Алиса привыкла мерить людей толщиной их кошелька. Когда ей наскучило играть в любовь с простым аналитиком Ильей, она безжалостно вышвырнула его из своей жизни. «Проваливай, жалкий неудачник! Для таких, как ты, вход в моё общество закрыт», — бросила она, садясь в машину к новому статусному ухажеру.
— Проваливай, жалкий неудачник! — с ледяным презрением выплюнула Алиса, глядя на Илью. Буквально на днях они праздновали полугодовой юбилей своих отношений, а теперь её голос сочился ядом. — Ты вообще в зеркало себя видел? Где ты, а где я? Мой отец держит в кулаке половину бизнеса в этом регионе, для таких, как ты, вход в мое общество закрыт навсегда. Я просто играла с тобой, понимаешь? Решила устроить сафари по трущобам, посмотреть, как выживает офисный планктон. Фокус удался, но ты мне наскучил. Перспектив у тебя ноль, кошелек вечно пуст, и это не изменится. Так что не смей открывать рот и диктовать, с кем мне развлекаться!
Поводом для этой безобразной сцены стала случайность: Илья застал свою возлюбленную в ресторане, когда та страстно ворковала с солидным мужчиной средних лет. Спутник Алисы, обладатель лощеной физиономии и манер потомственного аристократа, по-хозяйски поглаживал её по бедру. Сама девушка млела от его прикосновений — хотя Илье она никогда не позволяла подобной дерзости, требуя к себе трепетного отношения. Увидев эту картину через панорамное окно заведения, Илья набрал её номер и потребовал выйти на пару слов. Алиса не стала отпираться, не попыталась оправдаться — она лишь рассмеялась ему в лицо. В этот миг юноша осознал, что точка невозврата пройдена.
Его лучший друг Вадим, знавший Илью со школьной скамьи, еще в первый день их романа пытался снять с него розовые очки:
— Брат, ты куда лезешь? Это же хищница из высшего общества. Для неё люди делятся на спонсоров и обслугу. Поиграет месяц и выбросит тебя на обочину, как сломанную куклу.
Вадим немного просчитался со сроками: Алиса терпела Илью целых шесть месяцев, что для её избалованной натуры было феноменальным показателем. Обычно её кавалеры отправлялись в отставку неделе на восьмой. Но Илья тогда был слеп и глух:
— Ты просто завидуешь, Вадик. Она невероятная, глубокая… — Илья задыхался от нахлынувших чувств, тщетно пытаясь найти нужные эпитеты.
Ему хотелось слагать в её честь сонеты. Когда он впервые увидел Алису на летней веранде кофейни, мир вокруг замер. Она казалась ожившей статуэткой: пепельный блонд, пронзительные изумрудные глаза, обрамленные густой тенью ресниц, и точеный профиль. Каждая деталь её образа, от брендовой сумочки до небрежно накинутого тренча, кричала о роскоши.
На самом деле, незадолго до встречи с Ильей Алиса со скандалом ушла от очередного мажора и решила устроить себе эмоциональную разгрузку — найти парня из «простых». Илья оказался идеальной кандидатурой: интеллигентный, заботливый, умеющий искренне смешить. Поначалу этот контраст её забавлял, но вскоре экзотика приелась:
— Ты вечно торчишь в своем офисе! Горбатишься за копейки и готов променять меня на какие-то отчеты! — всё чаще капризничала она.
Илья трудился младшим аналитиком в IT-компании, и постоянные отгулы ради капризов Алисы уже стоили ему двух строгих выговоров. Руководство прозрачно намекнуло: третий проступок станет последним.
Помимо собственных нужд, на плечах Ильи лежала забота о младшей сестренке Соне. Девочка училась на факультете международных отношений и бралась за любые переводы, лишь бы хоть немного облегчить ношу брата. Они выросли в интернате: мама сгорела от болезни много лет назад, а отец мгновенно утешился в новой семье, вычеркнув первенцев из жизни.
Зато именно сегодня этот самый отец, Виктор, материализовался на проходной бизнес-центра, где работал Илья.
— Илюх, ты уже мужик видный, на ногах стоишь, а у меня там малышня подрастает. Нам туго сейчас, надо бы помочь. Ты же один живешь, без семьи, мог бы и отстегивать бате процент с зарплаты.
Виктор вел себя развязно, искренне веря, что сыновний долг и детские страхи заставят Илью покорно достать портмоне. Он жестоко ошибался. Отец не подозревал, что щуплый мальчишка давно превратился в кандидата в мастера спорта по дзюдо. В детдоме Илье пришлось быстро усвоить законы выживания. После череды жестоких драк местный физрук однажды отвел его в сторону:
— Хочешь вечно быть грушей для битья — плачь по углам. Хочешь, чтобы тебя уважали — приходи вечером на татами.
