Давеча племянница пришла в гости и серьёзно спросила: «А что такое получка? У бабушки в записной книжке написано». И я зависла. Не потому, что не знаю ответа, а потому, что попыталась объяснить и поняла: чтобы дойти до сути, нужно сначала рассказать про аванс, про кассу, про два раза в месяц, про красную ведомость с подписями. А ведь это всего одно слово.
Согласитесь, было бы любопытно собрать целую коробку таких слов. Они вроде русские, вроде понятные, но за каждым стоит целая эпоха, которую без перевода уже не разглядишь. Я отобрала девять штук. Каждое из них ребёнок 2010-х, скорее всего, услышит впервые.
1. Авоська
Начнём с самого мирного. Авоська это сетчатая сумка для покупок, сплетённая из тонких нитей. В сложенном виде помещалась в карман пиджака. В разложенном растягивалась так, что вмещала арбуз, три батона хлеба и пачку маргарина одновременно.
Откуда название? От слова «авось». Как поясняет Краткий этимологический словарь Шанского, авоська образована от «авось» суффиксальным способом и закрепилась в общенародном употреблении в 1930-е годы. Логика говорящая: возьму с собой сетку, а вдруг чего-нибудь «выбросят» (об этом слове чуть позже), авось куплю.
Графиня Александра Толстая ещё в 1920 году писала в дневнике, что люди тащили за собой санки или несли мешки, прозванные «авоськами», по принципу «авось что-нибудь раздобудут». А широкую известность слово получило благодаря монологу Аркадия Райкина в 1935 году: невзрачный мужичок с сеткой в руках объяснял зрителям, что это «авоська».
Сегодня сетки снова в моде у эко-активистов. Но называют их по-английски: string bag.
2. Сифон
Не путать с сантехническим. В советской квартире сифоном называли стеклянный или металлический сосуд литра на полтора, в который вставлялся маленький металлический баллончик с углекислым газом. Нажимаешь на рычажок, и в стакан с шипением льётся газировка собственного производства.
Само слово древнегреческое: σίφων означает «трубка, насос». В этом значении оно жило в науке давно, но в каждую советскую кухню перебралось примерно в 1950-60-х. Баллончик стоил 13 копеек, сдать пустой можно было за 8. Сатураторщица (была и такая профессия) заправляла сифоны на специальных станциях. И это слово, кстати, тоже почти ушло.
Особо отчаянные хозяева газировали в сифонах вино. Получалось, по воспоминаниям современников, опасно: одной бутылкой укладывало большую компанию.
3. Получка
Та самая, из-за которой я и затеяла эту статью.
В СССР зарплату выдавали два раза в месяц. Первая выплата называлась «аванс», то есть деньги вперёд, за будущую работу. Вторая, в конце месяца, называлась «получка»: за уже сделанное. В Малом академическом словаре приводится точная формулировка из повести Дворкина «Одна долгая ночь»: «Аванс это значит деньги вперёд, за будущую работу. Получка за сделанную».
Слово держалось десятилетиями. И вот что любопытно: Трудовой кодекс РФ ни «аванс», ни «получку» не знает, там всё называется заработной платой. А в советской речи это было два разных события календаря. «До получки дотянуть», «в получку куплю», «всю получку отдала»: целый пласт фразеологии.
Когда бабушка пишет в записной книжке «купить ботинки в получку», это значит: к концу месяца, как только дадут вторую часть зарплаты.
4. «Выбросили»
Самое странное для современного уха слово. Если вам сегодня скажут «в магазине выбросили колбасу», вы решите, что её выкинули в мусорный бак. А раньше это означало ровно противоположное: дефицитный товар поступил в свободную продажу, надо срочно бежать.
Сигналом обычно служил телефонный звонок подруге или соседке: «Соня, в гастроном на углу выбросили сервелат, беги!» Дальше работало сарафанное радио: вторая подруга сообщала третьей, та золовке, золовка учительнице сына. К вечеру у крыльца магазина стояла очередь, а самые упорные занимали номера с ночи и писали их шариковой ручкой на ладони.
Парное слово «достать». Не «купить», а именно «достать». «Маше повезло, она достала югославские сапоги» означало, что Маша провела целую спецоперацию, со знакомой продавщицей, задним крыльцом, переплатой и договорённостями. Купить можно было хлеб и спички. А вот импортные сапоги, гречку, зелёный горошек к новогоднему столу: это уже только достать.
5. Пионерская зорька
Если бы вы жили в СССР и ходили в школу, эта передача звучала бы у вас на кухне каждое утро. Ровно в 7:40 проводное радио (тоже отдельная история, но не об этом сегодня) включалось бодрым пионерским горном.
«Пионерская зорька» это детская радиогазета, которая выходила в эфир ежедневно, начиная с 1947 года. Появилась она ещё раньше, в 1934-м, под названием «Утренняя зорька». Передача рассказывала о жизни пионеров: репортажи с пионерских костров, интервью с отличниками, новости со строек. Ребёнок завтракал манной кашей, мама делала бутерброды отцу, по радио сообщали, что юные мичуринцы из Воронежа собрали небывалый урожай помидоров. И это был фон каждого утра нескольких поколений.
