Всем привет! Сегодня торжественно завершим мой движ (не) опубликованного моим отрывком. Целых два месяца мы с Натальей Алмазовой работали над книгой "Попаданец в МОРПГ. Азъ". Как известно, "азъ" - это первая буква древнерусского алфавита. Логично, что должна быть и "Бука".
И работа над ней велась. В черновиках было готово около 100 килознаков текста. Но первая часть, увы, не взлетела. Да, некоторым приключения Гаврилы понравились, и мы искренне рады такой поддержке. Но было решено не продолжать (по крайней мере, пока).
Во второй части Гаврила оказывается в новом квесте. Теперь это мир после зомбиапокалипсиса. У него проступают воспоминания предыдущего владельца тела, само появление зомби объяснено. Возможно, история будет продолжена в виде отдельной повести.
Внутри РПГ
Человек человеку — волк, а зомби зомби — зомби
Неизвестный остряк-самоучка
Эф бежал, спотыкаясь, задыхаясь от ужаса. В уме пытаясь сосчитать, сколько ему лет и кем бы он мог стать, если бы не «Всё это». Спотыкался. Эф бежал, но получалось плохо: ныли ноги, лёгкие рвались от нагрузки. К земле тянула грязь, которую он собрал на себе. Он подумал, как бы это выглядело со стороны лет пять назад. Мертвецы. Бомж. Опустившийся, полуживой человек. И топор в руке.
Флешмоб? Перформанс? 21-й век полюбил громкие слова со странным смыслом. Хайп. Хейтеры. Но какой в них смысл после Всего? Эф бежал из последних сил — мертвецов слишком много. Что, если они на самом деле живые — а умер он? Зачем он пришёл сюда? Мог бы ещё пару лет протянуть, скитаясь по району. Зачем пришёл в Город Эм, мёртвый город, отданный на растерзание «инфицированным»?
Как их только не называли. Американское слово зомби как-то сразу не прижилось. Когда всё это было? Целую вечность назад. Фредерик тогда ещё работал, всё было хорошо. Вечером включал телевизор. Новости. Странная болезнь, напоминающая грипп. Что этому заболеванию до маленькой страны на востоке Европы? Ведь здесь никогда ничего не происходит. Здесь — своя атмосфера, пусть и слегка разряженная.
Ему нравилось называть мертвецов «Вуду». Сначала всё это даже забавляло, потом — начало немного напрягать. Пугать. А потом настал коллапс. На улицах его, правда, окрестили другим, более ёмким словом. На букву П. На букву Ж. Всех, кто заболел, назвали «инфицированными». Начали свозить в больницы, поликлиники. Потом — в обычные здания, благо в маленькой стране этого добра хватало. Пытались лечить. Надевали на них смирительные рубашки. Потом — наручники. Цепи. Кандалы.
Эф задыхался, он бежал из последних сил. Трупный запах валил его с ног. Никак не привык к нему — даже после стольких лет одиночества. Он резко остановился, развернулся и рубанул топором. Самый прыткий мертвец, который почти нагнал его, упал. Рубашка, которая раньше могла быть белой, давно пошла полосками. На шее болталась чёрная тряпка. Топор размозжил мёртвую плоть, оставив вместо головы месиво. Труп рухнул. Наконец-то упокоился, прости Господи.
Фред сделал глубокий вдох и побежал дальше. Слева от него — высокий забор. Можно махнуть туда. Вуду не любят ограждений. Но рано или поздно они перелезут через него — будьте спокойны. Справа — широкая дорога. Эф любил Город Эм, и не он один. До Всего здесь жил чуть ли не каждый третий житель его маленькой страны. Впрочем, кроме родного города Эф больше нигде не был. Не довелось.
Запах подступал всё ближе. Фред хотел всё бросить и рухнуть на землю. Кричать. Свой рюкзак он бросил ещё в начале забега с трупами. Всё равно ему долго не протянуть без спичек, еды и спальника. Так может… Почему он вышел на открытую площадку? Здания, возвышенности, лестницы — так близко, но так далеко. Вуду — тут как тут. Почему вышел днём, если раньше перемещался только ночью? Мертвецы плохо видят по ночам.
Эф развернулся ещё раз и снова вслепую махнул своим огромным топором. Он прошил пустоту. Ещё один не в меру прыткий мертвец сделал рывок в его сторону. Фред с трудом поднял топор над головой и в последний момент раскроил им череп зомби. Остальные мертвецы приближались — они были совсем рядом, и он даже мог рассмотреть их.
На теле одной из них — только лифчик и короткие шорты. Ноги, руки, грудь, шея — всё в чёрных порезах. Безумные глаза. Хрусталик бесцветный. Рядом с ней бежал, смешно переставляя ноги, мальчик. Когда настал коллапс, ему было лет тринадцать, не больше. За ними брёл, но уж очень быстро, опухший мертвяк с позеленевшим лицом. Толстое брюхо, должно быть, он приобрёл ещё при жизни. Ведь зомби сколько ни корми — не поправится.
Процессия растянулась на добрую сотню метров. Парад трупов. Несколько десятков мертвецов — увечья, разложение, безумные лица и лишённые жизни глаза. Но они видели его — кровь пульсировала. И погибший разум заставлял зомби идти вперёд. Эф решил перебежать дорогу и рвануть к дому. Если у него получится влезть в окно, то… Шансы есть. Можно оторваться. А там видно будет.
