Знаете, в советском кино были актеры, которые сгорали ярко, быстро и невыносимо больно. Такие вспышки на небосклоне, которые поражают своей мощью, но через мгновение оставляют лишь пепел и воспоминания.
Евгений Урбанский — один из них.
В 1957 году вся страна ахнула, когда на экраны вышел фильм «Коммунист». Высокий, румяный, с плакатной внешностью, он ворвался в кинематограф так, будто его герой Василий Губанов сошел со страниц учебника истории и задышал живым, горячим воздухом.
Ему было 25 лет.
А через восемь лет, 5 ноября 1965 года, под Бухарой перевернулся «газик», которым он управлял во время съемок четвертого дубля опасного трюка. Актер с переломом шейных позвонков умер по дороге в больницу.
Вот так — взлет и падение. Комета, которая живет слишком ярко, чтобы существовать долго.
Но это лишь половина истории. Потому что Урбанский оставил после себя не только фильмы, которые мы пересматриваем до сих пор, и не только легенды о его гениальности и взрывном характере.
Он оставил двух дочерей. Ольгу — от первой жены, которую он обожал, но предал. И Евгению — посмертную девочку, которую назвали в честь отца, и которую он так и не увидел.
Оставил трех женщин, каждая из которых считала его любовью всей своей жизни. И каждую он бросал — или уходил сам, или смерть разлучала их раньше, чем они успевали договорить.
И оставил вдову — Дзидру Ритенбергс, которой друзья и коллеги мужа три месяца врали о его смерти, пока она носила под сердцем его ребенка. Потому что боялись, что сердце женщины, не так давно перенесшей операцию на сердце, не выдержит правды.
Сегодня я хочу рассказать вам об Урбанском не как о памятнике из бронзы и гранита. А как о живом человеке. Который обожал своего сына? Нет, у него были дочери. Который писал стихи? Нет, он выучил ради любви латышский. Который на съемках «Большой руды» чуть не замерз насмерть, но доиграл сцену.
Садясь поудобнее, имейте в виду: эта история не для слабонервных. Будет кровь, песок, разбитые машины и женщины, которые, кажется, прокляты любить слишком сильно.
Глава 1. Сын «врага народа» и его путь к славе
27 февраля 1932 года. Москва.
В семье партийного работника, выходца из еврейской семьи Якова Самойловича Урбанского, родился мальчик, которого назвали Евгением. Дед по линии отца владел химическим заводом, что в 1930-е было приговором, а не преимуществом. Но мальчик, кажется, родился счастливчиком.
Но счастье закончилось быстро.
1938 год. Отца арестовывают. Якова Урбанского, к тому моменту занимавшего пост второго секретаря ЦК Компартии Казахстана, обвиняют, ссылают сначала в Воркуту, затем в лагерь в поселке Инта. Обычная для того времени история, которая сломала тысячи судеб. Но маленький Женя не сломался. Он поехал с матерью в ссылку к отцу.
Школа, спорт — акробатика, бокс — ранняя страсть к поэзии Маяковского. Парнишка был одаренным. Но в творческую профессию не рвался. Как послушный сын, поступил в железнодорожный институт, потом перевелся в горный. Там-то его и накрыла волна студенческой самодеятельности.
Он вдруг понял: его призвание — сцена.
И тогда Урбанский совершил поступок, который определил всё. Он пришел в Школу-студию МХАТ, когда набор уже закончили. Говорят, буквально выпросил шанс показать себя. Комиссия сжалилась. И обомлела.
Он поступил с первой попытки.
В 1957 году, сразу после выпуска, его приняли в труппу Театра имени Станиславского. А в кино его и вовсе заметили случайно — на «Мосфильме», куда он заглянул по делам. Режиссер Юлий Райзман искал актера на главную роль в фильме «Коммунист». Увидел Урбанского — и всё: «Губанова будет играть только он!». Хотя проб не было.
Картина вышла на экраны в 1957-м и имела ошеломительный успех. Фильм признали одним из трех лучших в году по опросу читателей журнала «Советский экран», он получил главные призы в Венеции и Киеве. А 25-летний актер проснулся знаменитым на всю страну.
Дальше — «Баллада о солдате», где он сыграл безымянного инвалида на вокзале. Короткая роль — но запоминающаяся. «Чистое небо» (1960) — картину, кстати, посмотрел 41 миллион зрителей. Там он сыграл летчика Алексея Астахова, который прошел через вражеский плен и несправедливое изгнание из партии. Его герой нравился зрителям, и Урбанский получил звание заслуженного артиста РСФСР в 1962 году.
