Представьте себе картину. Яркое солнце. Шумный город. Площадь, на которой толпятся туристы, голуби и люди, которые почему-то решили, что они здесь главные. В центре всего этого великолепия стоит человек. Обычный человек. В шортах, с рюкзаком за спиной и мороженым, которое уже начало таять и капать на его новую футболку. Он счастлив. Он делает селфи. Он не знает, что через три секунды его настроение будет испорчено окончательно. Потому что кто-то рядом достал телефон и навёл объектив в его сторону, но фотографировал этот кто-то на самом деле общую панораму.
Щёлк. Фото готово. Человек с мороженым замирает. Глаза его округляются. Мороженое падает на асфальт. Он подлетает к фотографу с криком: «Вы не имеете права меня снимать без моего согласия! У меня есть права! Я подам в суд! Я вызову полицию!».
Фотограф опускает телефон, чувствуя себя последним негодяем. А человек с мороженым победно удаляется, наступая на собственную лужицу от растаявшего пломбира. Теперь вопрос, который мучает всех: кто прав? Кто виноват? И что делать в подобных ситуациях?
Сразу к делу. В общественном месте у человека нет права на приватность. Вообще. Совсем. Ноль. Это не шутка. Это закон. Как только человек выходит на улицу — на площадь, в парк, на набережную, на тротуар, во двор, в подъезд, на лестничную клетку, на остановку, в метро, в автобус, в трамвай, в троллейбус, в поезд, в самолёт, в пароход — он добровольно соглашается быть видимым. Он соглашается, что его образ может попасть в чужой объектив. Он соглашается молча, даже не подозревая об этом. Как человек, который поставил галочку «согласен с условиями оферты», просто спустившись по лестнице.
Почему так работает? Потому что закон превыше желания спрятаться. Потому что в общественных местах главный приоритет — свобода информации. Журналисты снимают протесты. Туристы запечатлевают достопримечательности. Блогеры делают обзоры городов. Художники рисуют наброски. Все они могут случайно или намеренно включить в кадр постороннего человека. И этот посторонний человек не может им запретить. Мир вокруг — это большая декорация. А люди в этой декорации — статисты. Иногда с мороженым. Иногда с зонтиком. Иногда с очень глупым выражением лица.
Есть одна тонкая грань, но она скорее про совесть, чем про закон. Если фотограф лезет человеку в лицо с длиннофокусным объективом, снимает его крупным планом и явно не для того, чтобы показать красоту архитектуры, а для того, чтобы потом долго и со вкусом рассматривать его поры на носу, это уже перебор. Снимать из кустов девушку в купальнике — нельзя. Это уже не уличная фотография, это вторжение в личную жизнь. Снять общий план пляжа, где девушка в купальнике просто затесалась в кадр между надувным крокодилом и мужчиной с пивным животом — можно. Разница огромная. Толпа — это публичное пространство. Отдельный человек с его крупным планом, прыщами и желанием остаться незамеченным — это уже приватность.
Теперь про то, что волнует всех больше всего. Про выкладывание фотографий в интернет. Человек попал в кадр на улице. Фотограф выложил этот кадр в сеть. Человек увидел, возмутился, хочет судиться. Что будет? С вероятностью девяносто девять процентов — ничего. Судья посмотрит на фотографию, не найдёт на ней ничего порочащего честь и достоинство, вздохнёт и откажет в иске. А истцу посоветует не стоять посреди площади с глупым лицом, если он такой стеснительный. И не надевать шорты с цветочным принтом для прогулок по центру города. И не кричать на прохожих с полным ртом мороженого.
Уличные фотографы называют такие снимки «стрит-фотография». А людей на них — «случайные прохожие». Им не платят. Их не спрашивают. Они просто есть. Как деревья, как фонари, как урны, как голуби, которые гадят на памятники. Прохожие — часть пейзажа. Иногда красивая часть, иногда нет, но часть.
