«Мне даже страшно говорить о подобных браках, которых на моей памяти на протяжении лет 30 было в этом доме несколько» — написал Филипп де Коммин.
Джоанна Арагонская в возрасте 17 лет вышла замуж за своего племянника по брату, Фердинанда II, короля Неаполя. Несмотря на то, что она приходилась ему тёткой, она была младше его на 12 лет. Брак оказался недолгим, спустя полгода Фердинанд умер от малярии, а детей в браке не было, хотя есть упоминания, что Джоанна забеременела от Фердинанда до брака, но случился выкидыш.
Так Джоанна осталась никому ненужной вдовой вместе с её матерью, тоже Джоанной или Хуаной (ох, эта транслитерация), тоже бывшей королевой Неаполя.
Джоанна старшая всегда подписывала каждое письмо как «печальная королева». Этим двоим было о чем сожалеть: потеряв трон Неаполя, мужей и дома, они теперь жили как беженки во дворце Валенсии на правах гостей короля Арагона.
Дворец славился тем, что в нем было 300 комнат, женщины жили в уединении в своих покоях, не пуская посторонних.
Расположенная на берегу реки Турия, Валенсия была прекрасной клеткой для скорбных вдов с её богато украшенными павильонами и садами, засаженными фруктовыми деревьями и цветами, привезенными из Нового Света.
Но если её мать старела, то на стороне дочери были ещё две вещи: молодость и красота. К лету 1505 года, когда Джоанне исполнилось 27 лет, Генрих VII Английский подумывал о том, чтобы взять новую жену.
Елизавета Йоркская скончалась более двух лет назад, и, хотя самому королю было почти 50 лет и он был не в лучшей форме, более молодая жена могла бы принести ему запасных наследников, которые спасли бы династию Тюдоров, если бы что-то случилось с его единственным выжившим сыном.
В начале июня он отправил своих послов из Лондона в Испанию с конкретной миссией: отчитаться о внешности и личных данных Джоанны, чтобы проверить, соответствует ли она требованиям Генриха к женщине и королеве.
Послы прибыли в город 22 июня и на следующий день были приняты в укрепленном дворце с более новыми зданиями и башнями, выстроенными вокруг оригинального мавританского дворика.
Они доставили письма от Екатерины Арагонской, вдовствующей принцессы Уэльской. Обе королевы сдержанно поблагодарили за письмо, были мрачны и печальны, сухие на эмоции.
Старшая королева, как записали послы, говорила с ними как благородная мудрая женщина, в то время как младшая говорила мало и стояла с печальным, благородным выражением лица.
Главной задачей послов было доложить о внешности младшей королевы, отметить её возраст, рост и черты её тела. Они написали , что ей 27 лет, но было трудно сказать какого она роста, потому как она носила тапочки по обычаю своей страны, а её тело было скрыто под большой мантией.
Генрих просил их отметить её лицо, накрашено оно или нет, упитанное или худое, острое или круглое, весёлое, хмурое или печальное, молочная ли у неё кожа или с покраснениями и оливковая.
На что они отметили, что она не была накрашена, а её лицо было хорошей формы, любезное, круглое и полное, весёлое, а не хмурое, со скромным, стыдливым выражением лица, и что её кожа была очень чистой, волосы каштановые, глаза серо-карие, зубы светлые, чистые и ровные, губы круглые и полные.
Её нос был немного приподнят посередине и изогнут к концу, её лоб не вполне различим, потому что она низко носила платок на голове, но цвет лица был светлым, здоровым и чистым.
Когда дело дошло до тела Джоанны, они смогли заметить, что её руки были круглыми и не очень маленькими, но пропорциональными, кисти рук круглые, полные и мягкие, с маленькими пальцами. У неё была полная и миловидная шея, хорошие округлости.
Генрих просил их написать, были ли на её губах какие-либо волосы, на что послы ответили, что не видели ни одного. Им было поручено поговорить с ней, когда она постится, чтобы проверить, сладко ли её дыхание, и они отметили, что никогда не чувствовали никакого запаха специй и верят, что она обладает хорошим ароматом.
Опросив её врача, доктора Пасторелла, они узнали, что у неё не было тайных изъянов или деформаций и она всегда отличалась крепким здоровьем. Генрих также хотел знать о её привычках. Наблюдая за Джоанной за столом, послы отметили, что она хорошо ест и ест мясо дважды в день, пьет нечасто, чаще всего воду, иногда коричную воду и иногда гипокрас.
Постоянно заботясь о своей казне, Генрих запросил информацию о её вдовьей доле, которая составляла 30 тысяч дукатов ежегодной ренты, в то время как у старой королевы было 40 тысяч, вложенных в конфискованную неаполитанскую собственность. Они получили выплату в размере 15-16 тысяч дукатов от короля на свои расходы.
Генрих просил, чтобы был нанят какой-нибудь искусный живописец для создания эскиза Джоанны, чтобы тот как можно точнее написал её истинный облик.
Если такой рисунок и был сделан, то ни одной копии не сохранилось, но у послов остались их словесные портреты и описания, которые они привезли домой Генриху. На обратном пути послы посетили Фердинанда, короля Арагона, вдовца Изабеллы и отца Екатерины Арагонской, чтобы обсудить её возможную свадьбу с Генрихом, принцем Уэльским, будущим Генрихом VIII.
Неизвестно точно почему, но Генрих VII не стал добиваться руки Джоанны. На самом деле, он больше так и не женился, возможно из-за состояния здоровья или возраста. Однако куда более вероятная причина — деньги и приданное. Джоанна младшая оказалась недостаточно богата для короля Англии.
В 1506 году две Джоанны вернулись в Неаполь, где жили в комфорте. Ни та, ни другая больше не вышли замуж, несмотря на то, что дочь получала новые предложения, живя вместо этого в тени своей матери и умерев всего через несколько месяцев после неё в 1518 году в возрасте 40 лет.
Спасибо всем за внимание, ставьте класс и подписывайтесь на мой канал!