Она поседела дважды. Первый раз — когда хоронила дочь. Второй — когда поняла, что муж давно принадлежит другой.
Александр Колчак — человек, которого одни называли спасителем России, другие — военным преступником. Полярный исследователь, выдающийся флотоводец, Верховный правитель страны в годы Гражданской войны. В 2008 году вышел фильм «Адмиралъ», и с тех пор в массовом сознании его имя неразрывно связано с одной женщиной — Анной Тимиревой.
Красивая история любви. Роковая страсть. Поэтическая жертва.
Но была ещё одна женщина. О ней почти не говорят.
Её звали Софья Фёдоровна Омирова. Законная жена. И её история куда более честна — именно потому, что в ней нет никакой романтики.
Они познакомились на балу в начале 1900-х. Она — потомственная дворянка, знавшая семь иностранных языков, самостоятельная и независимая: с молодости давала уроки, сама зарабатывала на жизнь. Он — блестящий морской офицер, только что вернувшийся из полярной экспедиции, где участвовал в поисках пропавшей экспедиции барона Толля.
Влюбились сразу. Но свадьбу пришлось отложить на четыре года: Колчак снова уходил в экспедицию. Из Арктики он слал ей письма, называл «бесконечно дорогой Соней», клялся, что без неё жизнь теряет смысл.
Обвенчались в 1904 году. В тот же день он уехал на русско-японскую войну.
Вот так и началась семейная жизнь Софьи Фёдоровны — с проводов.
Колчак воевал, исследовал, командовал. Она ждала. Рожала детей, хоронила их, снова ждала. Из трёх детей до взрослого возраста дожил только сын Ростислав. Две дочери не выжили — одна из них умерла на руках у матери во время бегства из Либавы в Первую мировую.
Когда немцы начали обстреливать город, Софья бежала с детьми, бросив всё имущество. Маленькая Маргарита простудилась в дороге. Не выжила.
«Я начала седеть после смерти моей первой девочки, а после смерти второй и совсем поседела», — написала она позже.
После этого она поехала к мужу. Искала поддержки. Хотела, чтобы он был рядом хоть немного.
Опоздала.
К тому времени Колчак уже влюбился в Анну Тимиреву — жену своего сослуживца и друга Сергея Тимирева. Это был январь 1915 года, Гельсингфорс. Они встретились в офицерском кругу, и что-то между ними вспыхнуло сразу — то самое, что впоследствии Анна Васильевна опишет так: «Нас несло, как на гребне волны».
Роман не скрывался. О нём знал весь Гельсингфорс.
В том же городе жила Софья Фёдоровна. Она была вынуждена делать вид, что всё в порядке, сохранять видимость дружеских отношений с соперницей, терпеть сочувственные взгляды.
Её сын Ростислав позже вспоминал: «Их роман красив для романистов. Но когда двое людей, обвенчанные с другими в церкви, считающие себя православными, на глазах у всех предаются своим порывам, это выглядело странным».
В 1917 году Колчак уехал в Петроград. Больше они с женой не виделись.
Она писала ему. Пыталась разобраться, что происходит с их семьёй, каково её положение, что будет дальше. Его ответы были холодны до жестокости.
«Мне странно читать в твоих письмах, что ты спрашиваешь о каком-то положении своём как жены Верховного правителя… Прошу не забывать моего положения и не позволять себе писать письма, которые я не могу дочитать до конца, так как уничтожаю всякое письмо после первой фразы, нарушающей приличие».
Это писал человек, который бросил жену с ребёнком, пережившую гибель двух дочерей, и открыто жил с другой женщиной.
Назовём вещи своими именами: это не трагедия любви. Это обыкновенное предательство.
И всё же Софья Фёдоровна не сломалась. Не устроила скандала. Не стала мстить. Она сохранила достоинство там, где большинство людей его бы потеряли.
В 1919 году она с сыном эмигрировала во Францию. Жила скромно. Дождалась, пока Ростислав вырастет, женится, подарит ей внука — тоже Александра.
Она пережила мужа на 36 лет. Ушла в 1956-м, так и не вернувшись на родину.
Теперь об Анне.
Когда после революции Тимирева узнала, где находится Колчак, она бросила мужа и годовалого сына — и поехала к нему. Просто поехала. Без колебаний.
Тимирев пытался её вернуть. Уговаривал, объяснял. Она не вернулась.
Колчак встретил её «с пылкостью влюблённого юноши», обещал быть её рабом. Она следовала за ним повсюду — через фронты, через Сибирь, через весь хаос Гражданской войны.
В январе 1920 года Колчак был арестован — союзники выдали его большевикам в обмен на свободный проезд через Сибирь. Анна Васильевна добровольно сдалась вместе с ним. Поддерживала его, передавала посылки, писала.
В феврале 1920 года по приговору иркутского революционного комитета Колчак был расстрелян. Ему было 45 лет.
Анну освободили. Но ненадолго.
До 1960-х годов она провела несколько сроков в лагерях и ссылках — только за то, что любила не того человека. Вышла замуж за инженера Всеволода Книпера. Пережила расстрел сына Владимира — того самого, которого бросила во время революции. Работала — кем придётся: маляром, библиотекарем, консультантом на съёмках фильма «Война и мир».
Она никогда не жалела.
«Что ж, платить пришлось страшной ценой, но я никогда не жалела о том, за что пришла эта расплата… Я любила этого человека и не могла бросить его в последние дни его жизни. Вот в сущности вся моя вина».
Анна Васильевна Тимирева пережила Колчака на 55 лет. Умерла в 1975 году, в возрасте 82 лет.
Две женщины. Два выбора. Две судьбы.
Одна любила — и ждала. Любила — и теряла. Любила — и осталась одна с поседевшими висками и чужим городом за окном. Другая любила — и прыгнула. Без парашюта. Заплатила лагерями, потерей сына, десятилетиями унижений.
И вот что интересно: обе были правы. Каждая — по-своему.
Софья Фёдоровна выбрала достоинство в ситуации, где его никто бы не осудил за отсутствие. Анна Тимирева выбрала страсть — и не отказалась от этого выбора даже тогда, когда за него пришлось платить годами жизни.
Фильм снят про вторую. Понять первую — сложнее.
Но именно её история задаёт главный вопрос: что делает человека достойным восхищения — способность любить до самозабвения или способность сохранить себя, когда тебя предали?
Ответа нет. Есть только эти две женщины. И один адмирал, которому повезло быть любимым обеими.