Глава, в которой описывается, что происходит, когда забывают о первоначальных целях
Джин почти сразу трансформировалась в кошку и теперь бежала в сторону дома Звенислава. Она двигалась к цели, используя темные улочки и дворы, незаметная для всех. Бежать было далеко и, следовательно, времени было достаточно, чтобы проанализировать всё. В последние дни все события в её жизни мелькали со скоростью перелистывания книг с картинками. Быстро с небольшими остановками. Минуты покоя она использовала для наслаждения от общения с братом и дядей. Они были удивительными, как и все в её семье. Они сразу поняли, как ей хочется родственного тепла.
Они оба восхищали её. Дядя, умный красивый, знающий, как и её папа, все на свете, очень не похожий на него и удивительно молодой, был похож на рыцарей, описываемых в древних китайских легендах – философ, знаток классической литературы многих народов и воитель, владеющий приемами боя, неизвестных ей ни по книгам, ни по фильмам.
Брат веселый, гибкий, обожающий, петь и сочиняющий песни, собирающий рецепты изготовления мяса у разных народов.
Они оба стали её добавочными правыми и левыми руками и часто обращали её внимание на одежду. Они оба ругали её за равнодушие к одежде и объясняли часто то, что она никогда не понимала при общении с мужчинами.
В результате этого все воспоминания Джин о погибших были, если можно так сказать, деловыми – то есть не переживания типа «Боже мой», а «Как бы они поступили в этом случае?».
Теперь бег по темным улицам, одиночество позволило всё анализировать, как бы заточено на проблему «Кто такой Звенислав?»
Она никому не рассказывала о встрече со Звениславом в заповеднике, значит и проанализировать все она должна в одиночку.
Как учитель математики замешан в этой истории? Почему с первого раза возненавидел её? Тогда она была толстушкой, но мало ли таких, как она, у которых так настроен обмен веществ. Она же не говорила в лицо всем мужчинам, которые имеют хилый вид и мозг с размером с грецкий орех, что они вызывают у неё презрение. Почему Звенислав к ней привязался? Следил ли он за ней или как-то связан с тем колдуном? Может он завидует её силе, а может злится на то, что она не просит его о помощи? Она никогда не вмешивалась в его работу, стараясь избегать даже садиться рядом за один стол. Так что же ему надо? Ведь тогда в заповеднике, она избегала просить его о чём-либо, да и вообще не видела в этом необходимости.
Мысли внезапно перескочили на другие рельсы. Почему мужчины помогают, только когда хотят подчинить себе? Как назло, вспомнила поцелуй Тайгриса, его надменность и покровительственное хамство. Она застыла на мгновение от пережитой ярости. То, что она в это время была в теле кошки с могучими когтями и зубами, привело к желанию загрызть обидчика. Стало стыдно – наказание или реакция должны быть равными по силе действия обиды.
Джин побежала быстрее, не желая больше помощи ни от кого, и бормоча на ходу:
– Мужчинам нельзя верить, они поверхностные! Им нужна власть, почитание и ещё восхищение. Если ты пытаешься с ними быть равной, то они или ненавидят, потому что завидуют, или унижают, чувствуя свою слабость.
Она не видела смысла рыскать по тёмному городу в поисках бывшего коллеги. Всё равно он вернётся ночевать домой. Здесь она и узнает у него всё.
Когда её нагнали взволнованные дядя и брат, она задалась вопросом – «Может мои родичи не похожи на встреченных мною ранее мужчин?». Прикоснулась к их сознанию, не напрямую, а изысканно, к глубинным слоям, определяющим повеление, и расстроилась – дядя проклинал себя за то, что долго не видел брата, Ларион сердился на неё из-за того, что она ничего не спрашивает об их семье.
Итак, для них она всего лишь член потерянного рода! Собственно, именно об этом и говорил Тайгрис, когда говорил, что женщина нужна для продолжения и умножения богатства рода.
