Часть 3. Ирина и Михаил Семенович сидели рядом с коробкой почти час. Сначала птенец просто дрожал и дышал открытым клювом, потом вдруг слабо поднял голову и потянулся к звуку за окном туда, где на козырьке сидела взрослая ворона. Птица снаружи сразу ответила низким коротким кра, негромко не для людей, только ему. Это был первый момент за ночь, когда Ирина поверила, что худшее уже позади.
- Нужно напоить его, - сказала Инна.
- Чуть позже, - напомнил Михаил Семёнович.
Семён ушёл только ближе к полуночи, когда убедился,что отлив не рухнет и никто не собирается снова лезть на мокрой фасад. Перед уходом он задержался у коробки и сказал:
- С утра звони в центр реабилитации птиц. У меня номер есть, дам. Домой такую не понесёшь.
Ирина знала, что он прав, но в ту минуту ей почему-то особенно сильно не хотелось никуда отдавать этот мокрый серый комок,за которого полвечера держалась целая взрослая ворона. Ночь тянулась долго, за окном то валил снег, то шёл дождь. В коридоре кто-то кашлял, пищали мониторы, в соседней палате плакала женщина после операции. И всё же центр мира для Ирины сузился до коробки с птицей. Около двух ночи воронёнок впервые встал, не уверенно, не на полную силу, просто поднялся на лапы, покачнулся и снова сел. Но крыло уже не висело так безжизненно, он повернул голову к окну издал сиплый раздражённый звук, словно всё происходящее его утомило сверх меры.
Михаил Семёнович засмеялся тихо, почти беззвучно, жить будет. Ирина принесла из столовой миску с тёплой водой и осторожно поднесла к клюву. Воронёнок сперва не понял, потом ткнулся, жадно втянул пару капель и тут же попытался цапнуть её за палец. Силы у него на это не было, но намерение было прекрасное.
- Неблагодарный, - сказала Инна и вытерла глаза краем халата.
Перед рассветом взрослую ворону с козырька попытался согнать охранник. Он вышел покурить, увидел чёрную тень, махнул шапкой и пошёл было к лестнице, но птица не улетела, просто отскочила на несколько ступеней и вернулась обратно едва он ушёл. Ирина наблюдала за этим и вдруг поймала себя на странной мысли : если бы её сейчас заставили выбрать между спокойствием всей больницы и этой настырной мокрой чёрной птицы под окном, она уже не смогла бы выбрать.
К утру весть дошла до заведующей. Та вошла в перевязочную злая, не выспавшаяся, готовая разнести половину персонала, но увидев в коробке птенца и чёрную фигуру за окном, вдруг не сразу нашла слова.
- Вы притащили сюда ворону...- наконец, сказала она.
- Не ворону, воронёнка,- поправил с кушетки Михаил Семёнович, который так и не ушёл спать в палату и теперь выглядел человеком пережившим важнейшую ночь в своей жизни. Ирина встала:
- Он бы умер к утру...
Заведующая открыла рот, чтобы сказать что-то про санитарные нормы, приказ, ответственность и больницу ... Но в этот момент воронёнок поднял голову, услышал стук за стеклом и так отчётливо так сердито каркнул в ответ, что Инна прыснула, а Михаил Семёнович вовсе хрипло рассмеялся.Даже заведующая не выдержала и только устало махнула рукой.
- До обхода, чтобы здесь было тихо, убирайте это чудо отсюда.
К девяти приехали люди из центра помощи птицам- двое молодых девушка с короткой стрижкой и высокий парень в рабочей куртке. Они посмотрели крыло, ощупали грудь, заглянули в глаза и сказали то, что Ирина уже сама успела понять.
- Перелома нет, сильный ушиб,обезвоживание, истощение, но шансы хорошие.
Пока они оформляли бумажки взрослая ворона никуда не делась, она сидела теперь на берёзе у служебного входа и провожала взглядом каждое движение с коробкой. Когда парень понес воронёнка к машине, она перелетела ближе, но не напала,только держалась на высоте человеческой головы и всё время подавала короткий звук, на который малыш в коробке уже отвечал увереннее.
- Она с ним до машины идёт, - тихо сказала Инна.
Ирина вышла вместе с ними на крыльцо. На мокром асфальте остались следы от носилок, от снеговой каши, от грязных ботинок. Среди всей этой утренней больничной жизни маленькая картонная коробка с серой птицей выглядела почти нелепо, но именно к ней сейчас были обращены взгляды людей.Когда дверь машины захлопнулась, взрослая ворона села на антенну, постучала по ней клювом, а потом резко взлетела, сделала круг над двором, над окном процедурной, над берёзой у входа и исчезла за крышей пищеблока.
