Когда в ноябре 1922 года британский археолог Говард Картер впервые заглянул в трещину закрытой каменной двери и при свете тусклой свечи увидел в темноте золотые отблески, он не мог сказать ни слова. Через минуту, когда его спутник лорд Карнарвон нетерпеливо спросил «Вы что-нибудь видите?», Картер с трудом ответил: «Да. Чудесные вещи». Так была открыта гробница Тутанхамена, юного египетского фараона, умершего в девятнадцать лет тридцать три столетия назад. С первого же дня все, кто видел мумию, задавали один и тот же вопрос: отчего он умер так молодым? Сто лет учёные предлагали десятки версий. Окончательный ответ дала молекулярная биология в 2010 году. И он оказался куда сложнее, чем кто-либо предполагал.
Чтобы понять масштаб этой загадки, нужно вспомнить, кем был Тутанхамен в реальной истории Древнего Египта. Сегодня он один из самых узнаваемых исторических персонажей в мире. Золотая маска из его гробницы стала символом всей египетской цивилизации. Между тем при жизни Тутанхамен был фараоном небольшого значения. Правил он всего девять лет, при этом фактически реальная власть находилась в руках его опекунов — везира Эйе и военачальника Хоремхеба. Сам он был ребёнком, унаследовавшим трон в возрасте девяти лет.
Что делало правление Тутанхамена политически важным, так это то, что оно совпало с одним из главных кризисов в истории Древнего Египта. Его отец, фараон Эхнатон, провёл в стране беспрецедентную религиозную реформу. Он попытался перевернуть многотысячелетнюю традицию египетского многобожия и установить культ единственного бога Атона. Старая столица Фивы была покинута. На пустом месте посреди пустыни был построен новый город Ахетатон («Горизонт Атона»). Жречество Амона, веками доминировавшее в Египте, разогнано. Имена прежних богов соскабливались с памятников по всей стране.
К моменту смерти Эхнатона эта реформа провалилась. Народ её не принял. Элиты бунтовали. Внешние враги, чувствуя ослабление центральной власти, начали угрожать границам. И вот в этом контексте на престол взошёл девятилетний мальчик, рождённый в той же радикально-реформаторской семье. Он унаследовал имя «Тутанхатон», то есть «живой образ Атона». Через несколько лет его опекуны провели контрреформу. Имя бога было изменено с Атона на Амона — он стал Тутанхамоном. Столица переехала обратно в Фивы. Гробницы и храмы старых богов восстановлены.
Когда этот мальчик-фараон умер в девятнадцать лет, его похоронили в маленькой и относительно скромной гробнице в Долине Царей. Его собственная погребальная программа, видимо, не была завершена — потому что никто не ждал, что он умрёт так быстро. Гробницу торопливо переоборудовали из чьей-то менее статусной погребальной комнаты. Кладка была небрежной, росписи нанесены наспех, многие предметы — заведомо подержанные или чужие, переделанные на скорую руку. Всё это указывало на одно. Смерть фараона была внезапной.
С тех пор как Картер вскрыл гробницу в 1922 году, главным вопросом, преследовавшим всех египтологов, был вопрос «отчего». Версий было много.
Версия первая, самая старая. Несчастный случай. Возможно, падение с колесницы во время охоты, повлёкшее за собой смертельные травмы. Эта версия господствовала в популярной литературе долгие годы.
Версия вторая. Заговор. Эту версию активно продвигал немецкий египтолог Боб Брайр в 1990-х годах. По его мнению, юного фараона убил кто-то из ближайшего окружения, скорее всего, везир Эйе, ставший фараоном сразу после смерти Тутанхамона и женившийся на его молодой вдове Анхесенамон. Брайр ссылался на маленькое вдавление в задней части черепа мумии, которое можно было интерпретировать как след удара тяжёлым предметом.
Версия третья. Болезнь. Считалось, что фараон мог страдать от какого-то тяжёлого заболевания. Возможно, эпилепсии, или редкого генетического синдрома, или психических нарушений. В пользу этого свидетельствовали странные пропорции тела на сохранившихся изображениях фараона — несколько широкие бёдра, удлинённая голова, длинные пальцы. Кстати, такие же пропорции были и у его отца Эхнатона, что наталкивало некоторых исследователей на мысль о семейной патологии.
