Сегодня интерес к истории нередко начинается с поиска своих корней – составления родословной. Предки большинства наших соотечественников относились к крестьянскому сословию, ведь к началу XX века три четверти населения Российской империи составляли именно крестьяне. Архивные документы позволяют восстановить общую канву жизни сельского жителя: рождения, брак, смерть, налоговые платежи, если повезет – судебные тяжбы. Но можем ли мы узнать, что составляло культурный мир прадедов? В некоторых случаях – можем. В сегодняшнем материале я расскажу о том, какие книги читали крестьяне села Рыбинское и окрестных деревень. Подробные сведения об этом сохранились в материалах работы Бежецкого уездного земского собрания.
Земский ликбез: 100 новых школ за 5 лет
1 января 1864 года император Александр II утвердил «Положение о губернских и уездных земских учреждениях». Были созданы земские собрания и управы – всесословные органы местного самоуправления на уровне губерний и уездов. Земства имели свой собственный бюджет, который складывался из налогов, взимаемых с владельцев недвижимости, торговых и промышленных предприятий. Как именно распоряжаться бюджетом, решали члены земских собраний – гласные, которых избирали на три года. Право избирать и избираться имели не все. Избиратели делились на три курии: частных землевладельцев, горожан и крестьянских обществ. Для каждой курии устанавливался имущественный ценз (по владению землей или недвижимостью в городе).
Первые выборы уездных земских гласных в Бежецком уезде прошли летом 1865 года, а 10 декабря того же года в Бежецке открылось первое уездное собрание. Не буду останавливаться здесь на подробностях формирования Бежецкого земства и его деятельности. Интересующиеся могут обратиться к работе Анатолия Николаевича Головкина «Владельцы мызы Подобино», которая размещена в открытом доступе. В этой книге приводится немало архивных документов, касающихся Бежецкого земского собрания и личностей его председателей. Я буду говорить о ситуации начала XX века, о времени, когда бежецкое земство уже сложилось и зарекомендовало себя за 40 лет эффективной работы.
Надо сказать, что с самого начала тон в земстве задавали помещики-дворяне. Неслучайно, по положению 1864 года в уездном земском собрании председательствовал местный предводитель дворянства. Это тенденция сохранилась и к началу XX века: хотя в составе земства была примерно треть гласных из крестьянского сословия, руководящая и направляющая роль принадлежала именно дворянам. Это неудивительно, ведь на тот момент именно представители потомственных дворянских родов оставались людьми наиболее образованными, способными к общественной деятельности.
Хорошо известно, что Тверское губернское земство было едва ли не самым либеральным в России и к началу XX века превратилось в настоящую оппозицию губернатору. Бежецкое уездное земское собрание состояло в основном из более консервативных лиц, хотя свои либералы здесь тоже были. Достаточно вспомнить бежецкого помещика Владимира Дмитриевича Кузьмин-Караваева – известного военного юриста, основателя Партии Демократических Реформ.
Огромный и густонаселенный Бежецкий уезд (около 250 тыс. жителей к началу XX века, абсолютное большинство – 97% относились к крестьянскому сословию) был действительно непаханым полем для работы земцев. Сохранились протоколы и отчеты Бежецкого земского собрания за более чем полвека его существования (1865–1917 годы), которые позволяют достаточно подробно изучить уездную жизнь того времени. Эти материалы наглядно показывают основные направления работы земства: народное образование, медицина, ветеринария, общественное призрение (дома престарелых, детские приюты, богадельни), строительство и содержание дорог и мостов, сельское хозяйство.
Образование неслучайно почти всегда стояло на первом месте на ежегодных земских съездах, или сессиях. Гласные прекрасно понимали, что вопрос просвещения народа – первостепенный. После проведения в 1897 году первой всероссийской переписи населения в распоряжении земцев оказались надежные данные о народной грамотности. На момент переписи в Бежецком уезде (исключая сам город Бежецк) среди достигших 20-летнего возраста крестьян грамотных мужчин было 51%, а женщин всего 4.6%.
Такое положение, когда неграмотными оставались больше половины населения, воспринималось властью и обществом как большая проблема. Бежецкое земство много сделало для открытия народных школ и подготовки кадров для них. В нашем распоряжении имеются цифровые данные, которые говорят сами за себя. Если в 1905 году в Бежецком уезде было 99 земских школ, то к 1910 году на средства земства содержались уже 199 школ, где учились 8 236 мальчиков и 5 786 девочек. То есть всего за 5 лет число земских школ удвоилось.
