В 1953 году будущий Президент Академии наук СССР Гурий Марчук пришёл в математический отдел Лаборатории «В». Задачи ставили физики, от математиков требовалось одно: считать. Чуть позже этот принцип сформулируют как «Shut up and calculate» — заткнись и считай. Удобное разделение труда: одни знают что, другие — как. Вот только учёный не может быть просто приставкой к расчётной машине.
Марчук отправился на знаменитые семинары физиков-теоретиков. По воспоминаниям его жены, картина была та ещё: молодые дарования курили, развалившись в креслах, перебрасывались жаргоном, лихо объясняли любые эффекты, сходились во мнении — а назавтра выяснялось, что теория неверна и всё начинается по новой. Задачи математикам ставились нечётко, методы — примитивны. Математик, привыкший к строгим доказательствам, воспринимал это почти болезненно. Лишь спустя годы он понял: тогда это был единственно правильный путь — выжимать максимум из опыта, потому что точной теории ещё не существовало.
Но тогда Марчук принял решение: разобраться самому. Быстро изучил университетский курс ядерной физики по конспектам жены-радиохимика. Та сперва радовалась редкому превосходству над мужем, однако уже через три недели он ушёл далеко вперёд. Дальше была книга Глестона и Эдлунда «Физика ядерных реакторов». Её штудировали всем математическим отделом: тянули жребий, кому готовить доклад по главе, и раз в две недели собирались на семинар. Через несколько месяцев математики заговорили с физиками на одном языке.
Параллельно ездили в Москву, в ЛИПАН — ту самую Лабораторию № 2 Курчатова. Там их встречал столичный снобизм. Тогда и родилась шутка: «В ЛИПАНе чувствуешь себя как жёлудь — кругом дубы, и каждая свинья норовит тебя съесть». Но математики быстро поднаторели. Уже не просто считали выполняли чужие задания — поправляли постановку задач, а потом и сами научились их ставить. Мнение Марчука стало весомым. Поток задач по реакторам пошёл через их отдел на новом уровне.
Результат говорит сам за себя. Сегодня в ФЭИ работает мощнейшая школа расчёта быстрых реакторов, хранятся данные международного центра ядерных данных. Учёные из Обнинска могут рассчитать практически любой быстрый реактор и предсказать его поведение.
Это история о том, как настоящий учёный не прячется за специальность. Не понимаешь — не делай вид, а иди и учись. И товарищей подтяни. Три месяца — и ты уже не чужой на чужой территории. А шутка про жёлудь — она не про ЛИПАН, она про любую замкнутую компанию, которая считает себя выше просто потому, что давно здесь сидит.
P.S. История написана по воспоминаниям жены Марчука. У физиков, инженеров и материаловедов свой взгляд, но сегодня я посмотрел на прошлое глазами математиков — людей, которые перестали быть приложением к расчётной машине и создали системы, помогающие лучше понять мир.