Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сергей Громов (Овод)

Потерять всё. Часть 5. Окончание.

Предыдущая часть: Потерять всё. Часть 4. Варя пришла. Купила серьги с аметистами, Маша любила фиолетовый цвет. На празднике были Андрей, Кира и их маленький сын Серёжа. Варя просидела два часа, выпила чай, посмотрела, как Маша открывает подарки, и уехала. В машине плакала. Потом перестала. Дима тоже звонил, но говорил коротко: - Как дела, мам? - Нормально. А у тебя? - Нормально. Разговоры на три минуты. Ни о чём. Но он звонил. Это было важно. Андрей и Кира поженились через полгода после суда. Свадьба была скромной. Варя узнала о свадьбе от Жени. Кира быстро забеременела, родила мальчика. Назвали Серёжей. Андрей ходил счастливый. Варя не ревновала. Правда. К Андрею у неё давно ничего не было. Даже обиды прошли. Осталась только странная, почти философская благодарность: если бы не тот разрыв, она бы никогда не научилась жить одна. А она научилась. Ходить в ресторан одной. Смотреть кино одной. Встречать Новый год одной. И не чувствовать себя несчастной. Маша выросла красивой, вся в отца -

Предыдущая часть: Потерять всё. Часть 4.

Варя пришла. Купила серьги с аметистами, Маша любила фиолетовый цвет. На празднике были Андрей, Кира и их маленький сын Серёжа. Варя просидела два часа, выпила чай, посмотрела, как Маша открывает подарки, и уехала. В машине плакала. Потом перестала. Дима тоже звонил, но говорил коротко:

- Как дела, мам?

- Нормально. А у тебя?

- Нормально.

Разговоры на три минуты. Ни о чём. Но он звонил. Это было важно. Андрей и Кира поженились через полгода после суда. Свадьба была скромной. Варя узнала о свадьбе от Жени. Кира быстро забеременела, родила мальчика. Назвали Серёжей. Андрей ходил счастливый.

Варя не ревновала. Правда. К Андрею у неё давно ничего не было. Даже обиды прошли. Осталась только странная, почти философская благодарность: если бы не тот разрыв, она бы никогда не научилась жить одна. А она научилась. Ходить в ресторан одной. Смотреть кино одной. Встречать Новый год одной. И не чувствовать себя несчастной.

Маша выросла красивой, вся в отца - светлые волосы, острый подбородок. Но глаза - Варины. Когда Варя видела их на редких встречах, каждый раз вздрагивала: как будто в прошлое заглянула.

Училась Маша хорошо. Поступила в университет на факультет международных отношений. Варя узнала об этом из поста в Instagram. Маша её не заблокировала, но и не отмечала. Иногда Варя ставила лайки под Машиными фото. Маша иногда отвечала смайликом. Это было всё.

В конце апреля позвонил неизвестный номер. Варя не хотела брать думала, реклама. Но взяла. Голос Маши сказал:

- Мам, привет. Это Маша.

- Маша, здравствуй.

- Мам, у меня новость. Я выхожу замуж!

- Поздравляю.

- Спасибо! Свадьба в августе. Я хочу, чтобы ты пришла.

- Ты уверена?

- Да. Я хочу, чтобы моя мама была на моей свадьбе.

Варя молчала. В горле встал ком. Послышался вопрос:

- Мам, ты здесь?

- Да. Я приду. Конечно, приду.

Они поговорили ещё минут десять. Маша рассказала про жениха. Он её ровесник, тоже с её курса международных отношений, сказала:

- Он очень хороший, мам, ты его полюбишь.

Потом добавила:

- Мам, я знаю, что между вами с папой было. Но это ваше. А у меня мама одна. И я хочу, чтобы ты была рядом.

Варя положила трубку и разревелась. Впервые за долгое время не от боли - от чего-то похожего на надежду.

-2

Она не стала спрашивать про Диму. Потом Дима позвонил сам:

- Мам, сестра сказала, ты придёшь на свадьбу?

- Приду.

- Ну и хорошо. Давно тебя не видел.

Дима учился на третьем курсе. Инженерный факультет. Стал высоким, широкоплечим, голос низкий, басит. Когда он приезжал к ней пару раз в год, на час, не больше, она смотрела на него и не верила, что этот большой парень когда-то помещался у неё на руках. Он никогда не ночевал у неё. Никогда не оставался на ужин. Приезжал, сидел на кухне, пил чай, отвечал «нормально» на все вопросы и уезжал.

