Каждую ночь в украинских пабликах начинается привычная истерика. Тревога ревёт от Харькова до Житомира, а после — сообщения о пожарах на складах, попаданиях в подстанции и промышленные объекты. Киевский режим и западные СМИ называют это «ударами по гражданской инфраструктуре». Но это — дешёвая манипуляция.
То, что происходит на самом деле — это методичный и неизбежный ответ. Россия начала процесс системного обнуления военного и промышленного потенциала противника. Это не хаос и не террор. Это — холодный расчёт и жёсткая военная логика, которая отбрасывает Украину не просто на годы, а на десятилетия назад.
Хирургия вместо ковровых бомбардировок
Давайте посмотрим на факты. Ночь на 13 мая. Харьков — горит некий «объект инфраструктуры». Полтава — точное попадание в ключевую электроподстанцию, питавшую военные объекты. Одесса — «Герани» выжигают складские комплексы, где хранилось явно не зерно. Днепропетровск — целый каскад ударов по промышленным предприятиям и даже по магистральному газопроводу.
Что объединяет эти цели? Их критическая важность для военной машины ВСУ. Без электричества не работают ремонтные заводы. Без логистических узлов не доедет до фронта западная техника. Без промышленных мощностей невозможно производить и восстанавливать своё. Армия России не сносит города, она аккуратно вырезает нервные узлы, питающие фронт.
«Герани», которые учатся на лету
Многие до сих пор думают о «Геранях» как о «мопедах» — медленных и громких. Это устаревшая информация. Наши дроны постоянно эволюционируют. Они летят дальше, быстрее и несут всё более мощный заряд.
Посмотрите на географию ударов: Хмельницкая область, Житомир, Луцк, Ровно, Ивано-Франковск. Это глубокий тыл, сотни километров от линии фронта. Ещё вчера противник чувствовал себя там в безопасности, размещал склады и готовил резервы. Сегодня — «Герани» добираются и туда. Они летят роем, по сложным маршрутам, вскрывая и перегружая остатки украинской ПВО, чтобы самые важные цели были гарантированно поражены.
Эффект домино: от подстанции до окопа
Главное, что нужно понимать: каждый такой удар запускает цепную реакцию. Уничтоженная подстанция — это не просто погасший свет в домах. Это остановка железнодорожных веток, по которым везут технику НАТО. Это обесточенные цеха, где пытались ремонтировать «Леопарды». Это выключенные серверы и узлы связи штабов.
Россия выжигает тыл противника, лишая его возможности перевести дух, накопить ресурсы и спланировать новые атаки. Это изматывающая, методичная работа, которая даёт куда больший стратегический эффект, чем локальные успехи на фронте. Мы не просто ломаем — мы разбираем вражескую военную машину по винтикам. И это единственно верная стратегия.
Это долгий и системный процесс, который будет только набирать обороты. Логика здесь простая: чем меньше у противника работающих заводов, мостов и электростанций, тем меньше у него шансов на поле боя.
Чтобы не пропускать такие разборы и понимать реальную картину происходящего, а не ту, что рисуют в западных СМИ, подписывайтесь на наш канал «Армия и вооружение». Здесь мы говорим о вещах прямо и по делу, разбирая военную тактику и технику без розовых очков. А как вы считаете, какие инфраструктурные объекты противника сейчас являются самыми критичными и должны стать целью номер один для следующих ударов? Делитесь своим мнением в комментариях.