Во внутренней политике эта неделя у нас ознаменовалась борьбой за рейтинги. ВЦИОМ поменял методику подсчета этих показателей (разбавил телефонные опросы поквартирными), и по результатам «Единая Россия» немного, но символично поднялась, а «Новые люди» упали со второго места на четвертое.
Соглашусь со многими экспертами, что рейтинги — это не результат выборов. Но проблема в том, что в условиях, когда выборы только раз в год, — это хоть какой-то ориентир для политического класса. И думаю, что проблема с их картинкой не в том, что она должна показывать что-то не то, а в том, что, если она не показывает стабильность, это может мотивировать политических игроков менять поведение. Ну, то есть сейчас политические игроки живут в логике: необходим политический консенсус, так лучше для системы в целом, да, мы не набираем, но зато сохраняемся. Если уже условно та же парламентская оппозиция видит, что второе место внезапно занимают «Новые люди», она уже не может надеяться на свою сохранность.
Поэтому на неделе мы увидели сразу два мероприятия. В четверг на круглом столе Экспертного института социальных исследований было объявлено о той самой корректировке рейтингов. Напряженность момента можно было понять по шуткам самих социологов о том, носят ли рейтинги «витальный» или «летальный» характер. То есть в общем-то они чувствовали, что их показания буквально решают вопрос о жизни и смерти. Там то было и заявлено о коррекции рейтингов и объяснено, почему эта методика лучше. Если коротко: по телефону люди отвечают на бегу, не рефлексируют и вообще более активные, а вот в квартирах более спокойные и осознанные (в том числе из-за присутствия жен и детей, как пояснили сами эксперты). Но будущее выборов зависит от мнения обоих групп.
В пятницу же я посетил круглый стол в Фонде гражданского общества (уважаемый think tank). Большинство экспертов, представленных на нем, часто работали с партией власти. И собственно ключевой вывод, который они доносили: как сейчас рейтинги ни считай — «Единая Россия» гарантирует себе конституционное большинство. Но коррекцию рейтингов ВЦИОМ они, по их же словам, «не могли не приветствовать».
В конце я спросил Константина Костина, при каких параметрах партии власти все же придется отказаться от планов по конституционному большинству. Он ответил, что для этого результат партии на выборах должен быть ниже 49%. А значения рейтингов он называть для этого не стал, потому что, по его оценке, важнее результаты в электорально значимых регионах.
Как-то так…
Какова была та самая коррекция рейтингов по ВЦИОМ: справка по коррекции ВЦИОМ: теперь они проводятся по комбинированной методике — на 50% по телефону, на 50% с помощью интервью по месту жительства респондентов. Эти изменения привели к росту рейтинга «Единой России». Так, по результатам замера ВЦИОМа 13–19 апреля она набрала 27,7% (с начала военного конфликта на Украине и до конца апреля этого года позиции партии не опускались ниже 30%). По обновленной методике, которую опробовали с 4 по 10 мая, рейтинг вырос до 31,2%.
По требованию закона: опросы ВЦИОМа проводились на выборках в 1600 респондентов по всей России. Статистическая погрешность последнего их исследования составляет 2,5%. Ранее полстер заявлял ее как 1%. Опросы носят инициативный характер. ВЦИОМ задает респондентам вопрос: «Скажите, пожалуйста, если бы в ближайшее воскресенье состоялись выборы в Государственную думу Российской Федерации, за какую из следующих партий вы бы, скорее всего, проголосовали?» Далее участникам опроса перечисляют существующие политические партии.