Библиотека-читальня в древнейшем бежецком селе
Кроме начальных школ открывались общедоступные библиотеки, крупнейшей из которых в Бежецком уезде была библиотека-читальня в селе Рыбинском. Место это историческое: Рыбинское (Рыбаньск) – один из древних центров Бежецкой пятины, упоминаемый в известном Уставе о епископской дани князя Святослава Ольговича 1137 года.
В конце XIX века село Рыбинское было центром Рыбинской волости, в нем проживало около 500 человек. Сейчас этот населенный пункт носит название Рыбинское Заручье (село слилось с соседей деревней Заручье) и относится к Максатихинскому району Тверской области.
Владимир Николаевич Мальковский – артиллерист, земский начальник, этнограф, археолог
Библиотека-читальня появилась в Рыбинском по инициативе местных помещиков, потомственных дворян Тверской губернии, братьев Павла и Владимира Николаевичей Мальковских. В 1899 году Павел Николаевич Мальковский (1861–1909) бесплатно представил здание, где в трех просторных светлых комнатах открылась библиотека. Труды по заведованию библиотекой принял на себя его младший брат Владимир Николаевич Мальковский (1863–?). Об этой незаурядной личности стоит сказать особо.
Как это было принято в роде Мальковских, Владимир Николаевич получил военное образование: окончил 2-й Московский кадетский корпус и Александровское военное училище. Еще двое братьев Мальковских – Александр (1858-?) и Николай (1865-?) – боевые генералы, участники Первой мировой войны. Однако, в отличие от братьев, Владимир Николаевич быстро оставил военную карьеру: в 1891 году он подал в отставку и поселился в родовом имении близ села Рыбинское. Здесь он продолжал нести государственную службу, но уже не военную, а гражданскую: с 1891 по 1917 год служил земским начальником 2-го участка Бежецкого уезда. Развивал сельское хозяйство: выращенный в его имении рогатый скот получал медали на сельскохозяйственных выставках.
Параллельно В.Н. Мальковский занимался этнографией и археологией: изучал свадебные крестьянские обычаи, песни и приговоры, записывал местные народные сказания, проводил раскопки курганов в своем селе. В 1902 году Мальковский окончил Императорский Санкт-Петербургский археологический институт и стал его членом-сотрудником. При жизни В.Н. Мальковского были изданы его труды: «Народное сказание об исчезнувшем храме святого Сергия, бывшем некогда близ деревни Тельцово Рыбинской волости Бежецкого уезда, и об иконе святителя Николая Мирликийского чудотворца, именуемой по народному преданию „Никола на Бреневе или Никола Лаптев“» (1909 год), брошюра «О раскопке кургана в с. Рыбинском».
«Потребность в книге, и при том в книге хорошей... в настоящее время крайне сильна в народе»
Оба брата Павел и Владимир Мальковские избирались гласными Бежецкого уездного земства и активно участвовали в его работе. В протоколах Бежецкого уездного земского собрания за 1903 год был помещен «Отчет о деятельности бесплатной народной библиотеки-читальни в селе Рыбинском Бежецкого уезда, основанной Тверским губернским земством в память дня рождения Ея Императорского Высочества Великой Княжны Ольги Николаевны».
Этот достаточно пространный документ с приложениями в виде статистических таблиц был составлен заведующим библиотекой Владимиром Николаевичем Мальковским. Перед нами не просто сухой отчет, а написанное хорошим литературным языком исследование неравнодушного и наблюдательного человека. Основной посыл «Отчета...» – обосновать особую важность библиотек в деле народного просвещения.
В.Н. Мальковский отмечает, что «потребность в книге, и при том в книге хорошей, пробужденной земской школою, в настоящее время крайне сильна в народе». В подтверждения он приводит цифры, собранные за четыре года работы библиотеки. Мы узнаем, что за 1902 год библиотеку посетили 7213 человек – на 784 человека больше, чем за предыдущий год. К 1903 году было зарегистрировано 6676 постоянных подписчиков. Книжный фонд библиотеки-читальни состоял из 2312 томов на сумму 1100 рублей.
Главный контингент читателей составляют подростки и взрослые, – пишет Мальковский, а среди первых первое место занимают, конечно, учащиеся в начальных народных училищах – Рыбинском, Ломовском, Зареченском, Сидорковском и Пальчихинском.
В среднем на каждого подписчика приходилось по 18 книг и 3 периодических издания. Интересно, прочитывают ли сегодняшние школьники по 18 книг в год?