Всего в его фильмографии было всего десять картин. Но каждая — событие.
Он играл героев, которые строили новый мир, и сам, кажется, готов был перевернуть этот мир ради своей работы. На съемках он требовал от себя полной аутентичности: в «Коммунисте» рубил лес, в «Большой руде» работал в шахте, в «Чистом небе» сам выполнял сложные трюки, отказываясь от дублеров. Говорили, что он мог сыграть 25 спектаклей в месяц — и ни разу не повториться.
Коллеги по сцене смотрели на него с восхищением. И с легкой тревогой. Потому что человек, который выкладывается на сто процентов в каждой роли, рискует сгореть. Буквально.
Глава 2. Первая жена Ольга: «Ты всё время меня воспитывала»
В 21 год Урбанский женился. На Ольге — девушке, которая жила с родителями в пригороде Москвы, на Лосиноостровской. Сосед, приятель Жени, однажды постучал к ним в дверь с томиком стихов в руках. А рядом стоял высокий парень, который смотрел на Ольгу так, будто увидел неземное создание.
Она позже вспоминала, что ее сердце екнуло сразу. Они встречались, влюблялись, а потом Женя уехал в Алма-Ату — отбывать ссылку вместе с матерью. И писал ей оттуда письма. Такие трогательные, что она не могла сдержать слез.
Вернувшись, он сделал предложение.
— Когда я приехала в студенческое общежитие, где он жил, первое, что я увидела, — стопка книг на его кровати, замотанная бельевой веревкой, — рассказывала Ольга. — Женя не давал мне совета, он просто создавал вокруг меня атмосферу любви, которой я не знала раньше.
В 1955 году у пары родилась дочь. Ее назвали в честь матери — Ольгой, но дома звали Аленой, чтобы не путаться.
Казалось бы, вот оно, счастье. Молодой отец, по воспоминаниям Ольги, никому не разрешал подходить к малышке: сам купал, пеленал, заворачивал. Он был идеальным отцом. Но идеальным мужем оставался недолго.
Урбанский, который уже гремел на всю страну, стал часто пропадать. Сначала на репетициях, потом на съемках, потом — у Татьяны Лавровой.
Ольга догадывалась. Женщина, которая чувствует, что муж охладел, не ошибается. Однажды она собрала вещи и ушла.
— Между нами всё кончено, — заявила она ему.
Он не пытался ее удержать. Лишь тихо вздохнул и сказал:
— Ты меня всё время воспитывала. Как жить, как дышать, как быть… А с Таней мне легко. Я ей нравлюсь такой, какой есть.
Ольга потом с горечью признавалась: «Урбанский испортил мне жизнь не тогда, когда мы расстались, а когда он в ней появился. Он создал такую атмосферу любви и обожания, что потом найти подобный накал страстей было трудно».
Развод оформили только в 1962 году. Суд вынес вердикт: «Не сошлись характерами». Урбанский сохранил с первой женой приятельские отношения, помогал воспитывать дочь. Но сердце его было уже отдано другой.
Глава 3. Татьяна Лаврова: «Присылайте ребенка, будем воспитывать»
С Татьяной Лавровой Урбанский познакомился в театре. И сразу попал в плен. Молодая, страстная, талантливая — она стала его музой на семь лет.
Семь лет они прожили, не оформляя отношений. Тесная комнатушка в общежитии, потом угол за ширмой у бабушки Татьяны. Постоянная нехватка денег, но — вечные разговоры об искусстве, вечные споры о ролях.
Казалось, это любовь. Но Урбанский, как только почувствовал, что страсть остывает, начал искать новую женщину. Не потому что был бабником, нет. Просто ему нужны были новые высоты. Новые эмоции.
Как только он встретил Дзидру Ритенбергс, история с Лавровой закончилась. Но не для Татьяны. Она отчаянно боролась за него. И даже придумала хитрый ход: через родственницу сообщила Урбанскому, что беременна от него.
Но актер к тому времени уже был женат на Дзидре. И на манипуляцию не поддался:
— Со мной этот номер не пройдет, — перефразировал он.
Тогда Лаврова позвонила самой Дзидре. И услышала в ответ ледяное:
— Ну и что? Присылайте ребенка, будем воспитывать.
Это был нокаут. Татьяна сдалась. Хотя, говорят, так и не простила ни Урбанского, ни его последнюю жену.
Глава 4. Знакомство, которое перевернуло всё
Лето 1960 года. Московский кинофестиваль. В гостиничном номере, где отдыхали делегатки из Латвии, дверь внезапно отворилась и вошел высокий русый парень. Улыбался он так, будто только что выиграл в лотерею миллион.