Илья выбрал татами. Понадобились годы стертых в кровь костяшек и изнурительных бросков, чтобы бывшие обидчики начали обходить его стороной.
— Значит, ты вычеркнул нас из жизни, а теперь явился требовать алименты на своих новых детей? — голос Ильи звучал ровно, как натянутая струна. Страха перед этим человеком у него давно не было.
— Ты как с отцом разговариваешь, щенок?! — Виктор угрожающе шагнул вперед, сжимая кулаки. — Я тебе сейчас быстро мозги на место вправлю!
— Попробуй. Только потом не жалуйся травматологу, — Илья даже не сдвинулся с места, глядя на отца тяжелым, свинцовым взглядом.
Виктор осекся. В глазах сына он прочел такую непоколебимую уверенность, что весь его пыл мгновенно испарился. Дешевые манипуляции здесь не работали.
— Илюх, ну пойми… Я зашиваюсь. Жена пилит сутками. Я себе куртку новую три года купить не могу, хожу как оборванец! А ты в таком здании сидишь, явно не бедствуешь…
— А ты не забыл, что у тебя еще и дочь есть? Соня сейчас на четвертом курсе, ей диплом писать. Я оплачиваю её жизнь и учебу, во многом отказывая себе. Твой новый выводок я спонсировать не собираюсь. Разговор окончен.
— Ну-ну… Гордый стал. Посмотрим, как жизнь тебя обломает, — злобно процедил Виктор и, сутулясь, побрел к выходу.
Осадок от этой встречи был тошнотворным. От мрачных мыслей Илью отвлек вибрирующий телефон. Звонила Алиса:
— Илюша, котик, когда мы увидимся? Я так безумно по тебе соскучилась…
Её голосок звучал до приторности нежно. Илья не догадывался, что в этот момент телефон лежал на столе дорогого ресторана со включенной громкой связью, а её новый спонсор давился от беззвучного смеха.
— Родная, прости, сегодня никак. У меня завал, — виновато ответил Илья. Ему действительно нужно было свести гигантский массив данных для завтрашнего совета директоров по кибербезопасности.
— Как всегда! Твои бумажки тебе дороже меня! — театрально обиделась девушка и сбросила вызов.
Илья, чувствуя себя виноватым, совершил невозможное: закрыл все задачи на три часа раньше срока и помчался к ней, чтобы в итоге стать свидетелем её измены…
Вечером в квартире пахло жареной картошкой и уютом. Соня, заметив потемневшее лицо брата, не стала лезть с расспросами с порога. Накормив его ужином, она радостно поделилась своими новостями: ей одобрили участие в международной программе стажировок, и всё лето она проведет в Европе.
— Буду практиковать язык и набираться опыта, — щебетала сестра, внимательно наблюдая за реакцией Ильи. — А ты чего чернее тучи? Случилось что?
Илья тяжело выдохнул, понимая, что от проницательной Сони ничего не скрыть:
— С Алисой всё кончено. Оказалось, я для неё просто нищий неудачник, временная забава.
Он резко поднялся из-за стола и подошел к окну, вглядываясь в огни ночного города.
— Сонь, неужели мы так и будем вечно барахтаться на дне? Рвешь жилы, стараешься, а в итоге тебе смеются в лицо и указывают на твое место…
— Да пусть эта фифа скажет спасибо, что меня там не было, я бы ей волосы повыдергивала! — вспыхнула Соня. — Илюш, Вадим же предупреждал! Она типичная содержанка, которая в жизни тяжелее бокала с мартини ничего не поднимала.
— Кстати, о родственничках, — Илья горько усмехнулся. — Сегодня наш биологический отец заходил. Требовал финансовой помощи на содержание его новой семьи. Представляешь масштаб наглости? Бросил нас, а теперь пришел за данью.
— Да ладно?! — Соня в шоке округлила глаза. Отца она почти не помнила, но сейчас испытала к нему жгучее отвращение. — Как он вообще нас нашел?
— У него связи остались со времен работы в органах, выудить адрес — дело техники.
Они просидели на кухне глубоко за полночь. Наконец, Соня отправилась спать, наказав брату не засиживаться, чтобы не проспать работу. Илья лег, но сон не шел. Глядя в потолок, он дал себе жесткую, железобетонную клятву: больше никто и никогда не посмеет смотреть на него сверху вниз. Ни на него, ни на Соню.
