Часть 1. Пустая подложка и грязный фаянс
Полина стояла посреди кухни в своей стометровой квартире на Кутузовском проспекте и смотрела на столешницу из черного искусственного камня.
На идеально чистой поверхности лежала пустая пластиковая подложка. Еще утром там находилось двести граммов фермерской сыровяленой говядины Bresaola стоимостью четыре с половиной тысячи рублей. Полина покупала ее для себя, чтобы вечером выпить бокал дорогого вина после тяжелой рабочей недели на посту финансового директора крупной IT-компании.
Из подложки была выскребена вся нарезка до последнего кусочка. Рядом валялась пустая упаковка от швейцарского сыра Грюйер. Ни крошки не осталось.
В этот момент из гостевого санузла раздался звук спускаемой воды, который резко оборвался. Кнопку отпустили слишком рано.
В коридор, шаркая босыми ногами по выбеленному дубовому паркету, вышел тридцатилетний Артур. На нем были растянутые спортивные штаны. Он смачно жевал, двигая челюстями. Увидев Полину, он даже не смутился.
— О, Поль, ты уже дома? — он нагло ухмыльнулся, вытирая жирные пальцы о свою же футболку. — Слушай, мясо у тебя какое-то резиновое было, если честно. Но под пиво сойдет. Закажи нормальной еды, я голодный как собака.
Полина, пятидесятидвухлетняя женщина с безупречной осанкой и стальным характером, медленно прошла мимо него в ванную комнату.
В нос ударил запах дешевого одеколона. На белоснежном ободке премиального унитаза Villeroy & Boch сияли свежие желтые капли мочи. Внутри плавал кусок туалетной бумаги. Артур никогда не поднимал стульчак и принципиально не пользовался ершиком. А в раковине чернели жесткие обрезки его бороды.
Полина закрыла дверь ванной. В ее груди не было слез. Там кристаллизовался хирургический, расчетливый лед.
Она вернулась на кухню. Артур уже сидел на барном стуле, листая ленту в телефоне.
— Мой сын сегодня вечером приедет, — голос Полины был тихим, стерильным, лишенным малейшей вибрации.
Артур напрягся, перестав жевать.
— Максим? Зачем? — его лицо недовольно скривилось. — Поля, мы же договаривались. Мы живем для себя. Зачем нам эти студенческие сопли в доме? Пусть сидит в своей общаге.
— Максим приедет обсудить мое наследство, — мягко улыбнулась Полина. Улыбкой хищника, который уже расставил флажки. — Я хочу переписать эту квартиру на него.
Часть 2. Хроника альфонса и "великая любовь"
Артур появился в жизни Полины год назад. Ему было тридцать, ей — пятьдесят один.
Он работал фитнес-тренером в клубе премиум-класса, куда Полина ходила после работы. Красивое тело, сладкие речи, иллюзия молодости. Полина, уставшая от одиночества после развода с мужем-ровесником десять лет назад, поддалась чарам.
Она поселила Артура у себя. Квартира на Кутузовском, машина Range Rover, доходы свыше миллиона рублей в месяц — Полина была идеальным "донором".
Артур быстро освоился. Он уволился из клуба, заявив, что "ищет себя в бизнесе". Бизнес заключался в том, что он целыми днями лежал на ее диване за восемьсот тысяч рублей, играл в приставку и жрал фермерские продукты за ее счет.
Его наглость росла. Он обесценивал ее труд: "Подумаешь, циферки в компьютере переставляешь! Я вот тело строю, это дисциплина!". Он гадил в ее ванной, оставляя ободки и волосы, заявляя: "Мы же семья! Я твой мужик, ты должна за мной ухаживать, а не с тряпкой бегать!".
Но главной проблемой Артура был сын Полины — двадцатилетний Максим, студент Бауманки. Артур ненавидел Максима, видя в нем конкурента за кошелек Полины.
Месяц назад Максим, который жил в купленной матерью "однушке", приехал в гости и застал Артура за тем, что тот ковырялся в сейфе Полины.
Разразился скандал. Максим поставил матери ультиматум: "Или этот альфонс, или я. Выбирай".
Артур тогда устроил грандиозный спектакль. Он плакал, говорил о "чистой любви", клялся, что Максим просто завидует их счастью. «Он хочет вытянуть из тебя деньги, Поля! Он эгоист! А я тебя люблю просто так!» — вещал альфонс, сидя на диване.
И Полина, сыграв роль влюбленной идиотки, "выбрала" Артура. Максим, хлопнув дверью, ушел.
С тех пор Артур был уверен, что Полина полностью в его власти. Он считал ее удобной, богатой и стареющей женщиной, которая стерпит всё ради молодого тела рядом.
