Текст и фото: Дмитрий СЕРГЕЕВ.
На фото: предметы из личной коллекции Дмитрия СЕРГЕЕВА.
Опубликованная не так давно на нашем канале статья Николая Романова «Анатомия сердца (терминологический этюд)» получила немало доброжелательных отзывов даже от читателей, профессионально не связанных с медициной. Вместе с тем, при обсуждении материала часто высказывалось понятное желание подробнее познакомиться с картиной, репродуцированной на дореволюционной открытке, послужившей иллюстрацией для статьи. Автор благодарит своих подписчиков и доктора медицинских наук Николая Александровича Романова, вдохновивших его на проведение этого скромного исследования.
История имевшей ошеломительный успех на рубеже XIX и XX веков картины испанского художника Энрике Симоне Ломбардо действительно весьма любопытна. Полотно внушительных размеров – 177 х 291 см – было написано в 1890 году, когда двадцатичетырёхлетний художник проходил обучение в Академии изящных искусств в Риме. В разных источниках можно встретить различные варианты названия картины – «У неё было сердце!» (исп. ¡Y tenía corazón!), «Анатомия сердца» (исп. Anatomía del corazón) или просто «Вскрытие» (исп. La autopsia).
На картине изображён старик-пpoзeктop, проводящий вскрытие тpyпa лежащей на секционном столе молодой женщины с длиннми вьющимися волосами цвета старого золота. Он задумчиво держит в руке сердце, извлечённое из грудной клетки пoкoйнoй. Согласно искусствоведческой легенде, образ старика был вдохновлён нищим, которого Симоне встретил на улице и которому он предложил стать моделью – обычная для небогатых художников того времени практика. А в качестве центральной модели он использовал тeлo молодой актрисы, которая пoкoнчилa жизнь caмoyбийcтвoм из-за несчастной любви.
Благодаря высокой технике и провокационному сюжету эту картину относят к жанру социального реализма, хорошо известному в нашей стране по творческому наследию передвижников. Полотно привлекает внимание мощными, словно созданными в ритме фламенко, контрастами во всём: cмepть - жизнь, молодость - старость, женщина - мужчина, ярко освещённое oбнaжённoe тело и слепяще-белая простыня на переднем плане – тpaypный костюм пpoзeктopа и тёмная мрачная стена фона. Cмepть представлена более чистой, яркой и привлекательной, чем мрачная угрюмая жизнь с её oтвpaтитeльными инструментами и реактивами. На современников это громадное полотно оказывало потрясающее воздействие, граничащее с откровением о смысле бытия. Не менее сильное впечатление оставляли и репродукции картины на почтовых открытках.
В коллекции автора соседствуют две таких открытки. Одна из них цветная, другая черно-белая, и «возраст» каждой – более 110 лет!
Если внимательно приглядеться к цветному экземпляру, прежде всего обращает на себя внимание пояснительная надпись на лицевой стороне – «Е. Зимонетъ. Анатомiя сердца». Такая необычная транслитерация фамилии художника – Зимонет – очевидно связана с механистическим побуквенным переводом расположенной рядом надписи на французском языке: «E. Simonet. L’anatomie du coeur.» Это позволяет предположить, что исходным материалом для производства открытки послужил не оригинал картины, хранившейся в то время в мадридском музее Прадо и более известный с названием «У неё было сердце!», а некая изданная во Франции или другой франкоговорящей стране репродукция, скорее всего, тоже в виде открытого письма с упрощённым и более очевидным, описательным названием.
Обратная сторона цветной открытки предоставляет для нашего исследования богатый информационный материал. Современное и такое привычное для нас слово «открытка» этимологически связано с именованием этой почтовой продукции на русском языке в конце XIX-XX веков: «открытое письмо» наряду с международным «carte postale» и его русскоязычным аналогом «почтовая карточка». Именно надпись «ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО. CARTE POSTALE.», выполненная в характерной стилистике art nouveau и дополненная незамысловатыми виньетками, расположена рядом с логотипом издательства.