На следующий день Илья начал с маниакальным упорством изучать архитектуру децентрализованных сетей. Увидев колоссальный потенциал в шифровании данных, он собрал команду энтузиастов со всего мира. Через четыре месяца Илья запустил свой стартап — облачную платформу с беспрецедентным уровнем защиты информации. Первичный капитал собирали через краудфандинг, и проект выстрелил с оглушительным успехом. Илья уволился и ушел в свободное плавание. Соня тем временем колесила по Австрии, Германии и Италии, присылая брату восторженные видеосообщения.
— Горжусь тобой, сестренка! — улыбался Илья в экран смартфона.
— А у тебя как фронт работ? — интересовалась она.
— Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить, но мы взлетаем, Сонь. И взлетаем высоко.
Прошло четыре года.
— Илья Викторович, к вам пришли, — голос Ксении, его личного помощника, по селектору звучал слегка растерянно. Студентка-отличница, она пришла в компанию набираться опыта, когда их офис еще ютился в полуподвальном помещении. Теперь же штаб-квартира занимала последний этаж элитного небоскреба в самом сердце мегаполиса. Илья любил приезжать на работу до пробок, чтобы в тишине насладиться чашкой кофе с видом на просыпающийся город.
— Ксюша, ты уверена? У меня в расписании окно перед брифингом с инвесторами, — нахмурился Илья.
— Илья Викторович, дама очень агрессивно настроена. Грозится устроить скандал на весь этаж…
Илья бросил взгляд на монитор системы безопасности и замер. По коридору, чеканя шаг на шпильках и неся себя как королева, шествовала Алиса. Чуть позади семенил тот самый ухоженный мужчина, к которому она ушла четыре года назад.
Стекла в кабинете генерального директора были с односторонней видимостью. Илья действовал молниеносно. Он вытащил из смежной переговорной своего заместителя Дениса, который искал там какие-то старые чертежи.
— Ден, выручай. Дело жизни и смерти. Сядь в мое кресло и подыграй, — Илья буквально вытолкнул опешившего друга в кабинет, а сам скрылся в серверной.
Ксения, увидев рокировку, мгновенно взяла себя в руки и с профессиональной улыбкой обратилась к вошедшим:
— Желаете кофе, чай или прохладительные напитки?
Алиса смерила девушку ледяным взглядом:
— Сделай одолжение, растворись в воздухе.
— Как вам будет угодно, — Ксения не моргнула и глазом, бесшумно закрыв за собой дверь.
Илья, наблюдая за происходящим через скрытую камеру, лишь покачал головой. Спеси в Алисе только прибавилось. Она по-прежнему была эффектна, но в уголках губ залегли жесткие складки, а во взгляде появилось что-то хищное и отталкивающее.
Денис, надев маску холодного профессионала, обратился к незваным гостям:
— Доброе утро. Не припомню, чтобы мы назначали встречу. Вы по срочному вопросу? Меня зовут Илья Викторович Белецкий. С кем имею честь?
С лица Алисы мгновенно слетела маска триумфатора. Она уставилась на Дениса как на привидение.
— Я прекрасно знаю Илью Белецкого, и это точно не вы. Кончайте этот цирк! Где он?
— Вы исключаете вероятность существования полных тезок? — невозмутимо парировал Денис. — Я не в курсе, с кем вы там водили знакомство, но Белецкий — это я. Представьтесь, пожалуйста, и объясните, по какому праву вы срываете мне рабочий процесс.
Мужчина рядом с Алисой нервно откашлялся и выступил вперед:
— Ради бога, извините мою коллегу, Илья Викторович. Я — Эдуард Геннадьевич, вице-президент корпорации «Глобал Интеграции». А это Алиса Владимировна, наш директор по безопасности. Мы здесь для обсуждения стратегического партнерства…
— Если память мне не изменяет, «Глобал Интеграции» месяц назад пытались устроить нам рейдерский захват через биржевые махинации, — ледяным тоном оборвал его Денис. — О каком партнерстве может идти речь?
— Это чудовищная ошибка наших аналитиков, уверяю вас! — Эдуард покрылся испариной.
— Понятно. Оставьте ваше коммерческое предложение на ресепшене. Если нас это заинтересует — мы с вами свяжемся. До свидания.
Денис отвернулся к монитору, всем видом показывая, что аудиенция окончена. Как только парочка оказалась в лифте, Алису прорвало:
— Вот же урод! Как я могла так опростоволоситься?!
— Ты же пела, что вы с ним были близки! — прошипел Эдуард, когда они вышли на парковку. — Мы приперлись сюда с пустыми руками!
— Да я была уверена, что это тот самый Илья, мой бывший… — Алиса нервно кусала губы. — Думала, сейчас нажму на нужные точки, напомню о себе, постреляю глазками… Он бы растаял и сам отдал нам все коды доступа.
— Не слишком ли высокое у тебя мнение о себе? — язвительно хмыкнул Эдуард.