Чтение долгими осенними и зимними вечерами
Наибольшее число читателей приходилось на свободное от полевых работ время – с октября по февраль. Крестьяне читали в основном долгими осенними и зимними вечерами:
В зимние и осенние вечера, по примеру прошлых лет, библиотека читальни была ежедневно переполнена просителями, посетителями крестьянами соседних деревень. На этих вечерах читались книги вслух, причем немало высказывалось замечаний по поводу прочитанного. Молодежь часто занималась решением шарад, помещенных в приложении к «Родине».
Село Рыбинское находилось неподалеку от железнодорожной станции Максатиха. В конце XIX – начале XX века эти живописные места облюбовали петербургские дачники. Одним из них был известный издатель Александр Сергеевич Суворин. Дачники тоже пользовались библиотекой:
Июль месяц дал также значительное число чтецов, но это увеличение надо отнести на счет дачников, пользовавшихся бесплатно книгами и журналами в читальне.
Соединительное звено между крестьянскими детьми и школой
Очень часто образование крестьянских мальчиков и девочек заканчивалось с окончанием начального училища. Подростками они погружались в заботы сельской жизни и быстро отвыкали от грамоты. Здесь на помощь приходила библиотека, которая побуждала молодежь к чтению и давала пищу для ума:
Факт, что никто из бывших учеников и учениц земских школ, посещающих библиотеку-читальню, не разучился читать и писать, что в прежнее время до открытия было явлением довольно часто встречавшимся. Факт этот объясняется главным образом благотворным влиянием читальни, дающим материал для чтения, окончившим школы и служащий как бы соединительным звеном между этими лицами и школою.
Крестьяне в курсе мировых новостей
Кругозор бежецких крестьян не ограничивался своим селом и соседними деревнями. Они живо интересовались не только российскими, но и мировыми новостями:
Особенно любопытное явление представляет развивающаяся потребность крестьян к газете. Газеты чаще читаются целым обществом или компанией. Многие интересуются биржевыми ценами на хлеб, лен и другие продукты. С особым интересом прочитывались газеты о событиях в Китае и Турции и приготовления к Саровским торжествам.
В Рыбинской библиотеке-читальне была внушительная подборка периодических изданий. В отчете приводится список газет и журналов, которые выписывались для библиотеки: «Природа и люди», «Вокруг света», «Родина», «Русское чтение», «Пожарное дело», «Юный читатель», «Читальня народной школы», «Север», «Крестьянское хозяйство», «Земледелец», «Тверские ведомости», «Вестник спасения на водах», «Свет», «Детское чтение», «Сельский вестник», «Московский листок», «Педагогический листок» и «Нива».
«Какие же книги всего более нравятся читателям-крестьянам?»
Пожалуй самой интересной частью отчета стал ответ на вопрос «Какие же книги всего более нравятся читателям-крестьянам?» В.Н. Мальковский отмечает, что за четыре года работы библиотеки-читальни крестьяне стали более избирательными в выборе книг:
При просьбе книг для прочтения заметно начинает проявляться выбор. Правда, многие теперь берут всякую попавшуюся книжку или делают весьма нежелательный выбор, но теперь нередко крестьянин старается достать книгу определенного содержания. Добытая книжка сплошь и рядом читается не в одиночку, а в целом обществе, собранием родных и знакомых, которые во время чтения комментируют и обсуждают прочитанное.
Развитие местной народной массы еще слабо; ея вкусы все еще не определены, так что сама она не знает определенно, что хочет. Большинство читателей просят дать им книжки или почуднее, или пострашнее, или божественную. Вообще на первом плане стоят такие книги, которые могут произвести сильные впечатления, подействовать на чувства. Эту склонность прекрасно подметили распространители наших лубочных изданий.
У библиотеки в Рыбинском даже появился конкурент – местный лавочник Федоров, который начал продавать и раздавать для прочтения лубочные издания, вроде, например, изданий Сытина (Иван Сытин – крупнейший издатель дореволюционной России – И.К.) «Кожаный чулок», «Сказка об Иване Лентяе, о деде-волшебнике и о прекрасной княжне Нине», «Разбойник Тарас Черномор» и другие. Такие «лубочные», то есть украшенные яркими картинками книги развлекательного содержания, действительно пользовались большой популярностью среди невзыскательных читателей.
Земцы же ставили целью приучить крестьян к чтению действительно полезных книг. Здесь очень важной становилась роль библиотекаря, который мог рекомендовать читателям то или иное издание.
