— Вы, наверное, ошиблись, это место занято, — я вежливо улыбнулась незнакомке, которая только что вошла в VIP-зал ресторана и без лишних церемоний опустилась на стул по правую руку от моего мужа. Именно туда, где минуту назад лежала моя сумочка.
Женщина даже не повернула головы в мою сторону. Ей было около тридцати пяти: эффектное каре, безупречный смокинг на голое тело, алые губы и шлейф удушающе дорогого парфюма. Она элегантно закинула ногу на ногу и потянулась к бокалу Игоря.
— Игорь, а ты не изменился. Всё так же празднуешь с размахом, — её голос прозвучал бархатно и лениво, полностью игнорируя моё присутствие.
За огромным праздничным столом, где тридцать гостей только что дружно кричали «С сорокалетием!», мгновенно воцарилась гробовая тишина. Музыка будто стала тише. Моя свекровь, Галина Петровна, сидевшая напротив, внезапно поперхнулась морсом и побледнела.
Я перевела взгляд на мужа. Игорь, минуту назад сиявший от счастья, сейчас напоминал человека, который лицом к лицу столкнулся с призраком. Вилка выпала из его руки, глухо звякнув о фарфор, а на лбу выступила мелкая испарина.
— Кристина?.. — сипло выдавил он. — Ты... как ты здесь оказалась? Тебя же нет в списках.
— Ой, Игорёк, для меня никогда не существовало списков, ты же знаешь, — Кристина повернулась к нему, кокетливо поправив лацкан его пиджака. — Я прилетела из Ниццы специально, чтобы поздравить тебя. На правах твоей... главной женщины. Ну и посмотреть, на кого ты меня променял.
Она наконец соизволила удостоить меня беглым, пренебрежительным взглядом, окинув моё лаконичное темно-синее платье с головы до ног.
— Мило, — процедила она сквозь зубы. — Очень... бюджетно. Игорь, у тебя всегда был пунктик на «простых, домашних» девочек после меня.
Внутри меня поднялась волна горячей, обжигающей обиды, но профессиональная привычка руководителя отдела логистики сработала мгновенно: эмоции — в сторону, включаем холодный расчет. Семь лет брака. Семь лет, за которые мы с Игорем с нуля построили бизнес, выплатили ипотеку за загородный дом и вырастили сына. И сейчас какая-то эффектная тень из его холостого прошлого вплывает на мой праздник, чтобы растоптать моё достоинство перед всеми родственниками и коллегами?
— Игорь, — мой голос прозвучал удивительно спокойно и твердо. — Ты не хочешь представить мне гостью, которая перепутала твой юбилей с бенефисом в провинциальном театре?
Игорь судорожно сглотнул, переводя панический взгляд с меня на Кристину.
— Оля, это... это Кристина. Мы встречались... давно, еще до нашего знакомства. Кристин, пожалуйста, уйди. Оля — моя жена. Это её место.
— Твоя жена? — Кристина изящно рассмеялась, отхлебнув из бокала. — Дорогой, жена — это статус на бумаге. А я — та, ради которой ты когда-то продал свою первую машину, чтобы купить мне кольцо. Галина Петровна, ну скажите ей! Вы же всегда говорили, что лучшей пары для Игоря не найти.
Свекровь вжала голову в плечи и начала судорожно искать в сумочке тонометр. Стало понятно: Клавдия Петровна была в курсе этого визита или, как минимум, тосковала по «роскошной Кристиночке» все эти годы, считая меня слишком приземленной для её гениального сына.
— Ну что же, — я сделала шаг вперед и встала прямо за спиной Кристины. — Раз уж у нас вечер воспоминаний и раскрытия карт, давайте расставим точки над «i». Кристина, верно? Та самая, ради которой Игорь продал машину и влез в долги, после чего вы благополучно улетели в Ниццу с его тогдашним бизнес-партнером, оставив Игоря с заблокированными счетами и разбитым сердцем?
Лицо Кристины на секунду дрогнуло, алая помада на губах застыла.
— Откуда ты...
— Игорь ничего от меня не скрывает, — соврала я, хотя на самом деле эту историю мне когда-то по секрету рассказал его школьный друг. — Вы вернулись, потому что деньги в Ницце закончились? Или партнер нашел вариант помоложе? И вы решили вспомнить про Игоря, который теперь, благодаря моему финансовому участию и круглосуточной работе, владеет сетью автосервисов?
— Да как ты смеешь! — Кристина резко встала, попытавшись возвыситься надо мной на своих шпильках. — Игорь меня любит! Он всю жизнь меня помнит!
— Помнит как страшный сон, — отрезала я. — А теперь слушайте меня внимательно, «главная женщина». Охрана этого ресторана оплачена мной. Этот банкет на тридцать человек оплачен мной. И если вы сейчас же не соберете свой шлейф из дорогого парфюма и не освободите помещение, вас выведут отсюда под белы ручки на глазах у всех этих уважаемых людей. Время пошло.
Кристина обернулась к Игорю, её глаза горели яростью:
— Игорь! Ты позволишь этой... кухарке так со мной разговаривать?! Скажи ей!
Игорь поднял голову. Паника в его глазах исчезла, уступив место злости и какому-то глубокому, финальному освобождению. Он взял мою руку и крепко сжал её.
— Оля права, Кристина. Уходи. Всё, что было между нами, сгорело семь лет назад. Моя жизнь, мой успех и мое счастье — это моя жена. А ты здесь никто. Официант, позовите охрану, пожалуйста.
Такого удара по самолюбию Кристина не ожидала. Она побледнела, резко подхватила свою маленькую сумочку и, громко цокая каблуками по паркету, направилась к выходу. Напоследок она обернулась у двери:
— Вы нищие духом! Настоящие мещане!
— Зато с оплаченным счетом и чистой совестью, — негромко бросила я ей вслед.
Когда дверь за ней закрылась, в зале снова повисла тишина. Я повернулась к свекрови, которая всё еще держала руку у сердца.
— Галина Петровна, тонометр дать? Или морс помог?
Свекровь виновато опустила глаза: — Оленька, ну я же ничего... я просто... Ты у нас золото, мы все это знаем.
Я села на свое законное место, по правую руку от мужа. Игорь прижался своим плечом к моему и тихо прошептал: «Спасибо тебе. Ты у меня самая сильная».
— Я знаю, дорогой, — улыбнулась я, поднимая бокал. — Но больше такие сюрпризы на свои юбилеи организуй сам. Наш праздник продолжается, господа! Горько... то есть, с днем рождения!
Гости дружно подхватили тост, зазвенели бокалы, и вечер покатился дальше — теплый, сытый и абсолютно безопасный.
Иногда появление призраков из прошлого нужно только для одного: чтобы раз и навсегда показать окружающим, кто в этом доме настоящий архитектор счастья, а кто — просто случайный прохожий, опоздавший на чужой праздник жизни. Моё место осталось за мной. По праву любви, труда и верности. И сдвинуть меня с него не помогли бы никакие шпильки и французские духи.
Присоединяйтесь к нам!