести радионаблюдение и радиоперехват еще за двумя китайскими моторизованными дивизиями, которые срочно с границ СССР были переброшены на границу Китая с Вьетнамом.
Потом узнал, что на то время я фактически работал на безопасность и оборону Вьетнама. Китай планировал взять реванш за войну 1979 г. Там с 1985 по 1987 г. шла, так называемая «фальшивая война».
Судя по возросшему количеству перехваченных мной боевых радиограмм обстановка там была очень нервная, иногда они постреливали друг в друга, атаковали сопредельные территории.
Китайские радисты ставили множество обманок, чтобы я их не узнал или не смог перехватить радиограмму. Но я то уже старый воин, меня не проведешь, я уже заранее предугадывал их ходы.
Не сразу, конечно, но вскоре через час-два я узнавал сквозь радиопомехи на разных частотах почерк радистов «своих дивизий», и перехватывал их радиограммы. А там командование само смотрело, какие принимать меры.
Сложно все это описать не посвященным. Я не знаю, скольким вьетнамским солдатам сохранил жизнь, а сколько китайских солдат полегло из-за моих перехваченных радиограмм.
Спустя годы узнал, что тогда китайцы так и не смогли далеко зайти на территорию Вьетнама. Надеюсь, что в том есть и моя лепта.
Поэтому моему посту начальник разведки уделял особое внимание.
- Товарищ подполковник, я, что, выходит тоже воин-интернационалист? Я ж Вьетнам прикрываю, - спрашиваю у начальника разведки.
- Нет, - вздыхая, отвечает тот, - ты разведчик, ты невидимый солдат на не нашей войне. Тебя там нет.
P.S. Вот вроде бы и не был я там на войне, но в тоже время принимал прямое участие во вьетнамо-китайских разборках. Ранений нет, только пучок вырванных седых волос. Кто я, какой мой статус?
ЗЕМЛЯТРЕСЕНИЕ
Здание приемного центра представляет собой старый деревянный барак. Ночь, сидим на смене боевого дежурства. Вдруг здание подпрыгивает, стены скрипят и ходят ходуном, деревянный пол изгибается волнами.
Что такое? Землетрясение. Мы все сибиряки и поволжане, ни у кого опыта с этим явлением нет. Вот еще и еще толчок. Пол вздымается и если ты на самой его верхушке, то, как со снежной горки катишься вниз.
Весело, хоть какое-то развлечение. Идем с дежурства в казарму, обсуждаем событие, делимся впечатлениями, смеемся.
Подходим к казарме – часть стены спального помещения вывалилась наружу. А если бы во внутрь? Пол роты бы не проснулась.
Сразу же замолкаем. Стихия - вещь серьезная.
РАДИОГРАММА НАЕМНИКА
Сидим на смене боевого дежурства. У каждого оператора свой диапазон радиочастот, ищем в эфире врага, перехватываем его радиограммы. Вдруг удивленный возглас Сереги: «Ух ты!». Начинает перехват радиограммы, одновременно отдав команду на пеленг.
Серега - москвич, из семьи дипломатов, с детства с родителями по заграницам мотался, поэтому знает 4 иностранных языка. Когда его семья вернулась в Москву за новым назначением, прошел тайно от родителей медкомиссию и удрал в армию.
Объяснил все просто – с тем не дружи, с этим не разговаривай, а вот у этой девочки поинтересуйся, где папа работает. Устал быть под «колпаком».
А в армии хорошо, никто тебя не заставляет отчитываться, много разных людей и поговорить можно практически на любые темы. Хороший парень, не заносчив.
Через минуту по радиосвязи слышим голос планшетиста: «Вы там ничего не попутали? Станция работает из Кампучии (ныне Камбоджа)».
Кампучия не наш профиль, т.к. мы работаем против Китая.
Да и Серега, что-то задумался. Что такое?
- Да радиограмма какая-то странная. Ни шифра, ни кодов, открытый текст по-французски.
- Сможешь прочитать?
- Да легко! В общем, каких-то французских наемников вьетнамцы* прижали, командира и радиста убили, а этот, видать, в прошлом радиолюбитель, вот и стучит с черепашьей скоростью, как может. Помощи просит, место называет.
Передали радиограмму и пеленг дежурному офицеру. Есть тема пофантазировать произошедшее, сейчас наши бомбовозы прилетят – «помогут».
P.S. * - в то время на территории Кампучии находился вьетнамский ограниченный воинский контингент
ЧЕРНОБЫЛЬ
У радистов есть такое понятие, как «мертвый час». Это перерыв работы радиостанции. «Мертвый час» у пары десятков китайских радиостанций, за которыми боевая смена нашей роты вела радионаблюдение и перехват, практически наступал одновременно.