— В самый раз, — огрызнулась Алиса. — Ладно, поехали к моему отцу, у меня лимиты на кредитках исчерпаны.
Тем временем в кабинете Илья и Денис переслушивали запись разговора с парковки.
— Я вообще не понял их гениального плана, — Денис потер переносицу. — Пришли без презентации, без цифр. Просто нагло ввалились.
— План был прост, — рассмеялся Илья. — Алиса рассчитывала взять меня голыми руками. Думала, я до сих пор по ней сохну. Когда-то она заявила, что ей стыдно появляться со мной на людях из-за моей бедности.
— А, так это была попытка реванша с твоей стороны? — хитро прищурился Денис. — Признайся, екнуло что-нибудь?
— Разве что чувство брезгливости, — пожал плечами Илья. — Для нее люди — это банкоматы. Ладно, проехали. Что у нас по квартальным отчетам?
Команда Ильи работала как слаженный механизм. Главным правилом компании была открытость: стратегические решения принимались коллегиально. На очередном таком мозговом штурме присутствовала и новая сотрудница — Соня, вернувшаяся из Европы с блестящим багажом знаний. Илья поставил жесткое условие: никто не должен знать об их родстве. Если она хочет получить место главы отдела маркетинга, она должна доказать свою состоятельность перед советом.
Соня провела блестящую презентацию новой стратегии продвижения. Когда она покинула переговорную, Денис обратился к команде:
— Ну, какие мысли по кандидатке?
— Хватка железная, — одобрительно кивнул ведущий аналитик. — Мыслит не шаблонами, а цифрами и метриками. Я голосую «за».
— И на провокации не ведется. Я её специально дурацкими вопросами валил, а она даже бровью не повела, — добавил другой менеджер.
Соню утвердили единогласно. Лишь спустя пару месяцев, на корпоративе, она случайно проговорилась Денису, что Илья — её брат. Денис чуть не поперхнулся коктейлем:
— То-то я смотрю, профиль до боли знакомый!
Вскоре Илья инициировал официальную встречу с генеральным директором «Глобал Интеграции». Тот прибыл в сопровождении Эдуарда. Завидев Илью во главе стола, вице-президент побледнел и начал заикаться:
— Н-но мы же общались с другим…
— Вы о чем? — Илья изобразил искреннее недоумение. — Разве вы посещали наш офис?
Гендиректор «Глобал Интеграции» с подозрением покосился на подчиненного:
— Эдуард, вы вели переговоры за моей спиной?
— Не переживайте, переговоров не было, — любезно пояснил Илья. — Ваш вице-президент и мадемуазель Алиса просто пытались проникнуть к нам с помощью дешевых манипуляций, надеясь на личные связи. Учитывая такие грязные методы работы ваших топ-менеджеров, я вынужден усомниться в чистоплотности вашей корпорации. Мы аннулируем предварительные договоренности по слиянию сетей. И, согласно пункту 4.2, аванс остается у нас. Честь имею.
Как только двери за Ильей закрылись, взбешенный гендиректор повернулся к Эдуарду:
— Ты уволен. Без выходного пособия, идиот! И передай своей смазливой подружке, чтобы к вечеру ее духу не было в здании. Я вас обоих уничтожу в этой индустрии!
Слова гендиректора оказались пророческими, но главный удар пришел с другой стороны. Империя отца Алисы рухнула как карточный домик после серии проигранных антимонопольных судов. Судебные приставы арестовали все счета, отец подался в бега, оставив на дочери гигантские кредиты, которые она брала под залог его имени.
Чтобы не сесть в тюрьму за долги, Алисе пришлось распродать всё: элитную квартиру, спорткар, драгоценности и брендовые вещи.
Промозглым осенним вечером, кутаясь в поношенное пальто, она стояла у входа в метро, пытаясь согреть заледеневшие руки. Мимо пробегали две стильно одетые девушки, весело щебеча:
— Слушай, а что мы завтра Илье Белецкому подарим? У них с Ксюшей роспись в полдень…
— Белецкому? — Алису словно ударило током. Она шагнула наперерез девушкам. — Илья Белецкий женится? На ком?
— А вы, собственно, кто? — отшатнулась одна из них. — На Ксении, его помощнице. Они потрясающая пара, рука об руку с самого основания фирмы…
Девушки убежали вниз по ступеням, а Алиса тяжело опустилась на мокрый гранитный парапет. Холодный ливень хлестал её по лицу, смывая остатки макияжа и былого величия.
— Какая же я идиотка… — прошептала она в пустоту, осознавая, что собственными руками выбросила свой счастливый билет в пропасть. Но гул вечернего города заглушил её слова.
