Всего за несколько недель до ключевого голосования в парламенте Армении, намеченного на 7 июня, Кремль впервые официально отреагировал на внешнеполитические маневры армянского руководства. Поводом послужил официальный старт процедуры сближения Армении с Европейским союзом, о котором ранее объявил Ереван.
Президент России Владимир Путин предельно конкретизировал ситуацию: Армении предстоит сделать непростой выбор между двумя интеграционными проектами — Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) и ЕС. Если чаша весов склонится в пользу Брюсселя, Москва пообещала пойти по пути «мягкого, интеллигентного и взаимовыгодного развода». Что именно кроется за этой дипломатической формулировкой и какую стратегию изберет армянская власть — эксперты из России и Армении поделились прогнозами с RTVI.
«Тактичный разрыв отношений»: что сказал Путин
9 мая 2026 года, сразу после праздничного Парада Победы (где премьер-министра Армении Никола Пашиняна не было — он остался в стране для участия в предвыборной гонке), Владимир Путин заявил о необходимости Еревану определиться с приоритетами. Российский лидер подчеркнул, что членство в ЕАЭС и ЕС одновременно невозможно. В ответ на желание Армении двигаться на Запад, по словам Путина, последует «интеллигентный развод», подразумевающий цивилизованное и экономически взвешенное прекращение тесного союзничества.
Пашинян отреагировал мгновенно, призвав не проводить аналогий между межгосударственными отношениями и семейным браком. Премьер заверил, что страна не станет форсировать события: референдум о вступлении в ЕС не будет назначен до тех пор, пока в нем не возникнет объективной необходимости. «Мы полноправные участники ЕАЭС и пока остаемся в союзе, мы намерены полноценно участвовать в его работе», — подчеркнул глава армянского кабмина.
Напомним, что 26 марта парламент республики одобрил в окончательном чтении закон о запуске процесса евроинтеграции. Однако, как уточнил Пашинян, это еще не автоматический старт присоединения — окончательное слово остается за народом на референдуме.
«Европейская мечта» как предвыборный козырь
Армянские и российские аналитики сходятся во мнении: риторика о движении в ЕС — это тонко рассчитанный тактический ход правящей команды на фоне предстоящих 7 июня выборов.
Станислав Притчин, руководитель сектора Центральной Азии в ИМЭМО РАН, отмечает: для Никола Пашиняна консолидация власти сейчас — задача номер один. Продажа избирателям «европейского будущего» становится главным инструментом удержания большинства в парламенте. Похожей позиции придерживается и директор ереванского Института Кавказа Александр Искандарян. Он подчеркивает, что подобный дискурс отлично «продается» на внутреннем политическом рынке страны.
Проевропейские настроения в Армении значительно окрепли после событий Второй карабахской войны и исхода армян из Нагорного Карабаха. Поведение России в тот период, по мнению Искандаряна, лишь усилило запрос общества на смену вектора. Поэтому интеграционная повестка с ЕС — это не просто абстракция, а реально работающий механизм повышения рейтингов для партии власти.
Выйдет ли Армения из ЕАЭС на деле?
Экономическая реальность вносит серьезные коррективы в политические амбиции. Как напоминает Притчин, на сегодняшний день ЕАЭС — это безальтернативная структура для армянской экономики. Речь идет о доступе к огромному российскому рынку, трудовой миграции и энергоносителях. Гипотетические рассуждения о выходе из союза ради ЕС, по мнению эксперта, уже сейчас подрывают уровень доверия между партнерами. Москва вряд ли будет бесконечно терпеть лавирование: рано или поздно вопрос встанет ребром — «либо вы с нами, либо вы идете своим путем».
Однако Александр Искандарян подтверждает правоту Путина с чисто юридической точки зрения: находиться одновременно в двух таможенных союзах (а именно такими структурами являются и ЕАЭС, и ЕС) технически невозможно. «Быть членом обоих объединений не выйдет», — резюмирует политолог.
Призрачные перспективы членства в ЕС
Несмотря на символический первый в истории саммит ЕС-Армения, прошедший в мае в Ереване, эксперты крайне скептичны в отношении реальных шансов республики обрести членство в ближайшие десятилетия.
Еврокомиссар Марта Кос заявила о поддержке «европейских устремлений» Еревана, однако этого недостаточно. Искандарян объясняет: одного желания и внутреннего закона мало (иначе членом ЕС была бы «половина стран Африки и Азии»). Армении необходимо соответствовать Копенгагенским критериям 1993 года: стабильная демократия, верховенство права, зрелая рыночная экономика и способность внедрять колоссальный массив законодательства ЕС (acquis).
На сегодняшний день у Армении, мягко говоря, «большие проблемы» с выполнением этих условий. Кроме того, само географическое положение и отсутствие выраженной политической воли в Брюсселе принимать новую постсоветскую страну делают евроинтеграцию перспективой весьма отдаленной. Станислав Притчин также убежден: ЕС не существует для Еревана как реальная альтернатива — ни институционально, ни экономически, ни юридически страна к такому шагу не готова.