Он не знал, что скандал с сыном был частью гениальной, многоходовой комбинации финансового директора.
Часть 3. Иллюзия покорности и капкан
— Переписать квартиру?! — Артур поперхнулся воздухом. Его глаза округлились от жадности и страха одновременно. — Поля, ты с ума сошла?! Зачем?! Он же тебя ненавидит! Он сам ушел!
Полина села напротив него. Она изящно сложила руки на столе.
— Артур, ты не понимаешь. Максим — мой единственный наследник. Я чувствую перед ним вину за то, что выбрала тебя. Чтобы загладить эту вину, я решила подарить ему эту квартиру. Прямо сейчас. Дарственной.
— А... а мы где будем жить?! — заикаясь, спросил альфонс, понимая, что его сытая жизнь на Кутузовском проспекте может закончиться завтра утром.
— Мы? О, мы переедем в мою старую двушку в Бирюлево. Там, конечно, нет панорамных окон и итальянского мрамора, но для настоящей любви ведь это не преграда? — Полина смотрела на него абсолютно серьезным взглядом. — Мы же семья, Артур. Ты же любишь меня не за квартиру?
Артур побледнел. В его голове закрутились шестеренки. Жить в Бирюлево со стареющей женщиной без миллионов — это не входило в его планы.
— Поля... ну ты чего? — он попытался включить "ласкового котика", схватив ее за руку. — Ну какое Бирюлево? Тебе там будет плохо! У тебя статус! Давай не будем торопиться! Зачем ему эта огромная хата? Пусть сам зарабатывает! Ты должна думать о нас! О нашем будущем!
— Мое решение окончательное, — холодно отрезала Полина, убрав руку. — Завтра мы идем к нотариусу с Максимом. Если, конечно, ты не предложишь мне альтернативу.
— Какую альтернативу?! — Артур зацепился за эту фразу, как утопающий за соломинку.
— Докажи мне, что ты действительно готов взять на себя ответственность за наше будущее, — Полина чуть прищурилась. — У тебя есть участок земли в Подмосковье. Достался от бабушки. Продай его. Деньги вложи в мой новый инвест-проект. Я увижу, что ты не просто сидишь на моей шее, а готов быть партнером. И тогда я не перепишу квартиру на Максима. Я оставлю всё нам.
Участок Артура стоил около трех миллионов рублей. Это был его единственный актив в жизни.
Алчность и страх потерять квартиру за сорок миллионов боролись в нем ровно три минуты. И алчность победила.
— Хорошо, Поля. Я продам участок, — выдохнул он. — Я докажу тебе, что я твой мужчина!
Часть 4. Сделка и нотариус
Следующий месяц Артур суетился как никогда в жизни. Он нашел покупателя, оформил сделку и получил на руки три миллиона рублей наличными.
Всё это время Полина была идеальной "влюбленной" женщиной. Она хвалила его, продолжала кормить его фермерским мясом и даже не делала замечаний за грязный унитаз. Она терпела.
В день получения денег они встретились в кабинете корпоративного нотариуса Полины в Москва-Сити.
Артур, сияя от собственной "значимости", выложил на стол пачки пятитысячных купюр.
— Вот, Поля! Три мульта! Как договаривались! Вкладываем в твой проект! — он гордо посмотрел на нотариуса, ожидая аплодисментов.
Полина сидела с идеально прямой спиной. Она достала из своей папки два документа.
— Прекрасно, Артур, — ее голос прозвучал так тихо, что нотариус перестал печатать. — Только это не инвестиции. Это оплата твоих долгов.
Артур напрягся. Его сальная улыбка сползла с лица.
— Каких долгов, Поля? О чем ты?
Полина пододвинула к нему первый документ.
— Это договор целевого займа. Между тобой и моим сыном, Максимом. Год назад, когда ты решил открыть свой "бизнес" по перепродаже спортивного питания, Максим, по моей просьбе, перевел тебе со своего счета три миллиона рублей. Ты подписал электронную расписку через банковское приложение.
Артур побледнел. Он действительно брал эти деньги у сына Полины, уверенный, что "богатая мамашка" всё равно спишет этот долг, потому что они "семья". Он благополучно просадил их на ставки и шмотки.
— Это... это были инвестиции! Он сам дал! — заблеял Артур, покрываясь липким потом.
— Это был целевой займ, — отрезала Полина. — И по условиям договора, срок возврата истек месяц назад. Если ты не возвращаешь деньги, процентная ставка увеличивается до 1% в день. Мой юрист уже подготовил иск в суд.
Она положила перед ним второй документ.
— А это — договор купли-продажи твоей доли в нашем "будущем". Точнее, ее отсутствия.
Полина посмотрела на нотариуса.