Она ускорила бег, опять беззвучно забормотав под нос.
– Спасибо, Тайгрис! Ты научил меня, что чувства мужчины никогда не бывают истинными, что ими всегда двигают расчёт и желание продемонстрировать своё я, даже… Даже если это близкие люди. Почему? Может они не могут любить? Мой отец был странным и удивительным исключением?! Господи! Мне так невероятно повезло!
Оглянулась на дядю, с братом. Дядя подбадривающе ей улыбнулся.
– Не волнуйся. Мы рядом.
– Ради тебя, папа! Я потерплю, – прошептала она. – Ради тебя!
– Держись, девочка! – поддержал её Исидор, решивший, что она устала.
Она криво улыбнулась, и только губами прошептала:
– Мужчинам не нужен жар любви. В книгах и стихах одна ложь! – и впустила холод в своё сердце.
Из-за торопливости и стеснительности она не проанализировала верхний слой памяти. И зря! Если бы Джин послушала их мысли полностью, то поняла бы, как она ошибалась! Дядя корил себя за то, спасаясь от пророчества, ушёл из семьи и теперь их девочка так страдает. Он считал её подарком судьбы, за его долгое отсутствие.
– Идuoтскoe пророчество! – едва слышно ворчал Исидор.
Один из шаманов сказал, что он обретет истинную свободу, когда разобьёт сердце близким, и они погибнут, но сможет всё изменить, если правильно выберет путь.
Исидор покинул родных и прожил, никого не любя. Женщины на его пути, были просто временными увлечениями. Однако и в его жизни были две женщины, с которыми он бы прошёл по дороге жизни, так безумно он их любил. Ту от вспоминания о которой до сих пор у него сердце застывало от тоски и печали, он сам заставил уйти, испугавшись, что станет причиной её гибели. Прошло не мало лет, пока он смог опомниться от содеянного, и однажды встретил вторую, удивительно напоминавшую ему его единственную любовь. Она смогла зарастить дыру в сердце, которую он сам себе нанес, своим поступком, но умерла родами, оставив ему сына.
Исидор долго не знал, что его возлюбленная была беременна, и что умерла во время родов, потому что почти на год уехал от неё по делам. Она была единственной в этом мире, которой он невероятно доверял и рассказал, кто он. Когда он уже уехал его вторая избранница узнала, что беременна, но не желая стать обузой для него и его пути, она решила подождать его самого и все рассказать. Ей не повезло, такое редко, но бывает она умерла во время родов. Она написала нотариально заверенное требование, по которому, врачи должны были в первую очередь спасти ребенка. Надо сказать, что акушерам и врачам было наплевать, и они сражались за нее до конца. Не выдержало её сердце, и она умерла.
Вернувшись, Исидор узнал, что она умерла в больнице, и в отчаянии уехал, так и не узнав причину смерти. Он долгое время жил один в тайге, не желая видеть людей, пока пришел в себя
Когда спустя пять лет он опять вернулся в город, который, как считал, отнял у него любимую, то узнал от соседки, что у него есть ребенок. Они не встретились с соседкой случайно тогда, когда он узнал о смерти его возлюбленной. Соседка уезжала к сыну в другой город погостить. Встретив соседку, он с потрясением узнал, что стал отцом. Соседка помогала ему усыновить ребёнка.
Боясь удара судьбы, Исидор не сказал сыну, что является его родным отцом. Сын стал для него огоньком домашнего очага, который он запретил себе иметь. Однако судьба его догнала, он потерял всех родных и уверенность в том, что сделал всё правильно.
За это время Исидор встречался со многими, несущими кровь доргов, узнал о Ваирине и его жителях, дрался вместе с истинными охотниками с гачами[1] на Тибете, уничтожив популяцию гачей, приспособившихся жить в горах и при низких температурах. Он избегал любых контактов с семьёй, но ничего не смог изменить! Ничего! Предсказание сработало, он потерял близких.
