В этом посте продолжу историю про уже известную вам Александровскую мануфактуру и расскажу, как там появились игральные карты
Как карты стали государственным делом
В 1817 году, уже знакомый вам управляющий Александровской мануфактурой Александр Яковлевич Вильсон, предложил Опекунскому Совету Воспитательного дома открыть при мануфактуре карточную фабрику.
Бизнес-план был идеальный: для игральных карт нужна особо качественная бумага, а такую проще всего изготавливать из отходов высококачественных тканей, которых на мануфактуре было в избытке.
Фабрику открыли 12 октября 1817 года. Сам император Александр I утвердил записку:
«С уничтожением впредь карточных частных фабрик и откупов, предоставляется одному Воспитательному дому производство карточного изделия и продажи игральных карт».
Одновременно был запрещён ввоз карт из-за границы. Через два года, в 1819-м, фабрика выпустила первую продукцию — 20 тысяч колод, которые с января 1820 года начали продавать по всей России.
Игры во благо сирот
Фабрика была государственной монополией, но с одной особенностью: она находилась в ведении Ведомства императрицы Марии Федоровны. Весь доход от продажи карт шёл на содержание Воспитательных домов в Москве и Петербурге — крупнейших благотворительных учреждений того времени. Не случайно на картах тех лет можно увидеть герб ведомства: птицу пеликана, кормящую птенцов.
Карты прочно входят в жизнь людей.
Друг Пушкина Петр Вяземский напишет:
«Нигде карты не вошли в такое употребление, как у нас: в русской жизни карты одна из непреложных и неизбежных стихий...»
Пушкин был заядлым картёжником. В повести «Пиковая дама» он не только показал, как азарт овладевает душой человека, но и запечатлел, как игральные термины прорастали в повседневную речь:
«Тройка, семерка, туз — не выходили из его головы и шевелились на его губах. Увидев молодую девушку, он говорил: «Как она стройна! Настоящая тройка червонная». У него спрашивали: «Который час?» Он отвечал: «Без пяти минут семерка».
Художники и академики
В 1860 году бумагопрядильную мануфактуру закрыли, но карточное производство, напротив, получило самостоятельность. Для фабрики построили новое помещение, наняли вольных рабочих (крепостное право только-только отменили) и закупили более 60 новых машин.
При императоре Александре II за обновление дизайна карт взялся Адольф Иосифович Шарлемань — академик живописи, баталист и исторический художник (предыдущий дизайн и правда уже никуда не годился по моему мнению и смотрелся комично)
Есть миф, что именно Шарлемань создал тот самый «зеркальный» дизайн игральных карт (когда фигуры королей, дам и валетов смотрят одновременно вправо и влево, — чтобы игроки с противоположных сторон стола видели одну и ту же карту). Но нет, мы видим русские игральные карты 1798 года, там поворотный дизайн уже используется.
Вскоре атласные карты 1-го сорта (да-да, у карт были разное качество и стоимость) стали самыми популярными в России. А символом доброго дела стал пеликан, кормящий птенцов, изображенный на бубновом тузе каждой колоды «атласных».
Для изготовления этих карт использовалась бумага особого сорта — «атласной», названной так за сходство с одноимённой скользящей тканью. Затем поверхность карт подвергалась обработке: на них наносили тальковую пудру. Это делало бумагу гладкой, и карты буквально «выскальзывали» из рук при тасовании, переставали бояться влаги.
Важное достоинство карт Шарлеманя: в дизайне использовалось всего 4 краски — чёрная, красная, жёлтая и синяя, что заметно удешевляло и ускоряло печать. И ещё — посмотрите на взгляды персонажей. В отличие от карт-прародителей с пустыми/комичными лицами, новые герои смотрели на игроков с достоинством — в их взгляде чувствовалась особая стать.
Сейчас почти все здания фабрики снесли для строительства современного ЖК. От фабрики осталось лишь одно здание, которое видим на фото.
Петербуржцы мои, впереди вас ждут ещё два поста о картах. И каждый будет интереснее предыдущего!
Подписывайтесь на мои каналы, чтобы ничего не пропустить:
Околотки в тг, в Дзен