Заходят как-то Достоевский, Ницше и Вебер в бар, а бармен им и говорит: "Чё, пацаны, аниме?". "Какое аниме?" — спросите вы. Death Note, конечно же!
За фасадом детективной истории о противостоянии школьника-психопата и гениального детектива скрывался трактат о цене власти, силе закона и морали, авторы которого опирались на русскую классику и немецкую философию.
В этот день двадцать лет назад история "Тетрадки" официально завершилась — на прилавки вышел последний том манги. Сегодня разбираем, как в одном аниме сошлись критика ницшеанства, любовь к яблокам и ремейк "Преступления и наказания".
Ну а ниже ждёт м-м-максимально серьёзный философский анализ главных героев.
А за кого болели вы? Ответы принимаются в комментариях!
В двух словах
Скучающий Синигами, или бог смерти, любитель красных яблок Рюк, скидывает в мир людей свою тетрадь — с её помощью можно отправить на тот свет любого, если знать его имя и лицо. Тетрадку находит такой же утомлённый нарзаном старшеклассник Ягами Лайт, которому уныло жить на одной планете со своими недалёкими однокассниками.
Он начинает её использовать, уничтожая сперва преступников, а потом и вообще всех, кто может его раскрыть, мечтая стать "богом нового мира". Странные смерти привлекают внимание мировой общественности, и за дело берётся известный детектив L. Противостоянию Л и Лайта и будет посвящён основной сюжет. Но это, как вы понимаете, лишь часть истории.
Аниме по Ницше?
"Тетрадка" прямо-таки пронизана рассуждениями на тему ницшеанских идей. Начиная с того, что триггером всех событий становится скука, а сон разума, как известно, рождает чудовищ.
Ницше постановил, что "Бог умер", а с ним умерли и традиционные христианская мораль и этика. Лайт, в свою очередь, хочет занять место божества, о чём прямо и говорит. О том, что с великой силой приходит и великая ответственность, ему рассказать забыли.
Немецкий философ в своей работе "По ту сторону добра и зла" выделял два типа мышления: мораль рабов и мораль господ, ориентированная на волю к власти. Лайт же берёт на себя роль единоличного властелина, творца законов, стоящего над любой моралью. Но поскольку сверхчеловек недостижим, то наш супершкольник спотыкается и падает лицом в грязь — его губят такие мелочные качества, как страх и хрупкое эго.
Преступление и наказание
Ещё один очевидный источник вдохновения для "Тетрадки" — Достоевский. На противостояние Лайта и L можно посмотреть как на ремейк "Преступления и наказания".
В обоих случаях перед нами перевернутый детектив: убийца известен с первых страниц, и главный вопрос здесь не "кто?", а "как?" И Лайт, и Раскольников оправдывают свои преступления желанием "улучшить прогнивший мир", оба делят людей на "тварей дрожащих" и тех самых "право имеющих". И у Достоевского, и в манге Цугуми Обы происходит развенчание идеи о сверхчеловеке — с той лишь разницей, что Раскольников от совершённого им зла страдает, а Лайт им наслаждается.
Есть в "Тетрадке" и своя Соня Мармеладова — модель Миса Аманэ, готовая на всё ради Лайта.
Сверхчеловек в стадии распада
Знакомьтесь: Ягами Лайт. Гений, плейбой, мамина радость, скучающий мизантроп, ницшеанец, массовый убийца.
От скуки подобрал странную тетрадку и уверовал, что теперь он решает, кому жить, а кому — умереть. Сперва оправдывал себя идеями об "очищении мира от зла", но быстро скатился к ультранасилию. Оттолкнувшись от идеи "справедливости", он разложился под влиянием абсолютной власти при отсутствии морали и ответственности.
Лайт, по заветам Ницше, считает, что традиционная мораль мертва, государство не справляется, и теперь он должен стать единственным, у кого будет монополия на насилие. Потому что кроме как японскому школьнику-психопату больше некому.
Подобно Раскольникову, Лайт с радостью взял на себя права сильных мира сего, забыв об идущих в комплекте обязанностях, за что и поплатился.
Закон превыше всего
Главный противник Лайта — гениальный сыщик L. Его настоящее имя неизвестно, а лично он встречался лишь с теми, кто непосредственно расследует таинственные убийства. Л в сериале олицетворяет закон и порядок, который должен восторжествовать несмотря ни на что.
Как и Порфирий Петрович у Достоевского, Л сразу понимает, кто убийца, но бездоказательный самосуд не входит в его систему ценностей. Он искренне считает, что убийство недопустимо ни при каких обстоятельствах, и выступает ограничителем бесконтрольной власти.
В отличие от Лайта, которому "мама не закон", детектив представляет иной, морально сдержанный и юридический подход к проблеме справедливости. Согласно Веберу, государственному мужу следует руководствоваться "этикой ответственности", что L и делает.
А ещё он — ходячая критика ницшеанского нигилизма и правового произвола.