Теперь он мучился от того, что не знал, сможет ли вернуть улыбку на лицо своей племянница, которая за их короткое знакомство поразила его своей отрешённостью и свирепостью. Она упорно искала убийц отца, забыв про радости жизни. Исидор мысленно спросил: «Мара, кто же закрыл её сердце на замок?» Он был так погружён в свои мысли, что споткнулся.
Джин-кошка встревоженно мяукнула, Исидор очнулся от размышлений.
– Джин, откуда ты знаешь куда бежать?
– Всё просто. Я веду вас к дому Звенислава, это мой бывший коллега. Он не мог знать о пожаре, а был там. Его адрес я узнала случайно на работе.
– Почему не мог узнать? Горело сильно, все местные сбежались.
– Дядя, тебе придётся смириться с мыслью, что у меня есть мозги, – Исидор изумлённо взглянул на неё, а девушка хмыкнула. – Не разочаровывай хоть ты меня! Вот Тайгрис убеждён, что женщинам не нужны мозги.
– Прости, но ты неправильно его поняла!
Кошка презрительно фыркнула и прорычала:
– Ладно, не спорю! Звенислав живёт в другом районе, значит, о пожаре узнал или от того, что шёл к колдуну, или следил за мной.
– Не думаю, что он следил за тобой. Он слишком быстро среагировал. Думаю, что причина в ином: он шёл за инструкциями к колдуну.
Ларион покхекал, но Джин не среагировала, и тогда он сообщил:
– Отец прав, мы не заметили наблюдателей, когда ты решила поговорить с колдуном, но ведь это не Беловолосый! Что ты ему сказала? Ведь ты столкнулась с ним нос к носу.
Кошка шумно фыркнула и остановилась, превратившись в Джин.
– Я просто сказала колдуну, что не стоит за мной бегать, что я пришла сама. Он ответил, что ему надо посоветоваться, – чтобы ей поверили родные, Джин пояснила. – Я не поверила и проследила его путь до самого дома, он ни звонил, ни делал никаких необычных движений.
– Что-то мы не увидели! – Исидор в досаде заиграл желваками. – Я тоже следил за ним. Колдун зашёл в дом, потом вышел, а через пару минут дом загорелся. Он никуда не отходил, а стоял, смотрел и ещё что-то шептал.
– Это он заклятье читал, чтобы всех проклясть, – пробормотал Ларион.
– Я поэтому и решила его убить, когда поняла, что он не выдаст хозяина, – объяснила Джин.
– Если его хозяин там был, то ушёл через подземелье, – угрюмо проговорил Исидор.
Джин раздражённо фыркнула.
– Ой, только не надо, придумывать средневековые страсти! Посмотри на этот дом! Максимум, что есть в этом доме – это погреб. Беловолосого там не было, и колдун просто позвонил ему по домашнему телефону. Не понятно только, почему здесь появился Звенислав?! Не вызвал же он его заранее, или тот сам следил за этим домом.
Огромный тополь принял на свои ветви всех троих. Они ждали долго и поняли, что не зря, когда к подъезду дома, в котором жил её бывший коллега, подъехал внедорожник. Из машины вышел Звенислав и, чуть наклонившись к открытой дверце, проговорил:
– Я найду её сам, Великий! Не надо больше это поручать кому-то.
Они ошеломленно переглянулись, получалось, что Звенислав следил за ней.
Резкий грассирующий голос произнёс:
– Поосторожней с поррошком. Если она действительно так хорроша, то ты получишь столько золота, сколько она весит. Можешь поиграть с ней.
Лицо Звенислава стало подозрительным.
– Ты так неразборчив? Не хочешь быть первым у девки?
– М-да… Сомневаюсь я в твоей удаче. Порразительно! Какая неуверенность в себе! Именно поэтому я убеждён, что она сбежит от тебя, несмотря на поррошок.
– Как же! Уж я своего не упущу. Я её… Кстати, а как же ты сам не теряешь память? Ведь ты брал порошок в руки!
