Книги в бабушкином доме были везде. Они стояли на полках в зале, громоздились на тумбочке у дедовой кровати, лежали стопками на подоконнике. Старые, с пожелтевшими страницами, с потрепанными корешками. Сначала Вика смотрела на них равнодушно — ну книги, скукота. Когда она в последний раз читала? В школе задавали, а она открывала краткое содержание в телефоне. Кто сейчас читает книги, когда есть блогеры, видео и быстрые новости?
Но интернета не было. А скука в первый месяц в деревне делала своё дело.
Первую книгу она взяла случайно — «Дети капитана Гранта» лежала на видном месте. Вика открыла её, пробежала глазами первую страницу, потом вторую. Зачиталась до вечера, пропустив ужин.
— Ты чего не ешь? — запереживала снова бабушка.
— Сейчас, — отмахнулась Вика, не отрываясь — Еще пара страничек осталось.
Потом были Жюль Верн, Майн Рид, Фенимор Купер. Индейцы, путешествия, открытия. Вика читала запоем, наверстывая упущенные годы. Она представляла себя рядом с героями — плыла на плоту, скакала по прериям, выслеживала врагов.
«А ведь это интереснее, чем листать ленту», — поняла она вдруг.
В книгах была жизнь. Настоящая, с приключениями, страхами, любовью. Герои ошибались, страдали, побеждали. Они были живыми, не как отфильтрованные картинки в соцсетях.
Однажды вечером, дочитав «Таинственный остров», она отложила книгу и уставилась в потолок.
«А чего хочу я? — спросила она себя. — Раньше хотела лайков, подписчиков, идеального тела. А чего я хочу на самом деле?»
Она взяла дневник, открыла новую страницу. Написала сверху: «Мои мечты».
И задумалась.
Сначала был ступор. Оказалось, что к своим 13 годам у Вики не было больших целей в жизни. Сейчас, прожив в Таловке почти два месяца, она поняла, что блог о красоте ей не интересен, она выросла из него. Она вдруг поняла, что ни разу не задумывалась об этом серьёзно. Школа, блог, планы на завтра — всё это было каким-то ненастоящим. А книжные герои знали, чего хотят. Они плыли к цели, даже если было страшно.
«Может, и я смогу? — подумала Вика.
Она сидела над дневником до поздней ночи. Записывала мысли, вычеркивала, и когда перечитала, что получилось, все её цели были об одном: она хочет путешествовать, узнавать новое, создавать что-то своими руками и помогать людям.
***
Каждый день Вика ходила с Артёмом помогать бабушкам. А после обхода бабушек они гуляли по окресностям Таловки.
Артём знал лес как свои пять пальцев. Он показывал Вике тропинки, о которых не догадывались даже местные мальчишки. Водил её к старым дубам, к родникам, к полянам, где земляника поспевала раньше, чем в других местах.
— Слушай внимательно, — сказал он однажды, останавливаясь посреди соснового бора. — Слышишь?
— Что? — прислушалась Вика.
— Иволга. Вон там, на верхушке.
Он показал рукой, и Вика разглядела жёлтую птицу, которая перелетела с ветки на ветку.
— А эту знаешь? — спросил Артём.
— Не знаю.
— Это дятел. Он по коре стучит. Слышишь дробь?
— Похоже на барабан.
— Вот именно.
Он научил её различать голоса птиц, не видя их. Синица — «ци-ци-пи», зяблик — «пью-пью», кукушка — и так понятно. Вика удивлялась, как много всего вокруг, если уши не закрыты наушниками.
— Ты откуда это всё знаешь? — спросила она.
— Папа научил, — ответил Артём. — Мы с ним в лесу с детства. Грибы, ягоды, охота. А птицы — они просто рядом. Надо только слушать.
— В городе у нас другие звуки. Машины, сигналы, музыка из телефонов.
— А ты приезжай зимой, — предложил он. — В деревне тишина. Снег скрипит, дрова трещат в печке. И птицы реже, зато слышно лучше.
— Приеду, — пообещала Вика и сама поверила.
***
Когда они уставали ходить, садились на ствол поваленного дерева. Артём доставал из рюкзака термос с чаем и мамины булочки. И Вика рассказывала про книги.
— Я сейчас читаю Джека Лондона, — сказала она. — «Белый Клык». Понимаешь, это про волка, который ищет своё место в мире. Он не знает, где добро, где зло.
— И где же?
— А он сам решает. Сначала был диким, потом стал домашним. Полюбил человека.
— Как ты, — улыбнулся Артём.
— Что значит — как я?
— Ты тоже ищешь своё место. Сначала была городская, дикая, в телефоне. А теперь вон какая — травы собираешь, бабушкам помогаешь.
