Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Юрист Антон Долгих

Почему гражданин начальник

? Согласно Правилам внутреннего распорядка*, обращаться к любому сотруднику там следует так: "гражданин начальник". И никак иначе. Это у них буквально фетиш. Обратился иначе — даже по имени-отчеству — получи рапорт. Три рапорта — пожалуйте в штрафной изолятор (карцер), гражданин. Как эти "гражданины начальники" вне родных стен себя ощущают — когда у них нет никакой власти? А есть только выученное чувство превосходства и право силы, на которое они дрочат полагаются всецело внутри, но которое вне стен следственных изоляторов и колоний уже становится нерабочим, а то и уголовно наказуемым в случае применения? Примерно как Шевелёв: внутри нереально брутальный, злобный и всесильный, а снаружи предпочитающий по-быстрому спрятаться обратно в дежурке, едва завидев Долгих... Или вот, к примеру, прямо возле входа в СИЗО попался мне самый борзый, самый дерзкий и самый наглый тип. С вечно-багровым прыщавым лицом. Имени пока не знаю, но узнаю. Вёл себя тише воды, ниже травы. Никак не отреагиров

Почему гражданин начальник?

Согласно Правилам внутреннего распорядка*, обращаться к любому сотруднику там следует так: "гражданин начальник". И никак иначе.

Это у них буквально фетиш. Обратился иначе — даже по имени-отчеству — получи рапорт. Три рапорта — пожалуйте в штрафной изолятор (карцер), гражданин.

Как эти "гражданины начальники" вне родных стен себя ощущают — когда у них нет никакой власти? А есть только выученное чувство превосходства и право силы, на которое они дрочат полагаются всецело внутри, но которое вне стен следственных изоляторов и колоний уже становится нерабочим, а то и уголовно наказуемым в случае применения?

Примерно как Шевелёв: внутри нереально брутальный, злобный и всесильный, а снаружи предпочитающий по-быстрому спрятаться обратно в дежурке, едва завидев Долгих...

Или вот, к примеру, прямо возле входа в СИЗО попался мне самый борзый, самый дерзкий и самый наглый тип. С вечно-багровым прыщавым лицом. Имени пока не знаю, но узнаю. Вёл себя тише воды, ниже травы. Никак не отреагировал на моё приветствие. Может, потому что я разговаривал с его начальником, Ильёй Хариным? А может, потому, что инстинкт самосохранения всё-таки не совсем утрачен? Посмотрите видео, если вдруг пропустили.

*Пожалуй, запущу серию постов с разбором норм этих самых ПВР. Моя мама написала мне как-то:

"Антоша, даже просто читая (!) ПВР, я приходила в ужас от осознания того, что тебе приходится там переживать..."