– Не заметил, что я в перчатках? Недоверчивый!
Звенислав наморщил лоб.
– Действительно, светлые перчатки, а я и не заметил. Постой-ка! Мне не понравилось, что ты его насыпал мне в карман. Как же мне его доставать?
– Ты сам торопил. Звони! Пррощай. Посмотрим на твою удачу. Да! Не забудь одеть перчатки! Можно и резиновые.
– У меня есть с собой, резиновые, я как-то купил, сунул в карман, и про них забыл. Они так и лежат, хорошо хоть в другом кармане пиджака. Теперь всё получится! Теперь ей не поможет её папаша. Ненавижу его! Лекаришка поганый! Придумал, что у меня комплексы. Ничего! Теперь без головы не полечит никого. Ненавижу его! Великий! Я должник твой, за его смерть. Ха! Пусть на том свете лечит покойников с комплекам.
Сидевшие на ветвях переглянулись, они не могли поверить услышанному.
Когда машина уехала Джин прошептала:
– Их убили из-за меня? Господи, как же мне с этим жить?!
– Глупости! – остановил её Исидор. – Похоже, он лечился у твоего отца от своих комплексов и чего-то ещё и узнал от него много нелицеприятного.
Джин покачала головой, её отец был справедлив и добр.
– Отец не мог ни обидеть, ни оскорбить его. Этот же негодяй из тех, кто видел во всех только плохое. Он убил, потому что испугался того, что ему сказал отец. Значит, мне нужны силы не убить этого мерзавца сразу, чтобы всё узнать.
– Думаешь, этот мозгляк, посмеет напасть на тебя? – спросил Исидор, не понимающий, почему от племянницы веет холодом.
Джин криво усмехнулась и мягко спрыгнула на землю прямо перед закомплексованным учителем математики.
– Привет! Ищешь меня?
– Ах ты, сyka! – ошеломленно выдохнул тот, но у него не было времени одевать перчатки, и он боялся воспользоваться порошком, который лежал у него в кармане, и поэтому настороженно смотрел на неё.
– Волнуешься? Почему? Нравится моё тело? – Джин облизнула губы и, не отрывая взгляда от него.
Эта прямота обескуражила Звенислава, и он не знал, что сказать, поэтому молча разглядывал её.
Исидор вздрогнул, когда на дереве с ним оказались неразлучные «три поросёнка». Они все замерли, слушая невероятный разговор.
Джин медленно повернулась, чтобы учитель математики увидел её.
– Красивое тело, правда?
– Э-э…
– Не скажешь, кто это был с тобой? Если скажешь, то я дам тебе познакомиться с моим телом ближе, – она огладила свои бока и бёдра. – Один знаток женских тел сказал, что оно дорого стоит.
Исидор бросил взгляд на «поросят» и угрюмо хмыкнул. Странная у них реакция, а ведь племянница говорила, что они друзья и были у неё в гостях. По лицу Папазола можно было видеть, что его раздражение достигло предела, Пух – взволнован, а Тайгрис напротив был холоден, но Исидор видел, что это холод от переживаемого бешенства.
– Что тут ещё без нас произошло? – едва слышно поинтересовался Папазол.
– Приезжал какой-то Великий на машине и передал тому парню, что рядом с Джин, порошок, который отнимает память, – прошептал Ларион
– Не дай Бог! – выдохнул Пух. – А какого цвета?
Ларион едва слышно прошептал:
– Я не видел, но этот тип боится его трогать руками, а порошок у него в кармане. Тихо, смотрите!
Звенислав криво усмехнулся и отошёл на шаг, рассматривая Джин.
– Да уж! Теперь твоё тело не чета тому, что было раньше. Кто же этот умелец, что из тебя, кадушки, сделал такую? Это операция, или любовник?
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Гачи – разумные хищники, созданные цивилизацией Найги, для очистки планет от разумных видов, см. книгу «Собрать радугу».