— Евгений Урбанский, — представился он. — Я наконец-то счастлив.
Дзидра Ритенбергс, которой тогда было 30 лет (на четыре года старше Урбанского), в этот момент была уверена, что влюблена в Вячеслава Тихонова. Красавца, который крутил роман с ней тайно, боясь своей жены Нонны Мордюковой.
Но Урбанский, кажется, не замечал ее холодности. Он начал ухаживать так, как умел только он — напористо, страстно и с полной самоотдачей.
— Я пришла в ужас, — признавалась позже Дзидра. — И подумала: «Какой же он некрасивый!»
Но когда она узнала его ближе — её мнение изменилось.
А потом случилась беда. Дзидре потребовалась сложная операция на сердце. Вячеслав Тихонов, её тайный любовник, так и не появился в больнице — побоялся, что о их связи прознает его законная жена.
А Евгений — бросил все съемки, репетиции и поселился в больнице. Не отходил от её кровати. Держал за руку, читал вслух, делал всё, чтобы она не чувствовала себя одинокой.
И перед самой операцией сказал:
— Первым, кого ты увидишь, буду я. Я с тобой на всю жизнь.
Дзидра выжила. И сдержала слово — из больницы они поехали прямо в загс. Расписались, а потом поехали в Ригу знакомиться с её родственниками.
Те оценили зятя, но без восторга:
— Староват, а так — ничего.
То, что Урбанский был моложе Дзидры на 4 года, они решили скрыть. Да и внешне разница была незаметна. Куда более заметной была разница в другом: он был беден, как церковная мышь, а она привыкла к другому уровню жизни.
Молодые поселились в шестиметровой комнате театрального общежития. Урбанский отпрашивался у жены на мужские посиделки, как маленький мальчик у строгой мамы. По словам близких, Дзидра была ему скорее мамой, чем женой: опекала, советовала, во всём контролировала. Он её слушался. Почти всегда.
Но Дзидра не была бы актрисой, если бы не умела хранить тайны. Еще до свадьбы у нее была тайна — роман с Тихоновым. А после свадьбы она скрывала кое-что похуже: беременность.
Глава 5. Роковой прыжок в пустыне
Осень 1965 года. Урбанский, который уже несколько лет не снимался в большом кино, получил приглашение от режиссёра Алексея Салтыкова на главную роль в фильме «Директор». Байопик об основателе автозавода имени Лихачёва.
Фильм сулил успех. И хорошие деньги. Урбанский мечтал заработать на квартиру для Дзидры и будущего ребенка — она как раз была на шестом месяце беременности.
— Так не хочу ехать, но надо сниматься, — сказал он Ольге, первой жене, перед отлетом. — Может, получится заработать на квартиры вам с дочкой и мне.
Съемки проходили под Бухарой, в пустыне. 5 ноября, когда основного режиссера Алексея Салтыкова не было на площадке, второй режиссёр Николай Москаленко решил снять эффектный прыжок на автомобиле через бархан.
Отработали три дубля — нормально. Но Москаленко захотелось выше. Укрепили скрытый трамплин. Урбанский отказался от каскадера, сел за руль сам. Вместе с ним в машине был мастер спорта по автогонкам Юрий Марков — он должен был страховать актера.
Четвертый дубль стал последним.
Грузовик, набирая скорость, взлетел с бархана. Но в воздухе перевернулся и рухнул на крышу, придавив актера. Марков отделался легкими ушибами. А Урбанский получил тяжелейшую травму — перелом шейных позвонков.
Он умер по дороге в больницу.
Перед смертью он успел произнести только: «Боже мой, как больно!»
Позже выяснилась странная деталь. За 11 лет до трагедии Урбанский якобы обращался к гадалке, которая предсказала ему гибель — именно в возрасте 33 лет, именно на съемках. Относиться к этому можно по-разному. Но сам факт того, что актер, который всегда рвался исполнять сложнейшие трюки, в последнее время будто бы предчувствовал беду…
Глава 6. Три месяца молчания
Известие о гибеле Урбанского застало врасплох всех. Но больше всего боялись за Дзидру.
Ей было 37 лет, она была на последних неделях беременности. И у нее было больное сердце. Близкие решили: правду она не выдержит.
Три месяца друзья и коллеги врали ей, что Урбанский задержался на съемках. Письма, которые она писала мужу, перехватывали. Телефонные звонки отбирали. Ей говорили, что Женя передает привет, что он скоро вернется, что всё хорошо.