Версия четвёртая, самая мрачная. Прокаженность или другое серьёзное заболевание, передавшееся от родителей через близкородственные браки. В царских династиях Древнего Египта, как и в средневековых европейских монархиях, кровосмешение было обычным явлением. Браки между братьями и сёстрами заключались регулярно. Это, конечно, повышало риск генетических нарушений у потомства.
В течение восьмидесяти лет ни одна из этих версий не могла быть ни доказана, ни опровергнута. Мумия Тутанхамона хранилась в стеклянной витрине Каирского египетского музея и осматривалась с осторожностью. Никто не хотел разрушать одну из главных египетских реликвий ради проверки исторических гипотез. И только в 2000-х годах ситуация начала меняться.
В 2005 году главный египетский археолог Захи Хавасс получил разрешение провести компьютерную томографию мумии. Это был первый случай, когда мумия Тутанхамона была подвергнута современному медицинскому исследованию. Результаты томографии частично прояснили картину. Версия о ударе по голове была опровергнута. Вдавление в черепе, которое многие историки считали следом убийства, оказалось результатом неаккуратной работы реставраторов, причинённым после смерти. Однако другие выводы оказались неожиданными. У Тутанхамона была обнаружена незажившая травма левой ноги, по-видимому, перелом, полученный незадолго до смерти. И серьёзная деформация левой стопы, не позволявшая ему нормально ходить.
В 2008-2010 годах группа учёных под руководством того же Хавасса в сотрудничестве с немецкими генетиками из Тюбингенского университета провела масштабное исследование. Это была первая в истории ДНК-экспертиза древнеегипетских мумий. Изучили не только Тутанхамона, но и одиннадцать других мумий из Долины Царей, предположительно принадлежавших его родственникам. Цель — определить родственные связи, установить наследственные заболевания, идентифицировать причины смерти.
Результаты, опубликованные в феврале 2010 года в престижном Journal of the American Medical Association, перевернули наши представления.
Первое открытие касалось семейного дерева. Учёные смогли уверенно идентифицировать родителей Тутанхамона. Его отцом оказался фараон Эхнатон. Это многих не удивило, эта гипотеза была популярной. Но настоящей сенсацией стала идентификация матери. Ею оказалась анонимная мумия женщины, найденная в погребальной камере, известной как KV55. И вот что поразительно — анализ ДНК показал, что эта женщина была родной сестрой Эхнатона. То есть Тутанхамон был сыном брака между братом и сестрой.
Это была, прямо скажем, шокирующая новость даже для египтологов, привыкших к близкородственным бракам в Древнем Египте. Дело в том, что обычной практикой были браки между двоюродными или дальними родственниками. Браки между родными братом и сестрой случались в египетских династиях, но реже, и обычно с серьёзными последствиями для потомства.
Анализ ДНК самого Тутанхамона выявил несколько серьёзных проблем. Сразу скажу, что не все эти выводы приняты научным сообществом единогласно — некоторые независимые исследователи позже выдвигали альтернативные интерпретации. Но в основной картине вывод был такой. Юный фараон страдал от множественных наследственных нарушений, типичных для потомства близкородственного брака. У него была выявлена так называемая болезнь Кёлера II, редкое наследственное заболевание, при котором нарушается кровоснабжение мелких костей стопы и развивается их некроз. Именно это объясняло как деформацию его левой стопы, видимую на томограммах, так и наличие в его гробнице более ста тридцати тростей и посохов для опоры при ходьбе. Долгие годы египтологи считали эти трости царскими регалиями. На самом деле они были медицинскими предметами, необходимыми для передвижения.
Кроме того, у Тутанхамона была обнаружена расщелина нёба (так называемая «волчья пасть»), небольшая аномалия в строении черепа. И сколиоз. Молодой фараон, изображавшийся на парадных росписях как стройный и подтянутый правитель, в реальности был хромым человеком с искривлённым позвоночником, не способным самостоятельно ходить без опоры.
И самое главное. В тканях Тутанхамона была обнаружена ДНК малярийного плазмодия Plasmodium falciparum, причём в высокой концентрации. Это самый опасный вид малярии, известный также как тропическая малярия. Заражение этим паразитом, без современного лечения, в значительной части случаев приводило к смерти за несколько дней или недель.