Есть случаи, когда выкладывать фотографии нельзя. Даже если очень хочется. Даже если лицо у человека очень смешное. Даже если он стоит в фонтане и отряхивается как мокрый цыплёнок. Первый случай — фотограф пририсовал человеку рога в фотошопе или подписал гадость. «Петров, тот самый, который украл у бабки сумку». Это уже не фотография, это клевета. А клевета преследуется законом. Не надо рисовать рога. Даже если очень смешно. Даже если человек их заслужил.
Второй случай — человек в уязвимом положении. Упал в лужу. Лежит без сознания. Его тошнит. Он без штанов. Вокруг скорая помощь, пожарные, полиция. Такие фотографии выкладывать нельзя. Потому что человек не выбирал быть в таком виде публичным. Он хотел лежать незаметно, чтобы никто не видел его позора. А фотограф выставил его на всеобщее обозрение. Это жестоко. И незаконно.
Третий случай — коммерция. Кто-то решил напечатать лицо случайного прохожего на футболках. Или продавать кружки с его физиономией. Или использовать его образ в рекламе прокладок, машин или средств от геморроя. Нельзя. Без согласия человека нельзя. Потому что это его лицо. А лицо — его интеллектуальная собственность. Даже если это лицо сейчас вымазано мороженым. Даже если на лице написано «я дурак, и я это знаю».
Четвёртый случай — дети. Снимать чужих детей на улице закон не запрещает. Но выкладывать их фотографии в интернет — рискованно. Родители могут увидеть, разозлиться, прийти с претензиями, написать заявление в полицию. По закону они, скорее всего, ничего не докажут. Особенно если фотограф не снимал ребёнка крупным планом и не использовал его лицо, например, в рекламе. Но осадочек останется. Так что с детьми лучше не рисковать. Или замазывать лица. Или не выкладывать.
Теперь о том, о чём молчат почти все юристы. О человеческой глупости. Даже если фотограф абсолютно прав по закону, это не значит, что нужно лезть на рожон. Человек в шортах с мороженым может оказаться неадекватным или психически не здоровым или, к примеру выпившим. Или просто человеком с очень тяжёлой рукой и очень плохим настроением. Тогда никакой закон не поможет. Только быстрые ноги. И хорошо брошенный рюкзак в качестве отвлекающего манёвра.
Поэтому есть одно простое правило. Оно сильнее любого закона. Не хочет человек фотографироваться — не надо его фотографировать и провоцировать. Или надо фотографировать, но не выкладывать, если он так настаивает. Или выкладывать, но не показывать ему. Или выкладывать, но с замазанным лицом. Неприятности никому не нужны. А нервные клетки, как известно, не восстанавливаются. Их даже за деньги не купить. А если купить, то очень дорого. Дороже, чем новый объектив.
Ещё один важный момент, о котором часто забывают. Фотографии, сделанные в общественных местах, можно использовать для любых некоммерческих целей. Для блога. Для Вконтакте. Для Дзена. Для выставки. Для журнала. Для газеты. Даже для мема. Главное — не клеветать, не заниматься фотошопом с лицами, не использовать в рекламе. И главное — не снимать людей в уязвимом положении. Всё остальное — можно.
Европейские законы в этом вопросе гораздо строже. Там человека могут засудить за фотографию, сделанную на улице, если он докажет, что фотограф нарушил его приватность. Но это Европа. Там свои порядки.
И последнее, самое важное. Прежде чем выложить чужую фотографию в интернет, стоит задать себе один вопрос. Всего один. Прозвучит он так. А хотел бы сам фотограф, чтобы его фотографию в таком виде увидела его мама, его начальник и его бывшая девушка одновременно? Если ответ «нет», то лучше не выкладывать. Даже если закон на стороне фотографа. Потому что закон — это одно. А совесть — совсем другое. Совесть, кстати, тоже не восстанавливается. Её не купить даже за очень большие деньги.
На улице можно снимать кого угодно. Можно выкладывать эти фотографии в интернет. Без согласия. Без подписей. Просто так. Для красоты. Для истории. Для смеха. Нельзя только лезть в лицо с длинным объективом, снимать людей в уязвимом положении, использовать их образ в рекламе, пририсовывать рога и клеветать. Всё остальное — законно.