Может быть, у наших китайских коллег была пересменка или, что-то другое, но на 30-40 мин. у нас был отдых.
Это время каждый проводил по разному: кто-то кемарил, кто пил чай, некоторые втайне от дежурного офицера слушали новости или музыку по радиостанциям «Голос Америки», «Радио Свободы» и другими.
Если что-то появлялось интересное, то слушатель просто кричал частоту, мы быстро настраивались на работу этой станции и слушали информацию. Потом, конечно же, обсуждали новости.
Так, например, в конце января 1986 г., о гибели американского космического челнока «Челленджер» мы узнали через 5 мин. В то время это была вселенская скорбь.
Ночью 26 апреля 1986 г. дежурство шло своим чередом. Ближе к концу смены наступил «мертвый час», я пишу домой письмо, мол, служба заканчивается, скоро буду дома. С соседнего поста голос оператора – называет частоту.
Все быстро переключаются на «Голос Америки». Но наши уже включили радиопомехи и глушат передачу. До нас доносятся только обрывки фраз: « … городе Пр… Черн … авария …. ядерный взрыв ….».
Все оборачиваются ко мне: «Олег, что там у тебя дома случилось?». А мне и самому что-то поплохело. Стараюсь себя успокоить: «Мужики, да у нас там из военки только комбинат «Сибирь» в п. Пригорск строится. Так он только хим.оружие выпускать будет. Да и то, его еще не ввели в строй. Брешут, поди, америкосы.».
- Может уже война началась, отбомбились по вам, а мы и не знаем. - строят догадки сослуживцы. – Тебе скоро домой, бери на всякий случай противогаз.
С тревогой в сердце, прослушиваю все частоты радиостанций «Голос Америки», «Радио Свободы», «Радио Мюнхена», «Радио Гамбурга». Везде помехи, ничего не слышно.
Но я-то уже старый воин, я знаю и запасные частоты этих радиостанций, перехожу на них. Слышно, но плохо. Но я все равно ищу. И только на одной из запасных частот радиостанции «Немецкая волна» получаю всю информацию.
- Мужики, это не у нас рвануло, это на Украине АЭС медным тазом накрылась – с облегчением говорю им, - Саня, ты ж ведь из Подмосковья, так, что бери на дембель не только противогаз, но и ОЗК. У вас там, если америкосы с немчурой не свистят, радиоактивные осадки выпали.
На следующий день приходим с очередной смены в казарму. Вместо отдыха идем на полит.занятия.
Замполит 2 часа бодро рассказывает, какими семимильными шагами мы идем к коммунизму.
- Вопросы есть? - елейным голоском интересуется майор.
- Есть, а что там произошло на Чернобыльской АЭС? – спрашиваю я. – Америкосы уже второй день клевещут, что из-за аварии мы по всей Европе радиацию разнесли, и себя не забыли.
- Ты, что на боевом дежурстве слушаешь голос врага?! – лицо майора мгновенно багровеет. - Да ты преступник, ты изменник Родины!
- Так служба такая, врагов слушать. Друзей там нет, - парирую ему.
- 10 суток ареста! – срывается на крик замполит. - Нет в стране никаких аварий и ЧП! Да если бы у нас что-то и произошло бы, то это было бы сразу же в газете «Правда»! «Правда» печатает только правду! А кто слушает западные голоса – тот предатель Родины!
Через пару дней в «Правде» была маленькая заметка, о том, что на одной из атомных станций произошла авария. Действительно, правда, только вот какая-то кастрированная. Не понятно, какая станция, что за авария?
А вот газета «Комсомольская правда» аварии на Чернобыльской АЭС посвятила большую статью, в которой и описала подробно все события и радиоактивную опасность.
В дальнейшем мне было лестно, что я простой солдат, в условиях большой секретности, узнал об аварии на ЧАЭС одним из первых в стране, и в первые же ее минуты.
А под арест я так и не пошел. Командование посчитало, что дурость майора обороне страны может обойтись дороже. Ведь я ж все-таки боевой радиоразведчик, а не поллитрук, кто ж Родину защищать будет…"
P.S. Ремарка от автора: "В рассказе "Чернобыль" читатели могут не понять, почему я так напрягся, когда перехватил забугорную передачу о ЧАЭС. Дело в том, что я то сам из г. Черногорска, есть и пригород п. Пригорск.
А полузаглушенных вражьих голосах окончания н.п. было смазано: Черн..., При... Я - то подумал, что это у нас рвануло. Если не трудно - добавь в этом рассказе примечание от автора, что начало названий населенных пунктов Чернобыль - Черногорск и Припять - Пригорск просто совпало..." (продолжение следует)
