Целый день мы ходим по дому, и к вечеру я начинаю жалеть, что ввязалась во все это. Надо бы почитать договор, могу ли я уйти просто так? Работать здесь совершенно не хочется! Настя оказалась самым настоящим маленьким демоненком! Я лазила с ней во дворе по горкам и качелям, играла в песке, строила башни, и ловила, когда она падала с деревьев. И малышке было абсолютно все равно, что я одета в узкую юбку-карандаш и высокие шпильки. К слову сейчас эти шпильки можно было выкинуть. Кожа покарябала, потрескалась и для выхода в мир больше не годилась. Теперь им место не в моем шкафу, а на мусорке.
Конечно же, я пыталась этого избежать, несколько раз пыталась уйти, уговаривая девочку, что переоденусь и быстро вернусь, но… Настя поднимала такой крик, что ни каких шансов у меня не было. Слуги и охранники выглядывали в окно, хмурит брови и снова прятались. Видать привыкли к таким сценам, но все равно бдели. Мало ли няня бьет ребенка.
А когда пришло время идти на ужин… Это был кошмар. Я уговаривала девочку полчаса, пока кухарка, не выглянув в окно, не начала ругаться. Громко обругав няню семейку, она сказала немедленно садиться за стол. Мы шли с такими криками, что наверно слышал все соседи, но кухарка громко позвала нас в окно и сказала немедленно приходить. На стол уже накрыто. И в этот момент к дому подъехал папа девочки.
Выскочив из машины, он кинулся к нам и взволнованно оглядел. Сцена маслом. Мелкая девчушка, упираясь в землю ногами, истошно визжит, а злая, наверняка чумазая женщина в перепачканной юбке и рубашке, тянет ее за руку в сторону дома.
– Что здесь происходит? – строго спрашивает он, переводя взгляд с меня на девочку. Отпустив ее руку, одергиваю юбку и поправляю спутанные волосы. Они торчат во все стороны и наверняка похожи на воронье гнездо.
– Ужинать идем, не видно разве. Но раз уж вы дома, сами тащите ее. А я все. Сдаюсь. У меня больше нет сил. – говорю я и, развернувшись, удаляюсь.
За спиной тихо. Но даже если бы было громко… Наверно, я бы не сдержалась. Накричала, обвинила в неправильном воспитании ребенка. И совершенно все равно, что еще сегодня днем, я боялась своего босса до безумия. Теперь я боюсь его дочку, а он не такой уж и страшный.
– Юлиана!
Нет, нет. Все, я ушла, бормочу на ходу и скрываюсь в доме. Снимаю туфли и бросаю их на пороге. Пусть посмотрит, что с ними сотворил его ребенок! А я в душ.
Спустя полчаса, я спускаюсь вниз. Без особого желания, но гудящий от голода желудок вынудил. В гостиной на диване сидит Александр. В стороне от него на полу сидит Настя и что-то рисует маркерами. Мужчина поднимает на меня задумчивый взгляд, и откладывает телефон в сторону.
– Пойдемте поговорим, Юлианна. – говорит он строго и достает с пола туфли.
Киваю, склонив голову и подозревая, что сейчас меня будут увольнять. И останусь я снова без работы. И без денег.
– Юлианна, что у вас произошло? Настя сказала, что ты ее обижала, но, мне кажется, ты бы так не поступила. Хотя когда я вас увидел… М-да. Многое можно было подумать. – вздыхает мужчина, пристально глядя на меня.
– Я ее обижала? Это она меня обижала! Маленький тиран! Вся в отца! – вспыхиваю я, забывая, что ругаться не собиралась.
– А-а-а. Так я по-твоему тиран… А ты ничего не путаешь?
– Я? Вообще нет! Это вы виноваты, что ваш ребенок неуправляемый! Когда вы самостоятельно последний раз занимались ей? Ребенок, по сути, сирота при живых родителях!
– У меня работа! Я хочу, чтобы у нее было все, что она захочет!
– Вы у нее все забрали! И самого главного у нее не было! Родителей! любящих родителей, которые бы стали на ночь сказку! А вы знаете, как это быть без родителей? Я знаю! Это ужасно!
– Это не я виноват, что ее мать – дура!
– Вы! Вы сами выбрали такую, которую интересуют только деньги! И не надо говорить, что это не ваша вина! Вы оставались с дочкой, но предпочли сбагрить ее на бабушку. И вы наверняка видели, что она не справляется, но вам было все равно!