Многие из посетителей полагаются на вкус библиотекаря, на долю которого попадает таким образом благородная задача сроднить читателя с книгой. Впрочем, вкусы иногда оказываются различными. Однажды библиотекарь предложил крестьянину прочесть какую-то книгу. «Ну, – ответил крестьянин, – как стану читать, так меня в сон клонит». Вследствие этого рекомендация своего брата-крестьянина придает подчас более значения, чем рекомендации библиотекаря. Ты похвалил, заявил крестьянин библиотекарю о какой-то рекомендованной книге, а я и не понял ее. А вот сосед одну книжку одобрил, и я ее понял, и она мне понравилась. Потребность в книге среди крестьян ощущается сильная, на что ясно указывает значительное число выданных книг. Книги, заинтересовавшие читателей, переходят из рук в руки помимо библиотеки. Хорошие книги и в три года не дождешься, заявляет библиотекарь один крестьянин, недовольный тем, что ему долго приходится дожидаться желаемой книги.
Библиотекарем был местный крестьянин М. Соколов, успешно окончивший Рыбинскую земскую школу. За свою работу он получал жалование 60 рублей в год. Кроме того, учительницы местных земских школ А.О. Зубова, В. А. Петропавловская, А.А. Фруктова, П. Е. Якимова, А.Д. Пименова, О. В. Коженкова, Л.В. Коженкова и учитель Метлин приняли на себя бесплатно труд, свободное от занятий время выдавать книги ученикам своих школ, что значительно облегчало деятельность библиотеки и упорядочило ведение статистических записей.
В.Н. Мальковский выделил пять категорий книг, которые были наиболее востребованы у крестьян:
Усерднее всего крестьяне читают изящную словесность, затем книги исторического содержания, путешествия и религиозные. В меньшем почете книги научно-практического содержания.
В каждой из этих категорий выделялся свой топ самых востребованных изданий.
Изящная словесность:
Не жалуют крестьяне и стихи, вообще, наравне с драматическими произведениями. Только некоторые писатели составляют исключения. Крестьяне охотно читают Пушкина (стихи), Гоголя («Тараса Бульба»), Ершова («Конек-горбунок»), Лермонтова (стихи), Кольцова и Жуковского (сказки). Очень приходится по вкусу комедии Островского «Бедность не порок». Большой любовью пользуются «Капитанская дочка», «Князь Серебряный». Очень охотно читают и Дедушку Крылова. Из беллетристов предпочтительным вниманием пользуются Тургенев, Достоевский, Соловьев (вероятно, имеется ввиду ныне почти забытый литературный критик, историк литературы Евгений Андреевич Соловьев – И.К.). Спрашивают Некрасова, Короленку, Чехова, Горбунова.
В целом мы видим привычный для нас набор имен русских писателей, которые стали классиками уже к началу XX века. Так что выпускник современной общеобразовательной школы легко бы мог найти язык с бежецким крестьянином 1903 года – литературный «культурный код» у них был бы общий.
Книги религиозно-нравственного содержания:
Любимыми книгами религиозно-нравственного содержания являются: «Жизни Иисуса Христа и Пресвятыя Богородицы», «Троицкие листки», «Училище благочестия», «Житие Николая Чудотворца», «Жизнь о. Иоанна Кронштадтского», «Старец Серафим Саровский» и т.д. В начале Великого поста все население, без различия пола и возраста, прекращая чтение светских книг, принимается за чтение сочинений исключительно религиозно-нравственного содержания.
Именно в 1903 году состоялась долгожданная канонизация преподобного Серафима, почитаемого подвижника и старца, иеромонаха Саровский Пустыни. Прославление стало событием всероссийского масштаба. В июле 1903 года в Сарове прошли церковные торжества, в которых участвовал император Николай II и члены семьи Романовых. Преподобный Серафим стал одним из самых почитаемых русских святых, наравне с преподобным Сергием Радонежским.
Исторические книги:
Книги исторического содержания, особенно популярные среди бывших солдат. Войны всякого рода, рассказы о Петре Великом, Суворове, Петрушевского о монгольском иге, об Отечественной войне, царствовании Александра II, русская истории и т.п., всегда находят себе читателя; книгу «За Дунаем» Немировича-Данченки прочитывают некоторые по нескольку раз. Главным образом читатели интересуются своей страной и своей историей, избегая иностранных имен и названий. Вообще крестьяне не любят и переводных книг, так как в данном случае и имена, и местности чужды ихнему слуху. Только война бурских республик отчасти разрушила старинныя предрассудки. Благодаря этой войне, столь популярной в России, крестьяне стали интересоваться событиями вседневной мировой жизни и в последнее время явился спрос на книги про англичан и буров.