Вика задумалась. Он был прав. Она и правда изменилась. Не только внешне — загорела, поправилась, волосы отросли. Внутри тоже что-то сдвинулось, встало на свои места.
— А ты чего хочешь в жизни? — спросила она.
— Я? — Артём прищурился. — Закончить школу, потом училище.
— Кем хочешь стать?
— Спасателем, — просто ответил он. — Или пожарным. Помогать людям.
— Почему?
— А потому что, — он посмотрел в небо. — У нас в деревне был пожар два года назад. У тёти Гали дом загорелся. Приехали пожарные, спасли всех, конечно, но люди могли погибнуть. Я тогда решил, что хочу быть там, где трудно. Где нужна помощь.
— Это круто, — серьёзно сказала Вика. — Я бы не смогла.
— Смогла бы. Ты уже помогаешь бабушкам. Это тоже важно.
— Ну, это не спасать людей из огня.
— Ты не права – это тоже важно. Они тебя ждут. Знают, что ты придёшь, что есть кому слово сказать, по дому помочь.
Вика молчала. Она не думала о своей волонтёрской работе как о чём-то серьёзном. Просто так получилось, и ей понравилось. Но сейчас, слушая Артёма, поняла — это не просто «так получилось». Это её путь.
— А у меня появились мечты, — сказала она.
— Какие?
— Путешествовать. Увидеть мир. Не в телефоне, не по картинкам — своими глазами. Горы, океан, другие страны. А еще учиться! Я поняла, что совсем ничего не знаю о настоящей реальной жизни. Вот и двойки по предметам из-за этого. А сейчас интересно. Книжки вот читаю. И, знаешь, мне очень нравится шить – бабушка учит, и это круто. Что-то сделать своими руками. И помогать другим тоже нравится… — Вика замолчала, смущенная своими словами.
— Это настоящие мечты! — воскликнул Артём. — Я тебе даже немного завидую, что у тебя их столько!
Они сидели и молчали. Вика поняла, что с Артёмом ей было спокойно и как-то по-настоящему. Не надо было притворяться, изображать из себя другого человека. Просто быть.
— А ты чего-нибудь боишься? — неожиданно спросила она.
— Не знаю, — он задумался. — Наверное, стать как все. Забыть себя.
— Ты не забудешь, — твёрдо сказала Вика.
— Откуда знаешь?
— Вижу. Ты — настоящий.
Они сидели на стволе, пили чай, и лес вокруг шумел своей вечной, спокойной жизнью.
***
Идея пришла неожиданно. Вика сидела на веранде, перебирала бабушкины журналы, и наткнулась на выкройку старинного платья. Пышного, с кружевами, как у принцесс из книжек.
— Слушайте, — сказала она, поднимая голову. — А давайте поставим спектакль?
— Какой спектакль? — не понял Илья.
— Настоящий, как в театре. К Дню рождения Вани.
Ваня, который возился в углу с Дружком, поднял голову.
— А я там буду?
— Будешь, — кивнула Вика. — Мы тебе тоже роль придумаем.
— Какую?
— Пока не знаю. Илья, напишешь сценарий?
Илья задумался. Он уже пробовал сочинять истории для своих комиксов. Почему бы не попробовать для театра?
— Дракон, — сказал он. — И какой-нибудь монстр. И рыцарь, который его победит.
— А я кем буду? — спросил Ваня.
— Ты будешь рассказчиком и еще шумовым оркестром, — решила Вика. — Будешь играть на ложках, кастрюлях, крышках.
— Круто! — обрадовался Ваня. — Я громко стучу.
— Это мы заметили, — усмехнулся Илья.
***
Вика начала шить костюмы к спектаклю.
Она достала бабушкину швейную машинку. Перерыла шкаф с тряпьём, нашла кусок бархата — тёмно-синего, почти чёрного. Плащ для рыцаря. Кусок красной ткани — для драконьей пасти. Старый мамин шарфик — вуаль для феи.
— А кто будет феей? — спросил Ваня.
— Я буду, — ответила Вика и покраснела.
— А какая фея?
— Добрая. Которая помогает рыцарю победить монстра.
Илья уже строчил сценарий. Рыцарь (им должен был стать он сам) отправлялся в путь, преодолевал препятствия, сражался с чудовищами. А в конце его ждал дракон, которого нужно было не убить, а приручить.
— Почему приручить? — спросила Вика.
— Потому что дракон — это не зло, — ответил Илья. — Это страх. А страх можно победить дружбой.
— Ты у нас философ, — засмеялась Вика.
***
Ребятишки из деревни тоже захотели участвовать. Колька вызвался быть лесным разбойником, Витька — мудрым старцем, Пашка — драконом.