– Дура! Ты ничего не понимаешь! – срывается мужчина, гневно сверкая глазами.
– Что?! Вы… Вы… Сами вы дурак! – кричу в запале гнева и тут же сама зависаю. Ой, зря я это сказала. Очень зря.
Мужчина нависает надо мной, его ноздри гневно раздуваются, и взгляд становится немного диким. И зловещим. Он не обещает мне ничего хорошего.
– Как ты меня назвала? Дураком? – шипит он, наклоняясь ближе.
– Э-э-э. Вы первый, а я…я просто повторила. – мямлю, отступая дальше.
– Повторила, значит… А что ты еще за мной можешь повторить? Может быть, вот это? – его рука скользит по моей руке, и сжимает запястье.
– Нет. – шепчу, дернув рукой, и она тут же оказывается на свободе.
– А так? – другая рука ложится на талию и тянет к себе. Я отпрыгиваю в сторону, заглядывая в хищные серо-голубые глаза, и не знаю, что делать.
– Не можешь… Значит, повторить оскорбление ты можешь, а сделать что-то другое боишься.
– Я не хотела вас оскорблять, Александр Юрьевич. Это было ошибкой. – пытаюсь оправдаться.
– М-м-м. Я сказал называть меня Александром. Ты разве забыла?
– Нет… Александр.
– Мне хорошо…
– Я, пожалуй, пойду…
– Никуда ты не пойдешь, пока я тебя не отпущу. –шипит мужчина и неожиданно быстро приближается ко мне. Впечатывает спиной в стену и прижимается широкой грудью. Давит на себя силой и склоняется. Я словно завороженная, смотрю, как его глаза становятся все ближе… Еще ближе…
Теплые губы жадно обхватывают мои. Нежно и одновременно страстно…
Я почему-то стою, не шевелясь. И даже не пытаюсь вырваться или сбежать. Маленькая мышка, попавшая в плен. И не желающая его покидать. Мне нравился этот плен. Расслабившись, ответила на поцелуй, сама обхватила шею мужчины руками и прижалась к нему теснее… Что уж тут говорить. Мне с первой встречи понравился мой босс. Сильный, уверенный в себе мужчина. Вот только я и помыслить не могла, что тоже понравлюсь ему. А я, видимо, понравилась…
Его руки прижимают меня, и тогда я наконец-то прихожу в себя. Распахиваю глаза и отстраняю голову. Меня не удерживают. Александр тяжело дышит и смотрит в мои глаза, как будто читает эмоции в них. Прикусив губу, опускаю взгляд, чувствуя себя крайне неловко.
– Можешь идти. – неожиданно говорит он и отходит, взлохмачивая свои волосы. Тоже волнуется, понимаю я и быстро сбегаю. В гостиной нас уже ожидает Настя. Она, нахмурив бровки, смотрит на меня.
– Где папа? Что вы там делали? Я слышала, как вы ругались. Ты теперь уйдешь?
– Нет, не уйду. – шепчу, отводя взгляд. – Ты поужинала? Я собираюсь на кухню.
Минуту девочка молчит, а потом, улыбнувшись соскакивает с дивана.
– Да, возможно, мне нальют какао! Я люблю пить его на ночь.
– А тебе можно какао?
– Конечно, можно!
– Ну тогда пошли.
– Вы идите, а я сейчас прибегу. Возьму куклу, она тоже любит какао. – смеется девочка и мне кажется, что, возможно, нам удастся поладить.
Улыбнувшись, ухожу на кухню и смотрю на одинокую тарелку, стоящую на столе. Вот и мой ужин. Холодный и остывший. Наверняка на кухне есть микроволновка. Надо просто найти кухарку. И какао как раз попрошу.
– Добрый вечер. – здороваюсь с женщиной, гремящей кастрюлями. – А можно подогреть еды? И какао сделать.
– Почему вовремя не пришла. – бурчит женщина, забирая тарелку. –Первый и последний раз, чтобы такое было. Когда к столу позвали, тогда и нужно приходить.
– Извините. Я с Настей играла и…
– Да видела я все. Настя кого угодно в могилу сведет. Бесноватый ребенок. Все, иди в столовую, я все принесу.
Кивнув, сбегаю и сажусь за стол. Насти все нет, она не торопится, и я скучаю одна, пока на пороге не появляется женщина.
