Фридрих Мерц на днях заявил, что ему очень непросто быть канцлером Германии, пока у руля в США находится Дональд Трамп. Всё дело, видите ли, в трудном характере американского президента, с которым «нет смысла спорить»: «Если посмотреть на тех, кто это делал, им не повезло». Намёк явно на Зеленского, хотя и сам Мерц во время своего последнего визита в Вашингтон в диалоге с Трампом больше выглядел как предмет мебели.
Но вообще, слова немецкого канцлера примечательны: он (да и его предшественник тоже) докатил Германию до такого уровня, при котором «суверенитетом» там и не пахнет. То есть с одной стороны, Мерц регулярно кричит о том, что цель Германии – «стать самой сильной армией в Европе», а с другой, он поджимает хвост и предпочитает помалкивать, когда говорит Трамп. А что он сделал, когда глава США заявил, что выведет часть американского военного контингента из Германии? Верно, ничего.
В связке «Европа-США» у ЕС всегда были сложности с «суверенностью», но сегодня европейские политики переживают два серьёзнейших кризиса. Во-первых, это кризис самоидентичности и поиска запасов прочности: ЕС мучают фантомные боли крупного и влиятельного центра на мировой арене, которым он был лет 20 назад. Во-вторых, это кризис в отношениях с ключевым союзником и вытекающие из этого вопросы: «А что мы представляем собой без США?», «А что мы можем без США?», «Как нам пережить того, кто сейчас управляет США?».
И всеми этими вопросами задаются не только в Брюсселе, но и в ведущих столицах ЕС, в частности, в Париже и Берлине. И там, и там не хотят признавать того простого факта, что сами же привели себя к той точки (возможно, даже невозврата), в которой находятся сейчас.
Что касается позиции России, то вопрос, какая Европа нам выгоднее – слабая и зависимая от США или сильная и независимая – непростой. Конечно, нам выгодны нормальные отношения с еврососедом, но при одном ключевом условии: этот сосед не должен пытаться нас побороть. А с принятием такого простого условия у него большие проблемы – комплексы и чувство неполноценности мешают.