Из очередной двуязычной надписи по левой короткой стороне: «Изданiе “Ришаръ”. Петроградъ. Edition “Richard”. Petrograde» мы узнаём так же, что предмет нашей коллекции является номерным (№ 247) в линейке продукции издательства «Ришар», а указание на то, что открытка выпущена в Петрограде, упрощает для нас не только территориальную, но и временную её атрибуцию.
Дело в том, что история издательства «Ришар» полна загадок и белых пятен. До сих пор историкам филокартии не удалось доподлинно узнать ни точной даты его основания, ни точной даты окончания его деятельности. Известно лишь, что первая печатная продукция стала выпускаться в конце 1890-х годов, а после октябрьского пepeвopoтa 1917 года работа этого издательства, как и многих других культурных и коммерческих проектов в нашей стране, стала невозможной. В начале ХХ века издательство выполняло заметную культурную миссию, выпуская значительными тиражами разнообразные художественные открытки достаточно высокого полиграфического качества. Основными темами были репродукции картин русских и зарубежных художников, виды городов, фотопортреты знаменитых деятелей культуры – артистов, писателей, которые силами почтового ведомства доставлялись даже в самые отдалённые уголки Российской империи.
Начало Первой миpoвoй вoйны драматически отразилось на работе издательства. Его основатель, Рихард Лютерман, не только открывший дело, но и давший ему, судя по всему, своё имя, как поданный Германии был депортирован из России. Новым владельцем известной фирмы стал А. А. Кон.
31 августа 1914 года по указу императора Николая II город Санкт-Петербург был переименован в Петроград на основании всего лишь смехотворного стремления соответствовать антигерманским настроениям в обществе. Даже минимальные познания в истории города могут свидетельствовать о том, что никаких германских аллюзий его исходное название вызывать не может. Тем не менее, вoeннaя истерия сделала своё дело. Благодаря этому мы сегодня можем утверждать, что поскольку наша открытка издана именно в Петрограде, произошло это не ранее конца 1914 года.
По правой короткой стороне открытки перпендикулярно пяти пунктирным разметочным линейкам для написания адреса мельчайшим шрифтом обозначено, что напечатана она товариществом Р. Голике и А. Вильборг в Петрограде на Звенигородской улице, 11. Продукция товарищества оказывала заметное влияние на формирование художественных вкусов того времени. Достаточно сказать, что именно Голике и Вильборг в разные годы печатали популярные иллюстрированные журналы «Мiръ искусства», «Сатирикон’», «Аполлонъ», посвящённые тенденциям современного искусства. Поскольку товарищество было национализировано и прекратило своё существование в 1918 году, атрибуция времени издания нашей открытки сужается до периода 1914-1918 годов, но всё ещё нуждается в уточнении.
Как известно, в это время Совет народных комиссаров РСФСР принял декрет «О введении новой орфографии», который вступил в силу 15 октября 1918 года. Его принятие было подготовлено декретом Народного комиссариата просвещения РСФСР за подписью А. В. Луначарского «О введении нового правописания» с 1 января 1918 года. Но ещё в мае 1917 года Министерство народного просвещения Временного правительства издавало циркуляр о постепенном переходе на упрощённое правописание.
Итак, орфографические особенности полиграфического текста на цветной открытке позволяют определить время её издания периодом с конца 1914 до начала 1917 годов.
Возможно, нам удалось бы провести атрибуцию с ещё большей точностью, если бы сохранилась рукописная надпись, некогда сделанная на обратной стороне открытки неизвестным корреспондентом. Содержание надписи, как можно предположить, было глубоко интимным, поэтому получатель, оставляя красивую открытку для хранения в своём собрании или передавая её новому владельцу, предпочёл стереть текст послания, впрочем, сделал это предельно бережно, чтобы не повредить изобразительную сторону. Эта загадка – что же всё-таки было написано на открытке более сотни лет назад? – без сомнения придаёт особый шарм этому предмету в коллекции автора.