Лёгкие жгло. За месяцы своих скитаний Фред ослаб. Чёрт возьми, ему уже за тридцать, а у него ни семьи, ни детей. В новом мире нет излишеств. Всё. Вообще ничего нет. Фред выбежал на дорогу — в прошлой жизни по ней, наверно, каждую минуту курсировали машины. Они бы сигналили ему, водители — грозили из окон.
Автомобили стали бы спасением. Он смог бы оторваться от мертвецов. Но в новой жизни дорога пуста. Там, возле дома, только сгоревшие кузова. Дорога усеяна глубокими ямами. Фред оглянулся назад, чтобы оценить расстояние до своих молчаливых преследователей — и споткнулся.
Так, как это любили показывать в фильмах ужасов — смачно, сильно растянулся. Повредил ногу. Выронил топор. Больно ударился. К нему, смешно ковыляя, уже бежала та самая женщина в нижнем белье. В прошлой жизни Фред бы даже улыбнулся. Но сейчас его сковал ужас.
Он начал ползти назад, быстро перебирая руками и ногами. Мертвец всё ближе. В шаге от него. Он толкнул её ногой в ту часть тела, что когда-то была грудью. Чтобы удержать равновесие, она сделала несколько шагов назад, но тут же устремилась к нему.
«Коллапс», — подумал Эф. Воздух разрезал хлопок. Голова зомби лопнула, как воздушный шарик. Мертвецы окружили её и принялись пожирать. Фреда чуть не стошнило. Никогда не привыкнешь к такому зрелищу. Он вскочил на ноги и побежал дальше. На крыше здания — девять или десять этажей — он увидел фонарь. Три коротких, три длинных, три коротких. Где-то он уже слышал такое сочетание. Бросился вперёд.
Раздался ещё один выстрел. Мертвец, навсегда оставшийся мальчиком, лишился головы. Эф продолжал бежать. Окон нет. Они все — забиты, заколочены, завалены. Верный признак того, что внутри живут люди. Огромный дом — много людей. Они помогут. Они спасут. Наверно, здание нужно обойти. Слева, вдалеке — арка, само здание уходит вперёд, но вдалеке видно его край. Куда податься?
Выход подсказали мертвецы. Они начали выбегать из арки плотным потоком, услышав выстрелы, шаги живого, запах его тела. Ужас охватил Эфа. Сколько же их? Пятьдесят? Сто? Или больше? На мертвецах — остатки формы зелёного цвета. На двух или трёх он даже заметил головные уборы — пилотки или фуражки. Собрав последние силы, Фредерик побежал вперёд. Он добежал до угла здания, повернул налево. Маленький, тесный двор.
Вуду, конечно, не так глупы, как того хотелось режиссерам прошлого. Но и не так умны. Они ни за что не догадаются вернуться в арку и срезать путь. Если во дворе нет других мертвецов. Дом — десятки дверей, зарешеченные окна, перевернутые машины. Кое-где под ногами хрустели кости. Зомби нет. Как попасть внутрь? Эф поднял голову — на крыше стоял тот самый таинственный снайпер. Показывал рукой вниз, на одну из дверей. Фред услышал топот десятков мертвых ног. Те самые, «военные» мертвецы.
Эф подбежал к двери, потянул её на себя. Заперто. Дёрнул сильнее. Трупный запах ближе. Он чувствовал его, и от этого «аромата» кружилась голова. Топот ног. Не нужно оборачиваться. Зря он доверился снайперу. «Толкай!» — услышал он голос с крыши. Эф толкнул дверь — она открылась. Он вбежал внутрь. Мертвецы легко пройдут через такое препятствие. Внутри было темно, только свет брезжит впереди.
Фредерик побежал вперёд, а мертвецы уже вломились внутрь, заполоняя запахом разлагающихся тел помещение. Ещё одна дверь. Комната. Она была освещена, свет падал из дыры в стене. Засов. Эф захлопнул дверь, взял доски и вложил её в «уши» засова. Удар. Ещё удар. Дверь умирала, но не сдавалась. Впереди была лестница, она шла на много этажей вверх.
— Эй! — донеслось сверху. — Сюда, скорее! Бегом!
Эф, от страха и измождения с трудом способный ходить, поднялся на пролёт вверх. Его терзали сомнения, причиняя боль чуть-чуть меньшую, чем прикосновения мертвецов. «А что если это ловушка? Что, если он меня сюда специально заманил? Почему я доверился этому снайперу?»
После стольких лет одиночества и скитаний Эф забыл, что лестницы могут уходить вверх на несколько этажей. Хруст. Громкий хруст — мертвецы сломали его засов. Сколько ещё двигаться вперёд? Спокойно, ты ведь видел — в здании этажей девять, десять, не больше. Давай, вперёд. Шагай.
Он глянул вниз сквозь отверстие между перилами. Мертвецы, с остатками зелёной форме на неживых телах, бодро шагали вверх. Они чувствуют его жизнь — чувствуют, чтобы забрать.
— Ну! — орал снайпер. — Бегом, бегом! Достанут!
Фред почувствовал, как его схватили за плечо. Какая силища в этих трупах! Один труп, не в меру ретивый, опередил своих товарищей на добрых четыре пролёта. Зомби дёрнул его назад, к себе. Эф ощутил смрадное дыхание — дыхание смерти. Пасть с гнилыми зубами распахнулась в предвкушении живой плоти.