Она, кажется, догадывалась. Но предпочитала верить.
Первую жену, Ольгу, известили на следующий же день после трагедии. Директор Театра Станиславского вызвал её телеграммой, и бедная женщина, переступив порог кабинета, увидела портрет бывшего мужа с чёрной лентой. Её ноги подкосились.
Дзидре не звонили.
В феврале 1966 года, после долгой и трудной беременности, она родила дочь. Назвали Евгенией — в честь отца.
Только после родов ей наконец открыли правду.
Как ей удалось это пережить — никто не знает. Скорее всего, только дочка, которая нуждалась в матери, и спасла её от полного отчаяния.
Глава 7. Жизнь после смерти
Дзидра Ритенбергс прожила после гибели мужа еще 38 лет. Но по-настоящему не жила — существовала.
Она практически перестала сниматься в кино. Хотя ее дебют — роль Мальвы в одноименном фильме по Горькому — принес ей приз Венецианского кинофестиваля и звание лучшей актрисы. Ни одна советская актриса до нее такой награды не получала.
Но слава её не интересовала. Она уехала из Москвы в Ригу, поселилась в маленьком деревянном домишке на окраине города. Рядом с ней были черный кот, серая собака — и тени ушедших людей.
В её комнатах на стенах висели фотографии. Одна — огромная — портрет Евгения Урбанского. С ним она разговаривала каждый день.
Она поставила шесть фильмов — окончила режиссерское отделение Латвийской консерватории, нашла в себе силы для творчества. Но главной её ролью осталась роль вдовы.
Умерла Дзидра Ритенбергс 9 марта 2003 года. Ей было 74 года. Похоронена она в Риге.
Её дочь Евгения Вальдмане (так она стала называться после замужества) выбрала профессию певицы. Работала в хоре, вырастила двух сыновей.
Глава 8. Дочь Ольга и странная встреча сестер
У первой жены, Ольги, дочь тоже получила имя. Её звали Ольга (дома — Алёна). Она не пошла в актрисы — выбрала науку. Долгие годы преподавала биологию в университете, защитила диссертацию.
Интересно, что две дочери Евгения Урбанского никогда не общались и даже не были знакомы друг с другом. Ольга Урбанская — та самая старшая дочь — встречалась с Евгенией всего раз, в молодости, но близких отношений не завела.
Отец, который так хотел вырастить обеих дочерей, не успел. Погиб, не увидев младшую. И обе его дочери выросли без отца. Каждая по-своему.
Глава 9. Последний фильм и архивные кадры
Фильм «Директор» вышел на экраны уже после гибели Урбанского. Картину доснимали с другим актером, а сцены с Урбанским сохранили, как могли.
В 2022 году «Мосфильм» опубликовал в открытом доступе уникальные архивные кадры — те самые, на которых запечатлен роковой прыжок. В интернете их можно найти до сих пор: машина взлетает, переворачивается в воздухе, падает. И тишина.
Сам Евгений Урбанский похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. На его могиле всегда лежат живые цветы. Их приносят те, кто помнит.
Эпилог: как живут кометы
Сейчас, спустя 60 лет, Евгения Урбанского вспоминают редко. Для современных зрителей он — картинка из чёрно-белого кино, один из многих героев советской эпохи.
Но для тех, кто знает его историю, он — пример того, как может быть прекрасна и одновременно трагична человеческая жизнь.
Он играл героев, которые строили новую жизнь. Он жил так, будто каждый день был последним. И умер, потому что отказался от дублера, захотел быть лучше, выше, быстрее.
Говорят, на съемках «Большой руды» он работал в настоящей шахте — и чуть не замерз насмерть, простудил почки, неделю лежал в больнице. Но доиграл сцену.
Это была его главная черта — он никогда не отступал.
Может быть, если бы он уступил, если бы согласился на дублера, если бы не гнался за тем самым, четвертым дублем, — он бы прожил дольше. Но тогда это был бы уже не Урбанский.
Кометы сгорают. Это их природа.
Поставьте «Нравится», если вы помните фильмы с Евгением Урбанским, или если эта история тронула ваше сердце. Подпишитесь на канал, чтобы не пропускать новые рассказы о судьбах, которые не вписываются в глянцевые биографии. Репостните эту статью — пусть другие узнают, какой ценой создавалось наше любимое кино.
А в комментариях поделитесь: знали ли вы, что у Урбанского было две дочери, которые никогда не общались друг с другом? И как вы думаете — могло ли быть иначе?