Какова была картина последних дней молодого фараона? По итогам ДНК-исследования и томографии она реконструировалась следующим образом. Тутанхамон с детства страдал от сочетания наследственных заболеваний, ограничивавших его подвижность. У него была деформированная стопа, искривлённый позвоночник, общая слабость. За некоторое время до смерти он получил серьёзную травму ноги — открытый перелом левого бедра, по характеру повреждения возможно, при падении с колесницы или с большой высоты. Эта травма не заживала должным образом, начался инфекционный процесс, осложнённый общей ослабленностью организма. И тут, в этом ослабленном состоянии, фараон заразился тяжёлой формой малярии. Сочетание инфицированной раны и активной малярии оказалось для него фатальным.
Это, разумеется, не объясняет всех вопросов. Часть исследователей до сих пор сомневаются в окончательности выводов 2010 года. Например, немецкий учёный Кристиан Тиман в журнале Tropical Medicine and International Health указал, что часть симптомов Тутанхамона может объясняться не только малярией, но и редким наследственным заболеванием серповидноклеточной анемии, которое сильно повышает уязвимость к инфекциям. Другие учёные предполагали, что главную роль играла генетическая предрасположенность, а не конкретная инфекция. Дискуссия продолжается.
Тем не менее основная картина за пятнадцать лет с момента публикации не изменилась. Тутанхамон умер не от удара по голове, не от заговора, не от единой загадочной болезни, а от сочетания факторов — наследственных нарушений, полученной незадолго до смерти травмы и тропической инфекции. Молодой фараон оказался не загадкой убийства, а трагическим примером того, что бывает с потомством, полученным от близкородственных браков, в условиях средневекового по сегодняшним меркам уровня медицины.
Что осталось от этой истории. Прежде всего, она показала возможности современной науки. Сто лет с момента открытия гробницы вопрос о смерти фараона оставался открытым. Никакие традиционные методы — изучение фресок, анализ погребальных текстов, рентгенография — не давали окончательного ответа. И только молекулярная биология XXI века дала возможность буквально заглянуть в гены человека, умершего более тридцати трёх веков назад.
Во-вторых, история Тутанхамона напомнила о том, что юный фараон, ставший в массовой культуре символом могущества Древнего Египта, в реальности был хрупким, страдающим мальчиком. Изображения юного правителя на парадных росписях создают образ великого монарха. Реальность была другой. Хромой, согнутый сколиозом, мучимый болезнями, передвигавшийся с помощью трости, рано получивший тяжёлую травму, фараон большую часть жизни должен был испытывать сильные физические страдания. Если бы у нас была машина времени и мы могли спросить его, не променял ли бы он золотое погребение и три тысячи лет посмертной славы на возможность дожить хотя бы до тридцати лет в нормальном теле, ответ, может быть, был бы предсказуемым.
И в-третьих, эта история ставит нравственный вопрос об археологии в целом. Когда Картер открыл гробницу в 1922 году, он стал героем мирового научного сообщества. Сегодня значительная часть египтологов задаётся вопросом — было ли правильно поступать так с покойником? Древние египтяне тщательно скрывали свои гробницы, заклинали могилы проклятиями, надеялись на вечный покой. Современная наука нарушила этот покой, провела бесчисленные исследования над их останками, поместила их в стеклянные витрины музеев на всеобщее обозрение. Возможно, мы получаем знания о прошлом, нарушая фундаментальные права тех, кто был в этом прошлом. Это вопрос, на который у этики нет простого ответа.
Тутанхамон, маленький мальчик-фараон, умерший 3300 лет назад от сочетания малярии и наследственных болезней, продолжает преподавать миру уроки. И возможно, главный из них таков. В большой истории всегда есть личное измерение. За каждым именем — реальный человек, со своими болезнями, болями, надеждами и трагедиями. И иногда современная наука позволяет нам увидеть эти личные истории яснее, чем видели сами современники.
А вы как считаете, оправданы ли подобные исследования над древними мумиями? Или мы вторгаемся в то, что должно оставаться неприкосновенным? Делитесь в комментариях.