Домой Артём ехал без телефона.
И это оказалось неожиданно невыносимо.
Руки всё время автоматически тянулись к пустому карману. Мозг каждые несколько минут будто вспоминал: что-то не так. Что-то отсутствует.
Как человек, который постоянно трогает языком место, где раньше был больной зуб.
В метро было шумно.
Кто-то смотрел видео без наушников. Кто-то ругался по телефону. Кто-то снимал сторис, утомлённо улыбаясь в камеру.
Напротив, сидел парень лет двадцати пяти.
Очень дорогая куртка. Часы. Белые зубы. Уверенное лицо.
И абсолютно пустой взгляд.
Он листал короткие видео с такой скоростью, будто боялся задержаться на одной мысли дольше секунды.
Артём вдруг поймал себя на ощущении, что весь вагон выглядит как люди, которым запрещено оставаться наедине с собой.
От этой мысли стало тревожно.
Потому что теперь он уже не мог сделать вид, что сам другой.
У подъезда сидел тот же сосед.
В старом спортивном костюме. С пакетом семечек.
Рядом стоял маленький складной столик, на котором дымились две кружки чая.
Возле него сидел ещё один мужчина — полный, лысый, в домашних тапках.
Они о чём-то спокойно разговаривали.
Без телефонов. Без спешки.
Просто сидели вечером во дворе.
Когда Артём проходил мимо, сосед поднял голову:
— О, трудоголик вернулся.
Мужчины усмехнулись.
Не зло.
По-человечески.
— Присаживайся. Чай будешь?
Артём автоматически хотел отказаться.
Уже открыл рот.
И вдруг понял, что не помнит, когда последний раз просто сидел с людьми без цели.
Не встреча. Не нетворкинг. Не ресторан. Не созвон.
Просто — сидел.
— Давайте.
Сосед подвинул ему пластиковый стул.
Чай был слишком сладкий.
И неожиданно вкусный.
Во дворе пахло мокрым асфальтом, сигаретами и жареным мясом.
Где-то орал телевизор через открытое окно.
На площадке подростки играли в баскетбол.
Мяч гулко бился об асфальт.
— Кем работаешь? — спросил лысый мужчина.
— В IT.
Тот уважительно присвистнул.
— Деньги, наверное, хорошие.
Артём автоматически кивнул.
И почти сразу услышал собственный голос:
— Наверное.
Мужчины переглянулись.
Сосед усмехнулся:
— Это как?
Артёму вдруг не нашлось, что ответить.
Потому что впервые за долгое время он не был уверен, что вообще понимает, что значит «хорошо».
Лысый мужчина отпил чай.
— У меня брат тоже в Москве крутился. Бизнес, тачки, всё такое.
Он пожал плечами.
— Инсульт в сорок два.
Повисла короткая тишина.
Не тяжёлая.
Обычная.
Та, в которой люди давно научились говорить о жизни без драматизма.
— Сейчас в деревне живёт, — продолжил мужчина. — Кур разводит. Говорит, первый раз за двадцать лет начал нормально спать.
Сосед хмыкнул:
— У нас люди вообще странно живут. Сначала здоровье на деньги меняют. Потом деньги — на попытку вернуть здоровье.
Они оба тихо засмеялись.
Артём тоже.
Но внутри почему-то стало не смешно.
Потому что разговор был слишком простым.
Без философии. Без умных терминов. Без «поиска себя».
И именно поэтому — настоящим.
Во дворе вдруг выключился свет.
Всего на секунду.
Потом снова включился.
Но за это мгновение произошло что-то странное.
Все автоматически полезли за телефонами.
Подростки. Женщина с коляской. Парень на лавке.
Даже сосед рядом с ним.
Будто люди одновременно проверяли:
мир ещё существует?
Свет вернулся.
Экраны снова погасли.
И Артём неожиданно понял, что это движение уже давно стало рефлексом.
Коллективной тревогой.
Мир должен постоянно шуметь.
Иначе человек начинает слышать самого себя.
— Ты чего такой задумчивый? — спросил сосед.
Артём посмотрел на людей во дворе. На свет в окнах. На пар, поднимающийся от чая.
На обычную жизнь, которая почему-то казалась сейчас почти недоступной роскошью.
И вдруг очень честно ответил:
— Кажется, я слишком давно нормально не жил.
Мужчины замолчали.
Лысый медленно кивнул, будто услышал что-то очень знакомое.
А сосед тихо сказал:
— Самое хреновое — это когда человек понимает это слишком поздно.
«Человек без шума» — пронзительный современный роман о внутреннем выгорании, тревоге и жизни в мире, где люди всё чаще теряют контакт с самими собой. История успешного человека, который однажды понимает: за карьерой, деньгами и бесконечной гонкой он перестал чувствовать, что вообще живёт. Атмосферная, честная и эмоционально сильная книга о поколении, уставшем быть сильным.