– Ужинай, тарелки оставишь здесь, я сама заберу потом. – говорит она, поставив поднос передо мной. – Приятного аппетита.
– Спасибо. – бормочу и хоть мне и хочется выпить чаю, я не решаюсь обременять ее лишними просьбами. Воды попью.
Когда я уже доедала и решила, что Настя не придет, она пулей залетает в столовую. Запрыгивает на стул и схватив стакан, с удовольствие отпивает сладкий напиток. Пачкает над губой молочной пенкой и счастливо облизывается. А глаза хитрые-хитрые, и меня начинают терзать сомнения.
– А тебе точно можно какао? Папа ругать не будет? – спрашиваю у малышки.
– М-м-м. -тянет она, не отрывая личико от стакана.
– А по-русски?
– Будет, но не меня. – отвечает девочка и хитро улыбается. – Ты не будешь моей няней. Я сделаю так, что ты уйдешь из нашего дома.
Я замираю, удивленно глядя на нее, и уже думаю начать объяснять, что бабушка не может с ней быть, но дверь в столовую снова открывается. Хозяин дома собственно персоны стоит на пороге. Кидает на меня короткий взгляд и отворачивается к дочке. Мне бы, возможно, стало обидно от его пренебрежения, но лицо мужчины бледнеет. Он сломя ног несется к дочке, выхватывает у нее стакан и отшвыривает его в сторону.
– Это что какао?!
– Да, папа. Няня разрешила.
– Дура! – рычит мужчина и я совершенно не обижаюсь. Происходит явно что-то страшное. – Беги в мою спальни. В шкафчике адреналин. Бегом!
Я никогда в жизни так не бегала. Срываюсь с места и прыгаю через несколько ступенек, моля бога, чтобы успеть добежать, найти и сделать этот укол. От страха на спине выступает пот и яркие пятна мелькают перед глазами, но я их почти не вижу.
Заскочив ванну, вываливаю на стол все содержимое аптечки и судорожно ищу необходимое лекарство. На глаза попадается шприц, вставленный в непонятную штуку, на которой крупными буквами нужное название. Хватаю его и мчусь вниз. Чуть не улетаю кубарем с лестницы, но удерживаюсь.
На первый взгляд кажется, что в кухне никого нет, но, оказывается, мужчина сидит на полу. На его руках бледный и тяжело дышащий ребенок. Увидев меня, мужчина забирает приспособление и, приподняв юбку Насте, делает укол в ногу.
Через несколько минут, которые мы проводим в напряженном молчании, она открывает глаза и перестает сипло втягивать воздух. За стенами дома раздаётся гул машины скорой помощи.
– Мы в больницу. Нужно понаблюдать за состоянием Насти. С ней все будет хорошо. – хмуро говорит Александ, поднимаясь на ноги вместе с девочкой. – Ложись спать.
– Мне…
– Тебе жаль. Знаю. Но это мы обсудим потом. – говорит он и уходит.
Я смотрю за ними сквозь окно гостиной. Наблюдаю, как их встречает врач и машина уезжает. И я остаюсь одна.
– Господи, что же ты наделала. – шепчет повариха за спиной. – Ты разве не знаешь, что она аллергик.
– Не знаю. Мне об этом ничего не сказали. – отвечаю еще тише, опускаясь на стул.
– Не знаешь… И куда Александр Юрьевич смотрел. Даже не рассказал тебе ничего. Теперь-то, конечно, расскажет.
– Если не уволит.
– Не уволит. Если бы хотел, сейчас бы уже приказал уезжать. А раз не сказал, понимает, что сам тоже виноват. – вздыхает женщина. – Иди спать. Обошлось, слава богу все.
– Угу. – Соглашаюсь и поднимаюсь вверх, к себе в спальню. Уснуть мне, конечно, не удается. Я всю ночь лежу, глядя то в потолок, то в окно и прислушиваюсь к звукам.
Они возвращаются только под утро. Я слышу тихие шаги. Шелест одежды, и тихо прикрывшуюся дверь в соседнюю спальню. Александ ушел к себе, а значит, с Настей все хорошо. Слезы облегчения выступают на глаза. С ней все в порядке. Все хорошо.
Продолжение следует...
- Часть 4 - будет опубликована 18.05 в 06:00
Автор: «Измена. Ты меня вообще любил?», Рина Харт
***
Содержание:
- Часть 4 - будет опубликована 18.05 в 06:00
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