Книга «За Дунаем: Война с турками за освобождение славян, 1877–1878 гг. Очерки и рассказы» была написана Василием Ивановичем Немировичем-Данченко – старшим братом известного театрального деятеля Владимира Ивановича Немировича-Данченко. Василий Иванович принимал участие в войне как корреспондент и написал книгу на основе собственных наблюдений.
Книги научно-практического содержания
Жизнь заставляет крестьян брать и книги практического содержания: у одного крестьянина заболела лошадь, – по указанию взятого из читальни скотолечебника, он вылечил лошадь и затем сделал выписку из книги. После этого случая началось требование и на книги практического содержания. Иногда в книге ищут ответа на жгучие вопросы в крестьянском быту. Дай книгу про Сибирь, – просит библиотекарь и крестьянский мальчик, мой дядя собирается идти туда. Не обходится и без курьезов. Так, один. Читатель потребовал книгу о заговорах, желая, по его словам, заговорить лихорадку. Если на произведение научного содержания среди крестьян сравнительно мало находятся читатели, то тому виной в сильной степени их авторы. Слог их сочинений не отвечает степени развития и понимания народа. Это ясно видно из того, что истины, хотя бы и научные, но изложенные простым и толковым языком, пользуются успехом и среди крестьян. Возьмем, например, книгу Рубакина «О великих и грозных явлениях природы». Господи, какие чудеса бывают на свете, – сказал один крестьянин, прочитав эту книгу. Я брал и читал книгу «О великих и грозных явлениях природы», дайте еще, – просил другой читатель.
Упомянутая книга «О великих и грозных явлениях природы» – настоящий бестселлер, написанный популяризатором науки Николаем Александровичем Рубакиным (1862–1946). Рубакин доступным языком рассказывал о различных природных явлениях, которые вызывают у человека страх и трепет, а также объяснял их природу. Впервые книга была издана в 1892 году, затем неоднократно переиздавалась, в том числе и в советское время.
Детская литература
Дети в выборе чтения являются, если можно так выразиться, большими космополитами. Берутся преимущественно сказки, но всякие без разбора – и русские, и арабские, и норвежские, и сказки братьев Гримм. Но все же любимой книга остается неизменно вечно юный «Робинзон Крузо». Подростки обнаруживают особенную энергию на чтение книг.
Удивительно, как «Робинзон Крузо» – книжка, написанная в начале XVIII века англичанином Даниэлем Дефо как учебник протестантской этики, завоевала сердца практически всех читающих детей в России. Не были исключением и бежецкие крестьянские дети.
Крестьяне не только охотно читали книги из земской библиотеки, но и сами начали пополнять её книжный фонд:
Так, крестьянин села Рыбинского Василий Яковлев пожертвовал 12 книг сочинений Жюля Верна. А крестьянин деревни Заручья Максим Соколов пожертвовал три книги духовно-нравственного содержания. Оба жертвователя заявили библиотекарю, что дарят эти книги в читальню, потому что они очень интересны и хороши, и, наверное, на них найдется много охотников прочитать.
Заканчивая свой обзор В.Н. Мальковский подытоживает:
Как видно из всего приведенного, стремление к просвещению у крестьян весьма велико. Книги в глазах крестьянина – источник знания всякого рода. Как бы то ни было, семена, брошенные Тверским губернским земством, упали на добрую почву. Во всяком деле, возможно и даже неизбежны недочеты, но многое приходит к счастливому концу при условии энергичного отношения к делу. Дальнейшие заботы губернского уездного земства о поддержании библиотеки читальной, безусловно, принесут огромную пользу местному крестьянскому населению, удовлетворяя все возрастающую потребность в просвещении. <...>
У крестьян есть несомненная охота учиться, нужно только энергичное содействие интеллигенции. Можно утвердительно сказать, что впрочем убедительно доказывает проведенный обзор деятельности читальни, что вопрос о Народной библиотеке читальни – вопрос далеко не праздный, не кабинетный, а жизненный. Все друзья народного просвещения пожелают, конечно, полного успеха дальнейшему развитию деятельности библиотеки-читальни. Духовный прогресс народа возможен только в том случае, когда народ будет стремиться к познанию и будет при этом находиться ответственные средства к удовлетворению этого законного стремления человека к свету и знанию.
Автор – Иван Крылов, краевед-исследователь. Перепечатка материала возможна только со ссылкой на первоисточник.