Продолжаю переносить посты из ЖЖ, начатые тут.
Сбыча мечт.
Две мечты было у Вовки. Вот уже несколько месяцев как. При чем, для осуществления второй мечты, должна была осуществиться первая. И вот, позавчера первая мечта сбылась - Вовка смог купить ВИНТОВКУ! Ту самую, сокровенную, мощный турецкий "Хатсан"! Все как положено, с клеймом "F", с сертификатом, что это полу-спортивная игрушка, оружием не являющаяся и ничего для приобретения и владения не требующая. При этом на винтовке стояла хорошая оптика, а продавец, перед тем как убрать винтовку в коробку и отдать ее Вовке, "по секрету" сообщил, что дырка в поршне заклепана, ослабленная пружина в коробке в качестве "запасной", а в винтовке стоит нормальная, "усиленная". Так что, юридически, перед законом Вовка был чист, а практически у него на руках была мощная охотничья винтовка, правда, не в охотничьем калибре, но, тем не менее "работать" по не крупной птице вполне подходящая... Вчера винтовка была пристреляна, прицел "прибит" на рекомендованные в интернете дистанции, охотничий билет уже пол-года как тяготил карман, по этому сегодня утром, Вовка приступил к осуществлению второй своей мечты - подстрелить ворону.
Вовка уже третий час бродил по опушке леса. Он сильно устал, оббил ноги, его сильно зажрали комары, а вороны, которые еще вчера нагло каркали на Вовку с трех метров, сегодня никак не хотели подпускать его ближе метров семидесяти - как только Вовка пересекал какую-то не видимую ему границу, все они с карканьем поднимались и улетали на другую сторону посадок, и Вовке вновь приходилось топать и выслеживать стаю или одиночку.
И вот, Вовке улыбнулась удача. Он особенно тихо подкрался к опоре ЛЭП на расстояние метров 30 и отчетливо видел в оптический прицел жирный вороний зад, удобно примостившийся на одной из перекладин. Вовка тщательно прицелился, перебрал в уме все рекомендации, попробовал "учесть ветер", угол наклона и прочие параметры, но у него ничего не получилось - все вылетело из головы, а вороний зад занял все воображение. "Место не убойное совсем" - успел подумать Вовка пока плавно тянул спусковой крючок. Винтовка хлопнула и дернулась вверх. Вовка быстро оглядел небо вокруг опоры - удаляющегося вороньего силуэта нигде не было видно. Как и не было слышно недовольного или жалобного карканья. ПОПАЛ!!! Душа Вовки ликовала! Он сломя голову кинулся сквозь кусты, не разбирая дороги к основанию опоры, на бегу пытаясь одновременно не уронить винтовку и вытащить из кармана фотоаппарат, чтобы сразу запечатлеть первый трофей.
У алкаша Никиты тоже была мечта - он мечтал о мясе или, хотя-бы, о птице. Ну там какой-нибудь курице или индюшке, но чтобы сочная была, чтобы сок тек по рукам и подбородку, а он бы в нее вгрызался всеми своими остатками зубов. Никита не ел уже четыре дня и в связи с этим обстоятельством его мечта грозила стать причиной помешательства. Зато вчера удалось отобрать у Бурого пол-бутылки вискаря, с отколотым горлышком. По этому сегодня с утра, проснувшись, судя по всему, возле леса, у подножья высоковольтной опоры, Никите было ооочень плохо. И дело было не в том, что его разбирали сильный сушняк и головная боль, а в том, что есть хотелось до такой степени, что пожухлая трава, в паре сантиметров от носа, казалась весьма съедобной и обещала быть питательной. А кучка земли, вырытая, наверное, кротом в полуметре от него, очертаниями напоминала куриную тушку.
Сплюнув и со стоном поднявшись на колени, Никита привычно осенил себя крестом и привычно же взмолился:
- Отче наш, иже еси на небесех!
- Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое!
- Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли!
Каждую фразу Никита чуть ли не выкрикивал, умудряясь, при этом, не повышать голоса.
- Хлеб наш насущный даждь нам днесь!
После этой фразы наверху что-то хлопнуло (звук был такой, как будто кто-то шлепнул рукой по чему-то мягкому) и в протянутые руки Никиты упала ворона...
Сфотографировать свой первый охотничий трофей Вовке так и не удалось, потому что когда он подбежал к основанию опоры, его ворону со слезами и причитаниями жрал местный алкаш Никита. Он уже отгрыз у вороны крыло и одну ногу и старательно пытался пережевать то, что смог отгрызть. Все его лицо и руки были вымазаны вороньей кровью и облеплены перьями и пухом. От такого зрелища Вовку начало рвать. Одновременно с рвотными порывами Вовкой овладел безудержный страх и он рванул с места как заправский спринтер. Ну, если, конечно, где-нибудь и когда-нибудь существовал блюющий спринтер...
Охотником Вовка так и не стал. Каждый раз, когда он брал в руки винтовку, перед его глазами вставала неприглядная картинка жующего Никиты, после чего винтовка летела в сторону, а Вовка летел в туалет с рвотным порывом. Через полгода, по Вовкиной просьбе, отец продал винтовку кому-то из своих друзей и больше Вовка о ней не вспоминал.
Никита, после той памятной трапезы, ниспосланной в ответ на молитву, пить бросил. Работать устроиться, правда, уже не смог, по этому пошел в монастырь в послушники, отписав свою квартиру церкви. В том монастыре и помер спустя несколько лет. Кстати, мяса, всю свою оставшуюся жизнь, не ел категорически, а когда в трапезной была птица, то вообще постился весь день, даже не в пост.
© Я, 2011 :)
5 июня 2011