Но приезжал. И это было главным.

За месяц до свадьбы Варя купила платье. Тёмно-синее, длинное, с закрытыми плечами. Скромное, но элегантное. Примерила дома, повертелась перед зеркалом. Сказала себе:

- Нормально. Ты справишься.

Она давно не была в компании Андрея и Киры. Последний раз - на том самом дне рождения, девять лет назад. Сейчас ей предстояло просидеть несколько часов за одним столом с женщиной, которая когда-то выложила её голую в интернет. С мужчиной, который отсудил у неё детей. И она решила: никакой злости. Только достоинство. Тем более, что виновата во всём была сама.

Свадьба проходила в загородном ресторане. Август, тёплый вечер, гирлянды на деревьях. Варя приехала за час до церемонии, чтобы не привлекать внимания. Села в дальний угол.

Первой пришла Кира. С ней Серёжа - мальчик восемь лет, копия Андрея. Кира похудела, стала строже, но улыбка всё та же широкая, чуть хищная. Увидела Варю, кивнула. Без злости. Без тепла. Как старой знакомой, с которой давно ничего не связывает.

Потом пришёл Андрей. Он поседел на висках, но держался молодцом. Дорогой костюм, часы, загар. Увидел Варю - остановился на секунду. Подошёл и сказал:

- Здравствуй, Варя.

- Здравствуй, Андрей.

- Давно не виделись.

- Давно.

Помолчали.

- Ты хорошо выглядишь.

- Спасибо. Ты тоже.

Он вернулся к Кире. Варя выдохнула. Первый барьер взят. Маша была прекрасна. Белое платье, цветы в волосах. Варя смотрела на неё из зала и не верила, что эта взрослая, красивая женщина - её маленькая девочка, которая когда-то боялась темноты и просила почитать на ночь.

Жених Георгий оказался симпатичным парнем с открытой улыбкой. Он подошёл к Варе сам, представился и спросил:

- Вы Машина мама? Она так много о вас рассказывала. Я рад познакомиться.

Варя чуть не заплакала. Значит, Маша всё-таки говорила о ней. Где-то там, в своей взрослой жизни, упоминала мать. Ответила:

- Я тоже рада, Георгий. Береги её.

- Обязательно.

Тост говорили все. Андрей - про «нашу доченьку». Кира - про «счастье и терпение». Дима поднял бокал и сказал коротко: «За сестру. Она у меня лучшая». Варя сидела молча. Потом Маша взяла микрофон сама.

- Я хочу сказать спасибо всем, кто меня вырастил. Папе, Кире… и маме. Моей родной маме. Спасибо, что ты пришла. Это для меня очень важно.

В зале повисла пауза. Кто-то зааплодировал. Варя поднялась, поклонилась. Ни слова. Ни слез. Только взгляд.

Когда гости высыпали на улицу с бокалами, к Варе подошёл Дима.

- Мам, давай пройдёмся.

Они отошли от ресторана к берёзовой роще. Дима засунул руки в карманы, спросил:

- Ты как?

- Нормально, сынок. А ты?

- Учусь. Всё нормально.

Помолчали.

- Мам, я знаю, что мы редко видимся. И знаю, что тебе было больно. Я тогда много чего не понимал. Бабушка много говорила. Папа тоже. А потом вырос и понял, что жизнь сложнее, чем «мама плохая, папа хороший».

Варя остановилась.

- Дима…

- Дай договорить. Я не говорю, что ты была права. Ты сделала больно. Но и мы сделали больно. Я это просто хочу сказать. Не простить. А сказать.

Эпилог.

Он обнял её. Впервые за девять лет. Варя уткнулась носом в его плечо, он был выше неё на голову и не плакала. Просто стояла, чувствуя тепло. Сказала:

- Я люблю тебя, сынок.

- И я тебя, мам.

Кира подошла к ней уже под вечер, когда гости начали разъезжаться.

- Варя, можно тебя на минуту?

Они отошли к фонтану.

- Я хотела извиниться. Не за всё. За многое не могу. Но за видео - извини. Это было подло.

- Почему ты сейчас это говоришь?

- Потому что у меня сын растёт. И, я думаю, если бы кто-то так с ним поступил, я бы этого не пережила.