Репетировали на веранде.
Вика выстроила всех по местам, раздала слова. Илья репетировал монолог рыцаря перед боем.
— Я не боюсь тебя, дракон! — громко произнёс он.
— Ой, как страшно, — сказала Вика.
— А должна сидеть и слушать, — огрызнулся Илья.
— Так я про дракона.
Ваня барабанил на кастрюлях. Грохот стоял такой, что куры во дворе разбегались. Дружок подвывал, думая, что началась гроза. Он боялся грозы и каждый раз бежал в дом, прятался.
— Тише! — закричала бабушка из окна. — Вы мне всю посуду переколотите!
— Это шумовой оркестр! — объяснил Ваня.
— Шумовой — пусть будет в поле, а не дома!
Дед, сидевший в кресле-качалке, улыбался в усы и не вмешивался.
Самой смешной была сцена сражения.
Илья надел плащ, взял деревянный меч, который смастерил дед. Вика — лёгкое платье. Они разыгрывали бой: рыцарь рубил дракона, дракон махал хвостом (старая верёвка с тряпкой), фея взмахивала шарфиком, насылая добрые чары.
— А можно я вас сниму? — спросил дед.
— На телефон? — уточнила Вика.
— На плёнку. Для истории.
Он достал старый фотоаппарат, навёл объектив. Ребята засмущались, потом снова вошли в роль.
— В атаку! — закричал Илья.
— Умираю! — прошептал дракон (Пашка).
— Не умирай, — сказала фея, — давай дружить.
Дракон согласился. Все взялись за руки, вышли на поклон. Ваня грохнул крышкой так, что стекло в раме звякнуло.
— Браво! — закричал дед.
— Ещё раз! — Ваня застучал снова.
***
За день до спектакля, когда веранда была завалена костюмами, а Ваня репетировал соло на кастрюлях, перед домом загудел мотор.
— Машина! — закричал Ванька, бросая ложки и бегом к калитке.
Из машины вылезли мама и папа. Счастливые, улыбающиеся, с огромным пакетом подарков.
— Сюрприз! — крикнула мама, раскрывая объятия.
Ваня повис на шее, Илья подошёл, тоже обнял украдкой. Вика стояла в стороне, ждала.
— Дочка, — сказала мама и заплакала.
— Мам, ну чего ты? — Вика обняла её, уткнулась в плечо.
— Соскучилась, — выдохнула мама. — Очень.
Папа пожал руку деду, обнял бабушку.
— Здорово у вас тут, — сказал он, оглядывая двор. — Дети загорели, повеселели.
— А то, — усмехнулся дед. — У нас тут школа выживания.
***
Вечером устроили большой ужин в честь Дня рождения Вани. Бабушка напекла пирогов, мама привезла торт — свой, домашний.
Ваня сидел на почётном месте, разворачивал подарки. Конструктор, книга про динозавров, робот на батарейках.
— А завтра у нас спектакль, — похвастался Ваня.
— Какой спектакль? — удивились родители.
— Секрет, — загадочно ответила Вика. — Завтра всё увидите.
***
Ночью, когда все улеглись, Вика сидела на крыльце. Мама вышла, села рядом.
— Ты изменилась, — сказала она.
— В каком смысле?
— Спокойная стала, глаза горят. Не кринжуешь.
— Я уже не кринжую, — засмеялась Вика. — И вообще, я теперь фея.
— В каком смысле?
— В театральном. Завтра увидишь.
Мама обняла Вику.
Звёзды светили ярко. Дружок залаял во сне, перебирая лапами. День рождения Вани начинался.
***
Клуб в Таловке был старым — деревянным, с высокими окнами и сценой, на которой когда-то выступали приезжие артисты и местный хор. Дед с бабушкой рассказывали, что в молодости сами танцевали здесь до утра. Сейчас клуб открывался редко, только по праздникам. Ради неожиданного домашнего спектакля сделали исключение.
Вика пришла за час до начала представления. Проверила костюмы, висевшие за кулисами на вешалках. Плащ рыцаря — тёмно-синий бархат. Платье феи — лёгкое, летящее, с венком из полевых цветов. Драконья пасть из красной ткани, натянутая на проволочный каркас. Шумовой оркестр — кастрюли, крышки, ложки, разложенные на столе.
— Всё готово, — сказала она, оглядывая реквизит.
— Боишься? — спросил Артём, который пришёл помогать.
— Немного, — призналась Вика. — Родители в зале. Увидят меня на сцене.
— Увидят самую красивую фею.
— Ты льстишь.
— Я правду говорю.
***
Зрители рассаживались.
На первых рядах — родители, рядом — бабушка с дедом. Чуть подальше родители всех остальных артистов. Деревенские бабушки пришли посмотреть на представление.
Свет погас, зажглась лампа на сцене.
— Внимание! — объявил Артём. — Сказочное представление «Рыцарь, дракон и волшебная фея»!
Зал затих.
Илья вышел из-за кулис, расправил плечи. Плащ развевался, меч сверкал. Он шёл медленно, гордо, как настоящий воин.
— Я рыцарь Львиное Сердце, — начал он. — Мне предстоит победить злого дракона.
— Какой он смешной? На рыцаря совсем не похож — прошептал Ваня из-за кулис — громковато, но все сделали вид, что так и надо.
— Ш-ш-ш, — шикнула Вика.
Дальше по сценарию рыцарь шёл лесом. Лесом служили два стула с ветками, которые держали Колька и Витька.
— Куда идти? — спросил Илья.
— Туда, — показал Колька.
— Нет, туда, — показал Витька.
Рыцарь растерялся. Тут появилась фея.
Вика выплыла из-за кулис, венок на голове, платье струилось. Она старалась не смотреть в зал, чтобы не сбиться.
— Не бойся, рыцарь, — сказала она. — Я покажу тебе дорогу.
— Спасибо, добрая фея.
Они пошли вместе.
Ваня грохнул крышкой — изображал шум леса. Зал вздрогнул, потом засмеялся.
Встреча с драконом была самой ответственной.
Дракон (Пашка в красной накидке) выскочил из-за ширмы, зарычал.
— Р-р-р!
— Я не боюсь тебя! — сказал рыцарь, поднимая меч.
— А зря, — ответил дракон человеческим голосом.
— Не по сценарию! — прошипела Вика.
— А я так хочу, — огрызнулся Пашка.
Ваня снова грохнул крышкой. Дракон замер.
— Что это? — спросил он.
— Это смерть твоя пришла, — высокопарно воскликнула Вика. — Ты ответишь за все свои злодеяния!
Дракон задумался, потом сказал:
— А может, не будем воевать? Давайте лучше чай пить.
— Опять не по сценарию? — спросил Илья.
— Зато разумно, — засмеялась Вика.
Илья опустил меч. Дракон улыбнулся.
Фея взмахнула шарфиком, и сцена превратилась в поляну. Все сели в круг, Ваня разлил воображаемый чай из игрушечного чайника.
— За дружбу! — сказал рыцарь.
— За мир! — сказал дракон.
— За Ваню! — сказала фея.
В зале захлопали.
***
Василий сидел в третьем ряду и не верил своим глазам.
Илья, его тихий, вечно бледный Илья, стоял на сцене с расправленными плечами, говорил громко и чётко, улыбался. Корсета с нарисованным драконом выглядел настоящими рыцарскими латами. И во всем Илье чувствовалась уверенность, стержень, которого раньше не было.
Вика, его капризная, вечно недовольная Вика, порхала по сцене феей. Она улыбалась открыто, по-настоящему, не кринжевала, не смотрела в телефон, не огрызалась. Она была живая.
А Ваня... Ваня с увлечением колотил в кастрюли, не сбиваясь с ритма. Рядом крутился Дружок, пытаясь подвывать.
— Ты смотришь? — спросила Анна, беря мужа за руку.
— Смотрю, — ответил Василий. — И не верю.
— Это наши дети.
— Да, — сказал он. — Наши. Настоящие, живые, весёлые.
Он вдруг почувствовал, что у него защипало глаза. От радости, от гордости, от того, как долго они шли к этому — выброшенные телефоны, деревенская ссылка, слёзы, ссоры, долгие разговоры.
— Я горжусь ими, — прошептал он.
— И я, — ответила Анна.
***
Спектакль кончился. Артисты вышли на поклон.
Илья — плащ на плечах, меч в руке. Вика — венок чуть съехал набок, платье помялось, но она сияла. Ваня — с крышкой в одной руке, зажатой ложкой.
— Браво! — крикнула бабушка из зала. — Молодцы!
Все захлопали. Дружок залаял, решив, что это его тоже касается.
Василий выбежал вперёд, обнял всех троих — сразу, не разбирая.
— Мои хорошие, — сказал он. — Вы настоящие артисты! А я и не знал.
Вечером, когда гости разошлись и звёзды зажглись над садом, они сидели на веранде, пили чай с пирогами и пересматривали плёночные фотографии.
— Это был лучший День рождения в моей жизни, — сказал Ваня и заснул прямо за столом, уронив голову на лапы Дружку.
Это 19 глава романа "Лето без интернета"
Как купить и прочитать все мои книги, смотрите здесь