Первый раз за неделю больничное окно осталось тихим, эта тишина казалась тяжелее стука. Ирина вернулась в процедурную, посмотрела на пустой карниз и вдруг очень ясно поняла, что будет ждать утра и этого сухого тук- тук. Хотя ещё вчера мечтала о его исчезновении. Она подняла жалюзи до конца, на железном карнизе под отливом всё ещё лежали кусок сырника, горошина и полсосиски, которые взрослая птицы притащила ночью. На железе их не тронул ни дождь, ни ветер. Маленький запас на случай, если вдруг опять станет одиноко и голодно.
Михаил Семёнович, которого, наконец, уложили обратно в его постель в палату, сказал ей позже за перевозкой :
- Вы заметили, что она не к нам стучала, она просто нашла в больнице то окно, где люди ещё слышат.
Ирина хотела отмахнуться от этой красивой фразы, но не отмахнулась, слишком многое в ней было правдой. Через три дня ей прислали видео из центра. Воронёнок сидел в уличном вольере на жёрдочке взъерошенный, злой и уже вполне уверенный в себе. Ирина смотрела ролик в ординаторской, а Инна у неё за плечом шептала:
- Живой, гляди ...
На фоне ролика слышался знакомый короткий голос взрослой вороны. Оказалось та два дня подряд сидела на сетке вольера снаружи пока малыша не перевели в общий блок. А ещё через неделю Ирина, выходя после смены из больницы, увидела на берёзе у служебного входа двух птиц: одна взрослая с серой шеей и настороженным умным глазом, вторая чуть растрёпанная подростковая с еще смешным хвостом и детской неуклюжестью в движениях. Молодая прыгала по ветке неловко, слишком широко расставляя лапы. Взрослые сидела рядом и время от времени коротко стучало клювом по коре так же как стучала в стекло ворона мать.
Ирина остановилась, взрослая ворона увидела её сразу, но никакой благодарности конечно,никакой красивой сцены, птица просто наклонила голову, посмотрела одним тяжёлым глазом и тут же перевела взгляд на молодого, как будто человек больше не был центром этой истории. И это почему-то понравилось Ирине сильнее чем любое воображаемое признание. Молодой слёток переступил по ветке, расправил оба крыла, попробовал удержать равновесие и на секунду завис в воздухе между ветками, не улетел далеко, только прыгнул на соседнюю, но сделал это сам.
Ирина постояла ещё немного, потом пошла к воротам, у самой калитки обернулась, на берёзе уже никого не было. А заведующая все же велела починить отлив и убрать этот дурацкий карман под ним. Федя ,наконец, пришёл с инструментом и бурчал полдня, снимая старую сетку и пену. Михаил Семёнович выписался через неделю и перед отъездом оставил Ирине на посту бумажный кулёк с семечками, словно для птиц. А Ирина ещё долго по утрам, заходя в процедурную, первым делом смотрела не на капельницы и не на журналы,а в нижний правый угол окна.
Там было пусто и всё же однажды, когда в отделении опять выдалась тяжёлое утро: кто-то ругался в коридоре, капельница пищала без передышки, а за окном шёл мелкий серый дождь, она вдруг услышала по стеклу короткое тук. Сердце у неё ёкнуло, она улыбнулась и подошла - за окном на наружном карнизе лежала одна единственная вишнёвая косточка и больше ничего. Осенью, когда Ирина почти перестала ждать чего-то от больничных окон, она увидела их снова в чистом жёлтом свете.
После ночной смены на той же берёзе сидели двое - взрослая птица и молодой уже вытянувшийся вороненок, но всё ещё чуть-чуть нелепый. Молодой держал в клюве полоску хлеба и никак не мог решить съесть самому или спрятать в трещину коры. Взрослая мать, не глядя на людей, просто сидела рядом. Потом вдруг молодой ворон слетел вниз, ударился лапами о железный карниз под процедурным окном и один раз очень чётко постучал клювом в тот самый нижний правый угол. Ирина стояла за стеклом и не двигалась, птица постучала ещё раз, потом оттолкнулась и улетела обратно к берёзе. Взрослая какое- то время ещё смотрела на окно, где когда-то был карман с холодной водой и детским страхом, а потом тоже взлетела. А на карнизе еще долго лежала тонкая полоска хлеба.
🫖☕ 🖋️ Друзья, если нравятся мои истории, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментарии, которые помогут мне писать для вас новые рассказы. Всем спасибо!