Потому что Украина на это не пойдёт. Это будет очередное забалтывание, как было в 2022 году. Россия пошла на жест доброй воли — и мы прекрасно помним, чем это закончилось. Никакого движения к миру после этого не произошло. Наоборот — новые поставки оружия, новые требования, новая эскалация.
Именно поэтому сейчас в Москве считают, что серьёзность намерений должна продемонстрировать уже Украина. Не заявлениями в СМИ, не разговорами про «готовность к диалогу», а конкретными действиями. Таким сигналом могло бы стать выполнение политических условий и вывод войск с территорий, которые Россия считает своими. Только это может показать готовность к предметному разговору, а не к очередной дипломатической имитации.
Потому что попытка просто выйти на линию разграничения закончится ровно тем же, чем заканчивались все предыдущие истории. Как только Россия на это согласится — начнутся новые качели. Сначала перемирие, потом бесконечные консультации, потом новые претензии, новые условия, разговоры про гарантии, миротворцев и так далее. А параллельно — время на перевооружение, мобилизацию и подготовку к следующему этапу войны.
И здесь важно понимать ещё одну вещь. Для России вопрос не сводится к условному Славянску или Краматорску как к территориям. Это война не за километры земли и не за карту ради карты. Территорий у России и так достаточно. Речь идёт о вопросах безопасности, политического устройства региона и о том, каким Россия видит своё будущее после 2022 года. Именно поэтому в Москве считают, что простая заморозка конфликта ничего принципиально не решает.
Поэтому когда кто-то говорит: «Почему Путин не хочет остановиться по линии фронта? Украина ведь хочет», — это выглядит как очень наивное представление о происходящем. Потому что украина только делает вид что хочет. Это будут очередные минские, стамбульские или какие угодно ещё соглашения, главная задача которых — не решить конфликт, а затянуть время.
Именно по этой причине Россия не идёт на подобный сценарий. Логика Кремля сейчас строится вокруг того, что любые договорённости должны сопровождаться реальными шагами и выполнением условий, а не просто разговорами о мире под очередные поставки вооружений.
И поэтому единственным серьёзным сигналом со стороны Украины в этой логике считается не предложение «заморозить всё как есть», а готовность выполнять договорённости и условия, которые обсуждаются на высшем уровне между Москвой и Вашингтоном. Всё остальное воспринимается как очередная попытка выиграть время.