Секретарши на месте не было, однако компьютер работал, значит, просто вышла куда – то на минутку. Шикарно, если уж так рассудить. Баронов нажал кнопку на селекторе, сдвинул пару папок на столе, чтобы прикрыть следы «шпионажа» и поспешно прошел к себе в кабинет. Сел за стол и приготовился ждать.
А ждать пришлось долго, минут 10, не меньше, что настроение Баронову, естественно, не улучшало. Наконец, судя по звуку открывшейся двери, барышня все – таки решила вернуться на рабочее место. И вот удача – не одна. Вместе с Леночкой зашел кто – то еще, кого Баронов сначала по голосу и не признал. Девчушки щебетали, ничего не подозревая, как у себя на кухне.
- не, ну совесть – то у меня есть. До 11 я посижу, а потом – что тут делать? – хозяйка кабинета пошуршала бумагами на столе, что – то подвинула, переставила, но включенного селектора, похоже, не заметила.
- а если большой босс приедет? Все – таки сегодня совещание должно быть. Вон даже некоторые топы на работе появились
- я тебя умоляю… Когда это было в последний раз? Две недели назад? И то, что называется, мимо проезжал – зашел пописать.
- правда, что ли? – собеседница Леночки засмеялась, – вот реально? В туалет заезжал???
Баронов вспомнил: пару недель назад он и правда заезжал в офис, его мутило в машине после очередного визита к гомеопату, который тогда лечил его от предполагаемых паразитов. Не, ну а вдруг? Когда у человека есть деньги, почему бы и паразитам у него не завестись? Даже, говорят, статистическая зависимость прослеживается: чем больше у человека свободных денег, тем более экзотические состояния его одолевают и тем более замудреные врачи его лечат…
- ну, в туалете он с полчаса точно провел. Я уж думала, не придется ли звать кого из мальчиков дверь вскрывать, не помер ли случайно? Вид у него был такой, что бабка моя говорила, мол в гроб краше кладут…
- да, что – то прибаливает похоже наш Алексеич серьезно, – девушка скорбно и совершенно театрально вздохнула.
Так вздыхают экзальтированные особы, притворно собираясь в обморок и закатывая глаза… И тут Баронов вспомнил ее, узнал, вот по этой самой театральности, которая его так бесила. Алена, секретарша его зама, та еще лиса…
- прибаливает… Тут, похоже, не прибаливает… Славка звонил, рассказывал, они вчера вообще к какой – то ведьме ездили. Там вообще трэш. Он после этой ведьмы Мальвинку свою выгнал, представляешь?
Славка, значит… Ладно. Был Славка, да весь вышел…
-думаешь, порчу навели?
-ой, Алён, я о таком не думаю. Оно мне надо? Мне зарплату платят, последнее время ничего не спрашивают, вот мне до звезды. Нет, я, конечно, Баронову желаю долгих лет жизни, иначе, когда он помрет, и твой все к своим лапкам пригребет, халявка – то моя кончится, но что там у него, мне вот правда все равно.
-слуууушай, я слыхала, что некоторые мужики прям сохнут, если на них приворот сделать. Это не ты, случайно, подруга? А что, мужчинка еще не старый, богатый, детей нет…
-ты серьезно? Нестарый? Мне 28, Алён. Нафига мне этот антиквариат?
Вот сука. Антиквариат? Ну ты у меня сейчас попляшешь…
Баронов наклонился к селектору:
-Леночка, будь добра, детка, проверь, готова ли переговорная к совещанию? Мне водички прохладной поставь на столе, жарковато что – то. И Ольгу Борисовну попроси зайти ко мне сейчас, до совещания.
Не меньше минуты Баронов наслаждался тишиной из селектора, ну если не считать полупридушенного писка в первый момент да звука шагов: Алёна поскакала предупредить своего шефа. Об одном жалел Баронов – выражения лица Леночки не увидел. А хотелось. Очень хотелось. Как бы странно это кому – то ни показалось, но с момента приезда в офис настроение Вадима Алексеевича резко пошло вверх. Он ликовал, что его паранойя оказалась отменно сработавшей интуицией, он предвкушал расправу, он строил планы по разрушению чужих планов и был в своей стихии, среди крыс, предателей и подонков.
Да простят меня крысы.