— Оформите передачу трех миллионов рублей в счет полного погашения долговых обязательств гражданина перед Максимом Александровичем.
Часть 5. Крах альфонса и публичный расстрел
В кабинете повисла мертвая, звенящая тишина.
Артур сидел, вжавшись в кожаное кресло. Его мозг, заточенный только на поиск легких денег, не мог осознать масштаб катастрофы. Он только что добровольно, своими руками, принес три миллиона рублей и отдал их сыну женщины, которую считал своей покорной "кормушкой".
— Поля... ты что наделала? — прохрипел он. Его голос сломался. — Ты... ты меня кинула?! Ты забрала мои последние бабки, чтобы отдать их своему выродку?!
— Выбирай выражения, когда говоришь о моем сыне, — голос Полины ударил по нему, как хлыст. Она встала, возвышаясь над ним. — Мой сын — это моя семья. А ты — паразит. Грязный, вонючий паразит, который жрал мою еду в одно лицо, оставлял желтые лужи на моем унитазе и считал, что молодое тело дает тебе право вытирать об меня ноги.
— Я любил тебя! Я отдал тебе свою молодость! — завыл Артур, переходя в истерику. Он попытался схватить деньги со стола, но нотариус жестко перекрыл ему доступ.
— Твоя молодость не стоит и половины того мяса, которое ты сожрал за этот год, — Полина брезгливо отступила на шаг. — Ты думал, что я дура, ослепленная страстью? Я аудитор, Артур. Я оцениваю риски. Когда Максим поставил мне ультиматум, это был наш с ним спектакль. Мы разыграли ссору, чтобы ты расслабился. Чтобы ты поверил в свою власть надо мной и сам принес мне деньги, которые украл у моего сына.
Артур открыл рот, как выброшенная на берег рыба. Он понял, что его обыграли. Жестоко, цинично, математически точно.
— Куда я пойду?! У меня нет ни копейки! У меня нет участка! Я бомж! — заскулил он, размазывая по лицу слезы и сопли. Вся его наглость альфа-самца испарилась, оставив только жалкую оболочку.
— Иди в спортзал. Качай мышцы. Может, найдешь еще одну дуру, — Полина застегнула пуговицу на пиджаке.
Она достала из сумочки телефон.
— Кстати, я вызвала клининг. Твои вещи — пара застиранных треников и твои дешевые кроссовки — уже лежат в черном мусорном мешке у консьержа. Замки в квартире поменяны. Если ты появишься у моего подъезда, охрана ЖК спустит тебя с лестницы за хулиганство.
— Сука... расчетливая, старая сука... — прошипел Артур, глядя на нее полными ненависти глазами.
— Обязательно. А пока, будь добр, не оставляй грязные следы на паркете нотариуса, — ответила Полина и вышла из кабинета.
Часть 6. Итог: жизнь на дне и идеальный унитаз
Государственная и частная машины работают безупречно, если за них заплачено.
Оказавшись на улице без копейки денег и без активов, Артур не смог снять даже комнату в Москве. Ему пришлось ночевать в хостеле для гастарбайтеров, заняв деньги у бывших коллег по фитнес-клубу.
Лишившись "золотой жилы", он попытался вернуться в фитнес-тренеры, но слухи в тусовке расходятся быстро. Полина, через свои связи, позаботилась о том, чтобы ни один приличный клуб премиум-класса не взял на работу альфонса-мошенника.
Сейчас бывший "покоритель женских сердец" работает администратором в дешевой качалке на окраине Подольска. Его зарплаты в пятьдесят тысяч едва хватает на аренду убитой комнаты в коммуналке и проезд.
В его коммуналке нет унитазов от Villeroy & Boch. Там стоит ржавый фаянс, и если Артур забывает за собой смыть, его суровые соседи-работяги просто выливают ведро грязной воды ему на постель. Он больше не ест фермерское мясо — он питается дешевой лапшой «Доширак» и давится просроченными сосисками. Вся его наглость разбилась о суровую реальность, в которой молодое тело без мозгов ничего не стоит.
Максим получил обратно свои три миллиона, которые Полина инвестировала в его образовательный проект.
А Полина сидит в своей идеально чистой квартире на Кутузовском проспекте. В ее раковине нет чужих волос. На ее унитазе нет желтых капель. В ее холодильнике лежит свежее мясо, которое никто не сожрет без спроса.
Она пьет дорогое французское вино и точно знает: когда наглый паразит пытается разлучить тебя с твоим ребенком и ворует твои деньги, прикрываясь "любовью", не нужно плакать по ночам. Нужно просто подыграть его жадности, заставить его продать всё, что у него есть, а потом вышвырнуть его в черном мусорном пакете в ту реальность, которой он действительно заслуживает.