В афише Нуриевского фестиваля разных лет балет «Шурале» присутствует непременно; этот спектакль был и в программе самого первого форума в 1987 году. Это неудивительно: «Шурале» – бренд национальной татарской культуры и шедевр отечественной хореографии.
История создания спектакля интересна сама по себе, она впечатляет извилистостью пути продвижения к цели. Наше повествование начинается во второй половине 1939 года, когда студент Московской консерватории Фарид Яруллин приступил к выполнению задания своего педагога по композиции. Оно заключалось в предложении сочинить музыку балетных сцен на сюжет татарских народных сказок и поэмы Габдуллы Тукая о лешем Шурале. Работа Яруллина оказалась успешной, дав основание обратиться к татарскому писателю Ахмеду Файзи с просьбой написать либретто целого балета. Творческая мысль забурлила: произведение предполагалось включить в Декаду татарского искусства в Москве, назначенную на август 1941 года. Первый национальный балет «Шурале» должен был представить Татарский театр оперы и балета в столице. Для постановки в Казань был направлен балетмейстер Леонид Якобсон, который приступил к созданию хореографии, но завершить начатое помешала Великая Отечественная война. Яруллин был мобилизован и погиб на фронте. Инструментовка «Шурале», не законченная Яруллиным, была сделана композитором Фабием Витачеком. Премьера «Шурале» в постановке балетмейстеров Леонида Жукова и Гая Тагирова состоялась в Казани в Театре оперы и балета имени М. Джалиля в марте 1945 года.
В послевоенные годы по заказу Государственного академического театра оперы и балета имени С. М. Кирова в Ленинграде композиторы Валерий Власов и Владимир Фере сделали новую оркестровую редакцию, в которой «Шурале» и был поставлен Якобсоном. Первоначально балет назвали «Али-Батыр», что означает «Святой богатырь», но затем вернули название «Шурале». Именно в этой музыкальной редакции балет обошел многие сцены страны и мира.
15 мая 2026 для участия в фестивальном спектакле «Шурале» в Казани высадился десант Мариинского театра: Рената Шакирова, Тимур Аскеров и Раманбек Бейшеналиев. Аскерову и Шакировой уже доводилось создавать на казанской сцене образы Былтыра (другое произношение Батыр) и Сююмбике. Однако теперь артистка вернулась в столицу Татарстана, исполнить роль Сююмбике в статусе прима-балерины – высшей ступени профессиональной иерархии. Шакирова вполне оправдывает высокое звание: ее танец технически безупречен, легок, грациозен. Девушка-птица действительно трепещет руками-крылышками, парит над сценой, источая море обаяния и открытых эмоций. Ее женственность оттеняет широкий, энергичный танец Аскерова. Элегантный балетный принц преобразился в народного героя. Статному танцовщику с выразительным жестом и благородной манерой легко создавать образ богатыря – смелого, решительного и романтичного одновременно.
В заглавной роли перед казанским зрителем Раманбек Бейшеналиев предстал впервые, да и вообще это новое имя для казанской публики. Его Шурале угрожающе сверлит взглядом исподлобья, но мягкое, податливое тело не ломается колючим угловатым сучком, а скорее напоминает гибкую веточку.
Артисты татарского театра на фоне гостей смотрятся органично. Танец Ланы Халимовой (Огненная ведьма) и Ильнура Гайфуллина (Шайтан) напоминал языки адского пламени, готового спалить лес со всей обитающей в нем нечистью еще до того, как это, согласно либретто, сделает Былтыр. Яркими красками доброго юмора нарисовали портреты Главной свахи и Главного свата Аза Апакина и Станислав Сырадоев.
На Нуриевский фестиваль приглашают не только танцовщиков. Так, спектаклем «Шурале» дирижировал заслуженный деятель Казахстана Нуржан Байбусинов, а двумя днями раньше во главе оркестра «Золушки» становился заслуженный артист Армении Карен Дургарян. Оба уже не раз участвовали в Нуриевских фестивалях и стали его желанными маэстро.
Александр Максов