Открытка с черно-белым изображением немногословна и предпочитает хранить свои секреты. Фамилия художника на её лицевой стороне указана в привычной нам орфографии – «СИМОНЕ», а вот название картины, представленное в новом варианте – «АНАТОМЪ СЕРДЦА» - не только смещает смысловой акцент с процесса изучения человеческого сердца на личность пpoзeктopа, но и позволяет определить время издания открытки в весьма широком диапазоне: до 1917 года.
Обратная сторона, благодаря тексту «Открытое письмо. – Poczstowka.» сообщает нам, что открытка была выпущена, по-видимому, в губерниях Привислинского края, как с 1887 года по повелению императора Николая II стали именовать Царство Польское в составе Российской империи.
Четыре различных варианта названия картины Энрике Симоне с четырьмя разными смысловыми оттенками заставляет нас отвлечься от прямых исторических сопоставлений и обратиться к более широкому естественнонаучному контексту эпохи, в которую она создавалась. Время написания полотна – 1890 год – совпало со временем бурного развития клинической, экспериментальной и теоретической медицины и психологии.
Зигмунд Фрейд публикует в Вене полемические статьи о свойствах кoкaинa, наблюдения за пациентами, страдающими истерией и другими нервными расстройствами, предлагает новый взгляд на функциональные нарушения речи. Всего через пять лет выйдет в свет его совместная с Йозефом Брейером монография, положившая начало психоанализу.
Иван Павлов после блестящей защиты докторской диссертации «О центробежных нервах сердца» и многолетней стажировки в ведущих физиологических лабораториях Лейпцига, Вроцлава, Бреслау методично работает над усовершенствованием хирургических методов в своих экспериментах по физиологии кровообращения и пищеварения. Чуть больше десяти лет остаётся до появления понятия «условный рефлекс», ставшего основой широко распространившегося в ХХ веке психологического направления – бихевиоризма, принесшего в медицину третьего тысячелетия такое модное направление, как когнитивно-поведенческая терапия.
Пройдет четверть века, и на фоне беспрецедентных для того времени бесчеловечных методов ведения мирoвoй вoйны, вызывающих массовую гибeль людей, – применения oтpaвляющиx газов, использования тяжёлой вoeннoй техники, включая тaнки, aэpoплaны, дальнобойные apтиллepийcкиe орудия, – в странах, участвующих в бoeвыx дeйcтвияx, как мы убедились, огромными тиражами будут издаваться почтовые карточки с репродукцией именно этой картины Симоне, подчёркивающей необходимость задуматься о хрупкости и недолговечности человеческой жизни. Одновременно с осмыслением этого произойдёт зарождение новой философии и психологии существования – экзистенциализма.
Картина Симоне продолжает привлекать внимание и вызывать заинтересованные обсуждения посетителей музея в Малаге, где она хранится в наши дни. Во время поездок по Испании автору, к сожалению, так и не довелось побывать в этой известной галерее и, возможно, чтобы хоть отчасти компенсировать этот досадный недостаток личных впечатлений, ему показалось любопытным проанализировать изображённое на открытках из его коллекции ещё и с позиций трёх во многом непримиримых направлений современной психологии и психотерапии – психодинамического, гуманистического и бихевиористического. Материал получился довольно объёмным, как, впрочем, и большинство статей словоохотливого автора, поэтому чтобы не утомлять благосклонного читателя, публикуется он, по старой журнальной традиции, «с продолжением». (Во как загнул!)
Короче, - не пропустите! Скоро-скоро-скоро! На всех страницах интернета! Сенсационное продолжение легендарной франшизы – АНАТОМИЯ СЕРДЦА (ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЭТЮД)! Вотъ как-то так или типа того...
Продолжение здесь:
Просто ПОДПИШИТЕСЬ!