Кстати, «зорька» здесь не от слова «заря». По одной из версий, название восходит к армейской «зо́ри», то есть к сигналу горна, означающему пробуждение и наступление дня.
6. Пятилетка
Когда современный ребёнок слышит «пятилетка», он, скорее всего, думает про возраст. А во времена СССР это была главная единица измерения времени для целой страны. Не год, не квартал, а пять лет.
Пятилетка это пятилетний план развития народного хозяйства. Первая началась в 1928 году. К концу пятилетки положено было отчитаться: построили столько-то заводов, выплавили столько-то стали, посеяли столько-то гектаров. Лозунги тоже исчислялись пятилетками: «Пятилетку в четыре года!» То есть давайте перевыполним план и закончим раньше срока.
Слово ушло из официального лексикона в начале 1990-х, когда плановой экономики не стало. Но в речи бабушек до сих пор живёт: «Я в эту пятилетку не успею», «целая пятилетка прошла». Просто как мера времени, без всяких заводов.
7. Лимита
Тут история печальнее и интереснее. Лимита (или лимитчики) это собирательное название приезжих, которые работали в Москве и других крупных городах по особой системе.
В Историческом словаре галлицизмов русского языка лимита определяется так: люди, поселившиеся в большом городе по лимиту, приехавшие на тяжёлую, непрестижную работу и получившие за это жильё и временную прописку.
Как это работало? Москва остро нуждалась в дворниках, разнорабочих, ткачихах, маляршах. Москвичи такую работу не любили. Тогда предприятиям выдавали квоту, тот самый «лимит», на привлечение людей из провинции. Приехавший получал место в общежитии, временную прописку и вкалывал на тяжёлой работе пять-десять лет. После этого можно было встать в очередь на квартиру.
Само слово «лимита» считалось обидным. Героиня фильма «Москва слезам не верит» Антонина типичная лимитчица. И режиссёр Меньшов, и его жена Алентова сами в молодости приехали в столицу из провинции. Так что фильм у них получился про себя.
8. Фарцовщик
Если у вас в позднем СССР водились джинсы Levi's, кроссовки Adidas или жвачка с переводными картинками, почти наверняка вы знали слово «фарцовщик». Или хотя бы догадывались, что это.
Фарцовщик это подпольный торговец, который скупал у иностранных туристов вещи и валюту, а потом перепродавал советским гражданам втридорога. Слово пришло из английского for sale, то есть «для продажи». Так фарцовщики приставали к иностранцам у гостиниц: «Do you have anything for sale?» Постепенно «for sale» сжалось до «фарцы».
Колыбелью массовой фарцовки стал VI Всемирный фестиваль молодёжи и студентов 1957 года в Москве. Иностранцев в город приехало столько, сколько никто и не видел. У фарцовщиков были свои самоназвания: «утюг» (потому что приходилось «утюжить» тротуар возле гостиницы), «бомбила», «маклак», «деловар». Своя терминология, свой кодекс, свои клиенты. Главными покупателями фирмы́, то есть заграничной одежды, были стиляги.
9. Стиляги
И последнее слово, которое логично завершает список. Стиляги это молодёжная субкультура конца 1940-х и начала 1960-х. Узкие брюки-«дудочки», яркие галстуки с пальмами и обезьянами, набриолиненный кок на голове, ботинки на толстой каучуковой подошве.
Слово появилось в 1949 году, после фельетона Дмитрия Беляева в журнале «Крокодил». Корень очевиден: «стиль». Носить «по стилю» означало одеваться вызывающе модно, не по-советски. Само собой, стиляг ругали в газетах, рисовали на них карикатуры, ставили на собраниях и выгоняли из комсомола за «преклонение перед Западом».
Любопытно, что именно стиляги первыми принесли в советский язык всю ту английскую сленговую лексику, которая позже растворилась в обычной речи. «Чувак», «хата», «мани», «шузы», «герла», «фейс»: это всё их наследство. Так что современный сленг с «крашами» и «вайбами» это далёкий правнук стиляжного «бродвея».
Кстати, утром я как раз разбирала, откуда взялись эти самые «краши», «кринжи» и «имбы», и обнаружила, что у некоторых из них корни уходят аж в средневековый английский. Если пропустили, вот тут вся история. А «бродвеем», к слову, стиляги называли участок улицы Горького от Пушкинской до Манежной, то есть место, где они «хиляли», прогуливаясь и демонстрируя наряды.
А вы помните?
Этот список можно продолжать ещё долго. Сюда напрашиваются «несуны», «комок», «сберкасса», «партсобрание», «общага по лимиту», «хрущёвка», «универсам», «талоны», «домком», «двадцатник до получки». У каждого слова свой запах, своя картинка, свой кадр из общего советского фильма.
А какие слова из СССР помните вы? Какие ставили в тупик ваших детей или внуков?