Варя посмотрела на неё долго. В глазах Киры не было фальши. Была усталость.

- Проехали, Кира. Столько лет прошло.

- Ты сильная, Варя. Я тогда сразу поняла. Ты не сломалась.

- Не сломалась. Но это не твоя заслуга.

Кира кивнула, повернулась и ушла. Варя смотрела ей вслед и думала: странные мы люди. Умеем ненавидеть. Умеем прощать. Умеем жить рядом с теми, кого когда-то считали врагами.

Вернулась домой поздно. Сняла платье, повесила в шкаф. Заварила чай. Села в кухне - той самой, маленькой, но своей.

В телефоне пришло сообщение от Маши:

- Спасибо, что пришла, мам. Это много для меня значит. Ты была очень красивой. Целую.

Варя ответила:

- Спасибо за приглашение, дочка. Будьте счастливы.

Она допила чай, выключила свет и легла спать. Уснула быстро - как всегда. И не плакала. Она давно перестала плакать по ночам. Утром позвонила Женя. Спросила:

- Ну как?

- Нормально.

- Дети?

- Дети - молодцы. Маша вышла замуж. Дима учится. Они не вернулись, Жень. Не ко мне. У них своя жизнь.

- Ты не жалеешь?

- О чём?

- Что не боролась тогда до конца. За детей.

- Нет. Не жалею. Если бы я боролась, они бы меня возненавидели окончательно. А так - они меня хотя бы не ненавидят. Они меня просто не выбрали. Это другое.

Женя помолчала, потом сказала:

- Ты удивительная, Варь.

- Нет. Я обычная. Просто научилась не умирать от того, что не выбрали меня.

Варя вышла на балкон. Утро, солнце, берёзы. Внизу дети играли в песочнице - чужие дети, не её. Она смотрела на них и вдруг поняла, что больше не хочет вернуть прошлое.

Не потому, что прошлое плохое. А потому, что настоящее - её. Маленькая квартира, работа, бокс по вечерам, редкие звонки сына, открытки на холодильнике - Машина галочка, Димина галочка. И одна новая, которую Маша прислала вчера, с подписью:

- Маме от невесты.

Она не стала матерью, которую дети выбирают каждый день. Она стала матерью, которую вспоминают по праздникам. Но это лучше, чем ничего. Гораздо лучше.

Через неделю Дима приехал без звонка. Просто позвонил в дверь. Варя открыла - стоит на пороге, в руках пирожные.

- Мам, можно я у тебя переночую? В общаге ремонт, а у меня завтра экзамен. У тебя тихо.

- Конечно, сынок. Проходи.

Он прошёл в кухню, сел на табуретку - ту самую, где сидел мальчишкой. Варя налила чай. Он сказал:

- Мам, я хочу тебе сказать. Я, может, не часто говорю, но… ты у меня хорошая. Просто мы тогда… в общем, дураки были.

- Вы были детьми, Дима. А дети не виноваты в том, что взрослые накосячили.

- А ты накосячила?

- Да. Сильно. Но я тебя всё равно люблю. И Машу люблю. И Серёжу, брата твоего, хоть он мне не родной.

Дима помолчал, откусил пирожное.

- Я, наверное, буду приезжать чаще, мам. Если ты не против.

- Я не против, сынок. Я буду ждать.

Он остался ночевать. Спал на раскладушке, потому что в однушке была только одна кровать. Под утро Варя слышала, как он ворочается. И думала: «Девять лет. Девять лет я ждала, чтобы просто быть нужной. Не главной. Не любимой. Просто нужной. И дождалась. Не до конца. Но хотя бы так».

Утром он ушёл на экзамен. Поцеловал её в щёку - первый раз с детства.

- Пока, мам.

- Пока, сынок.

Варя закрыла дверь, подошла к окну, посмотрела, как он идёт по улице - большой, взрослый, почти чужой и одновременно самый родной человек на свете.

Она достала телефон, открыла старую переписку с Женей, где та спрашивала:

- Ты как?

И она ответила тогда:

- Жива. Проиграла. Но жива.

Варя набрала новое сообщение:

- Жива. Не проиграла. Просто не выиграла. Но это не одно и то же.

Она поставила телефон на зарядку, убрала чашки, вытерла стол. За окном шёл обычный день.

Предыдущая часть: Потерять всё. Часть 4.

Это окончание.

Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спас

Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.

Другие работы автора: