Это путешествие в Тазовскую тундру выдалось по-настоящему экстремальным: больше трёхсот километров на машине, потом ещё почти пятьдесят на снегоходе по заснеженной целине, а вокруг — бесконечная белая степь, пронизывающий ветер и мороз, от которого не спрятаться. Несколько дней я прожил в стойбище с кочевой семьёй и снова почувствовал, из чего на самом деле состоит их жизнь — это постоянные движение и труд, борьба с холодом и полная зависимость от погоды, где одна ошибка может стоить слишком дорого. Но, глядя, как спокойно и привычно ненцы управляются с этим суровым бытом, я понял - они просто живут с природой, как с равной — честно, терпеливо и уважительно, поэтому и выдерживают то, что нам кажется немыслимым.
Это путешествие в Тазовскую тундру выдалось по-настоящему экстремальным: больше трёхсот километров на машине, потом ещё почти пятьдесят на снегоходе по заснеженной целине, а вокруг — бесконечная белая степь, пронизывающий ветер и мороз, от которого не спрятаться.
Несколько дней я прожил в стойбище с кочевой семьёй и снова почувствовал, из чего на самом деле состоит их жизнь — это постоянные движение и труд, борьба с холодом и полная зависимость от погоды, где одна ошибка может стоить слишком дорого.
Но, глядя, как спокойно и привычно ненцы управляются с этим суровым бытом, я понял - они просто живут с природой, как с равной — честно, терпеливо и уважительно, поэтому и выдерживают то, что нам кажется немыслимым.