КАК СУД БУРЕНКУ ЗАЩИТИЛ Удивительное, даже, по сути, историческое, событие произошло недавно в станице Вешенской. Районный суд в споре владельца трёх коров с администрацией района и прокурором принял сторону обычного животновода. Не индивидуальный предприниматель, не зарегистрированный фермер, а просто владелец личного подсобного хозяйства - самая маленькая единица сельхозпроизводства отстоял своё право получить без торгов участок для выпаса животных.
Мы встретились в администрации района, где Роману Подхватилину с извинениями были выданы документы на аренду прилегающей к его хутору земли. Кроме трёх коров, одна из которых в этот день разрешилась тёлочкой, на подворье числится лощадь, одиннадцать баранов, и бычки. Куры и гуси в счёт земельного участка не идут. Да и немного их, простые несушки. А вот для лошади, красавицы ахалтекинской породы по кличке «Анархия» (подарок жены, для души) нужен кусочек земли для выпаса. Как и коровам, и овцам. Для каждого вида животных – своя норма. Деятельность ЛПХ определяется Земельным Кодексом РФ и нормой Областного закона «О регулировании земельных отношений в Ростовской области». А ещё имеется Федеральный закон «О личном подсобном хозяйстве», и другие подзаконные акты и нормы, регулирующие земельные отношения.
Не забыт простой человек в этих уложениях! Учитываются традиции сельского населения, в значительной мере обеспечивающего себя продукцией со своего подворья. Раньше в каждом дворе в хлеву стояла бурёнка, утром пастух собирал на пастбище стадо со всей станицы. А свинья – крестьянская копилка – за год вырастала и обеспечивала семью сытной продукцией, излишки которой продавались, а выручка шла на обновки детям, сборы их в школу, на учёбу.
Все изменилось. Не будем анализировать депрессивные перестроечные годы, о которых напоминают разрушенные животноводческие фермы и пустые коровники. Зарастают бывшие пастбища. В плодородных районах их распахивают и засевают, а в северных, восточных, и других, климатически- и почвенно- неудобных, в опустевших хуторах среди заброшенных домов и одичавших садов, нет-нет, да и появится «свет в окошке» - живое подворье, где мычит корова, важно прогуливаются гуси и другая птица. И обязательно - днём на цепи у будки, а ночью на страже верный пёс. Развелись шакалы, лисы как на прогулку приходят ко двору. Это реальная картина жизни наших героев, о которых и пойдёт речь.
Роман Подхватилин рано ушёл в самостоятельную жизнь. Подхватил, завлёк его город, как и многих молодых людей. Освоился парень в Москве, успешно работал, жил, но казачья душа звала на родину. Вернулся, к матери, братьям. Их трое в семье. Было. Средний, Юрий, добровольцем ушёл на СВО, погиб. Орден Мужества у матери, а сына не удалось ещё найти и похоронить. Ждёт мать. Здоровье, конечно, подкосилось, но в меру сил пытается помочь сыну обустроить хозяйство.
Территория у дома вся в разметке и стройке. Работы – непочатый край. Ухватно-рогатая корова Ночка мерно жуёт корм, и тут же отдаёт молоко - линейный процесс! Нехитрую механизированную дойку мужчина освоил быстро, руки отдыхают. И днём на пастбище мини-аппарат с генератором привезёт в старенькой «Ниве». Уже продумал это. Пока две коровы доятся, третья телёнка только что принесла, тоже вступит в молочный строй.
Животным нужна забота, и простор, пастбище. Роман Подхватилин обратился в отдел имущественных и земельных отношений администрации Шолоховского района с просьбой об аренде земли для выпасов и сенокошения. Получил отказ: «Прокурор запрещает!». Протест районного прокурора стал основанием и для расторжения уже заключённых договоров с владельцами ЛПХ – поясняет начальник отдела имущественных и земельных отношений администрации района Елена Овчелупова.
Роман не смирился:
- Имею претензии к администрации. Я много лет прожил в столице, в Москве. У меня там была работа, какой-то свой бизнес. Сейчас я решил переехать на историческую родину и заняться сельским хозяйством. Вложил свои средства, очень большие. Закупил коров дойных, быков. Скотине надо где-то пастись, сено косить надо, но мне не дают выпаса. А я знаю, что есть закон, который даёт право гражданам Российской Федерации получать землю в аренду на 5 лет.
Вот, есть справка сельской администрации о наличии у меня поголовья животных. Знаю также, что молочное дело в приоритете, и поддерживается Правительством. Я обратился в суд, который от имени Российской Федерации удовлетворил мой иск, и обязал администрацию оформить аренду участка.
А вот что пояснила исполнитель протестов прокурора и решений судов, оказавшаяся, как говорится, между молотом и наковальней, Елена Овчелупова:
- Дело в том, что в 2025 году в адрес администрации Шолоховского района поступило предписание прокуратуры о необходимости расторжения договоров аренды с гражданами. И на этом основании мы расторгали с физическими лицами договора аренды с видом разрешённого использования сенокошения и выпаса скота. И, соответственно, на этом же основании отказали Подхватилину Роману Станиславовичу. А он обратился в Шолоховский районный суд. Мы проиграли процесс, и на основании судебного решения вынуждены предоставить в аренду заявителю участок для выпаса скота.
Постановлением Правительства Ростовской области установлены нормы нагрузки на сельскохозяйственных животных. Это постановление 2013 года, согласно которому на одну голову КРС, это крупный рогатый скот, положено 5 гектаров земли для сенокошения или выпаса. 30 соток положено на одну голову овец или коз.
Примечание:
Земли ЛПХ – это участки, относящиеся к сельскохозяйственной категории, предназначенные для занятия на них личным подсобным хозяйством. Такие наделы находятся на территории населённых пунктов или вне поселений. В первом случае их называют приусадебными, во втором – полевыми (ст.4 ФЗ-112 от 2003 г.)
Роман Подхватилин преодолел барьер отказа. А вот арендатор со стажем Горбузова Татьяна Ивановна потеряла силы и здоровье, но не осилила чиновничью хватку. Впрочем, ситуация на данный момент в развитии. По протесту прокурора, и на его основе требованию администрации, Татьяна Ивановна расторгла договор аренды. Перед ней встали два варианта: регистрироваться как юридическое лицо, или избавляться от скота. Горбузова обратилась с апелляцией в областной суд, коллегия которого вернула дело на доследование. Но уже по протесту прокурора закрутилось уголовное дело по ст.286 к работникам администрации о превышении должностных полномочий касательно выдачи участков.
Проясняем ситуацию на месте, отравляемся на хутор Фроловский. У заброшенных прежними жителями полуразрушенных зданий цветёт терновник, зелёная вуаль молодых листьев окутывает кусты и деревья, на ярко-голубом небе сияет солнце, щебечут птицы. Какие проблемы? Увы… Они болью звенят в горестном рассказе хозяйки:
- Сама работаю, вот, этими руками дою своих бурёнок. Их у меня три, и у дочки две. Вот, навоз надо чистить. Две тысячи плачу рабочим. Накормлю их, угощу, жду, но мало кто согласен вилами навоз бросать, да и вообще, не хотят работать. И вот какой-то казус с арендой участка получился.
В прошлом году пришёл к нам в район новый прокурор, молодой, откуда-то перевели его сюда. Сижу дома, звонок по телефону, представляется прокурором Шолоховского района. Я думала, шутка. Снова звонок. Не верю, знаю уж, как мошенники разные звонят. Но потом сама набираю номер нашей прокуратуры. Подтверждают, вызывают. Прихожу. Вопросы о том, как получила землю в аренду, кто выдавал.
Сто раз спросил прокурор, кому заявление подавала, кому и сколько платила, где кто делал мне кадастровые схемы? Странные, с подтекстом вопросы. Информация то эта есть везде, доступна, ничего сложного не было в оформлении. Пришла в администрацию, написала заявление - я так ему объяснила - положила в приёмную. Через некоторое время получила положительный ответ, оформила аренду, исправно оплачивала. Все официально.
Говорю прокурору: «Михаил Юрьевич! Я после больницы, оставьте мне срок аренды, не потяну я оформить ИП или КФХ, как Вы настаиваете. Не надо мне это, я не коммерсант, три дойных коровы и теляток для себя держу. Бурёнки семью кормят! Две дочери, три внука у меня».
Показалось, понял он меня, потому что пообещал, что земля останется за мной до конца аренды. Косите, мол, пасите, ничего страшного. При свидетелях пообещал. Позвонил Овчелуповой Елене Сергеевне, чтобы меня и дочку мою оставили на договорах. Мы и успокоились.
Проходит два месяца. Полдвенадцатого ночи дочка звонит. «Завтра суд!» – говорит. Спрашиваю: «С кем суд!». «С прокуратурой!» - отвечает.
Как так? Обещал ведь… И почему, ведь мы ничего не нарушали! Я до сих пор не могу, не хочу даже спрашивать у него, почему он подал в суд. На суде меня обязали расторгнуть договор аренды. И потом ещё что-то закрутилось, следственный комитет подключили. После Нового года меня вызывает сотрудник ФСБ, Андрей, не помню его фамилия, с Миллерово он. Вызывает, часа два с половиной опрашивает, опять я ему объясняю, почему мне прокурор разрешил. А почему он подал на меня в суд, я не пойму. И в пятницу, на минувшей неделе, опять вечером мне звонят с обэпа нашего отдела полиции. Снова надо к ним идти. И снова те же вопросы задают, давление: кому что давали, что платите, кто подписывал.
Сил уже нет. Да вы ко мне сами придите, посмотрите, как мы живём! Нас, таких горемык, несколько десятков человек! Что делать нам под этим давлением, опросами, а уголовное дело открыли, обыски, изъятия у людей идут. Зачем мне что-то регистрировать, открывать, нанимать штат? Я не коммерсант, увеличивать поголовье не хочу, и не могу.
Пенсия у меня 15 300 рублей, а прокуратура допытывается, кому и какие взятки я давала, чтобы получить в аренду выпаса. Как будто я на молоке с ценой меньше воды прибыль получаю, чтобы взятки давать. Да мне, и таким как я, надо доплачивать, чтобы земля совсем не одичала без людей и животных. Взяла ведь неудобья, кошу, в порядок привела заросший участок. И вот, на суд по протесту прокурора вызвали, и я не помню даже, как я там отказалась от аренды земли. Но от коров не могу отказаться! Очень люблю своих бурёнок! Доила, и буду доить! Вот этими руками!
За год при новом прокуроре по его протестам из 87 договоров аренды ЛПХ были вынуждены расторгнуть 52 договора. Василий Наполов с хутора Чукаринский один из них:
- Шесть лет занимаюсь животноводством, как частник. А потом сказали, что надо переводить на ИП или КФХ. Но зачем, ведь все было нормально! Пришлось оформлять КФХ. Много мороки, пока все справки собрали, и расходы немалые за регистрацию. Ну, мы люди подневольные, не могу же я хозяйство бросить! Вот, дочка Василиса со мной тут. Шесть лет будет, ну, дети быстро растут. Но какой я фермер? У меня две коровы, шесть телок, пять бычков, и все. Какой-то переворот произошёл с этой перерегистрацией. Следователи приезжали, расспрашивали. Я говорю, я не знаю, квитанции мне давали, я в банк ходил, оплачивал, всё. В чем проблемы, не понимаю.
А на хуторе Затонский проживает Павел Анатольевич Кружилин, ещё недавно арендатор участка, на котором паслись коровы. Крупно-рогатый скот пришлось сдать на мясо, остались менее требовательные овцы, на которых по нормам, тоже необходимо получить надел земли.
- Я здесь родился, здесь деды и бабки у меня похоронены, мои родители. Вот в этом хуторе — он основан 250 лет назад - единственная мельница-ветряк была, мой прапрадед её держал. Сегодня, конечно, ничего не осталось. Были и животные, и на совхозных фермах, и в частных подворьях. А потом позвонили из администрации, сказали, что надо расторгнуть договор аренды. Ну, я и расторг. Нет выпасов, нет и скотины, только овечки остались. Ну, и ладно, с ними проще, легче.
А в Нижнекривском, кроме бурёнок, потомственный казак Леонид Воробьёв держит лошадей. Дочь освоила верховую езду, с друзьями иногда выступает перед станичниками. Он тоже попал под давление надзирающих и управляющих структур. Договор аренды пришлось расторгнуть, но регистрироваться в иную форму и заниматься предпринимательством Воробьёв не хочет, и детально поясняет свою позицию.
- Я после армии уехал на Север, работал в Газпроме десять лет. Потом понял, что это не моё, что нужно вернуться к корням. Я ведь потомственный казак, как бы вольный человек, не люблю сидеть в четырёх стенах. Поэтому в 2009 году вернулся на Дон, купил несколько коров, потом и лошадей. Хотелось бы увеличить поголовье, но земля ограничена, да и под давлением пришлось расторгнуть аренду. А если участвовать в торгах, как юридическое лицо, то где гарантии? Выигрывают то с Тюмени, то с Оренбурга, те, которые вообще никакого отношения не имеют к земле, а просто вкладывают, наверное, деньги или как-то. Нам, конечно, очень тяжело.
Был участок в аренде, я оформлял его как владелец ЛПХ. Брал в аренду землю под выпаса, под сенокосы. А потом вызвали в администрацию и сказали, что расторгнуть нужно всё. Мотивировали тем, что нужно открывать ИП, участвовать в конкурсах, в аукционе на землю. Потом меня вызывали, в ФСБ, в следственный комитет, на опрос-допрос. Раз вызывали, два вызывали насчёт земли. Как вы её имели, как получали, что с ней делали? Выясняли, есть ли у меня на самом деле коровы, кони. Как будто это не ясно по всем моим отчётным документам, контактам с ветслужбой.
Я так понял, все эти их действия мотивировались тем, что земля была дана без аукционов, без торгов. Я не знаю, может быть и что-то другое подозревали. Я им говорил, что с торгами могут быть махинации. Например: заявляется компания на участие в торгах, а потом звонят мне и говорят, что могут сняться и не конкурировать, если я какую-то сумму им пожертвую. Следователи не туда смотрят.
А вот ЛПХ не нужны торги, не нужны дополнительные расходы на обслуживание и отчётность. А чтобы КФХ оформить, надо полностью поменять свои приоритеты, людей нанять на работу. Для меня это тяжело, да и не хочу, не планирую я масштабно вести дело. Так, для себя животных держу. Корова-кормилица ведь, а какой казак без коня?
Неприятная ситуация эти вызовы, опросы. Мне, как какой-то подозрительной личности сказали, чтобы я был на связи, не менял телефон. Чтобы «вспомнил», что в администрации предлагали. Я говорил, что в администрации все было законным путём. Но они всё допытывались, склоняли к оговору работников администрации.
И вот сама работник администрации, отвечающая за все эти процессы, кстати, подследственная, Елена Овчелупова продолжает свой рассказ:
- У нас было 87 договоров аренды. Есть судебная практика Астраханской области о том, что мы обязаны предоставлять земельные участки в аренду с видом разрешённого использования сенокошения и выпаса скота, согласно норм нагрузки. Кроме того, у нас есть разъяснение Законодательного собрания Ростовской области, где чётко указано, что личное подсобное хозяйство не является сенокошением или выпасом скота. Корова не может на подворье ходить.
Общаясь с коллегами по северу области, я знаю, что подобные земельные участки так же предоставлялись в аренду, однако прецедентов по возбуждению уголовных дел не было. Я не знаю, что происходит, не понимаю. Почему прокурор решил договора с арендаторами перевести в иное положение? Возбудил суд, пошёл ещё дальше. У нас сейчас уголовное дело возбуждено о превышении должностных полномочий в отношении неустановленного круга лиц. Я, и не только, были на допросе в Следственном комитете. У меня и моего заместителя были обыски дома, изъяты личные телефоны, ведущий специалист отдела уволилась по собственному желанию, объясняя своё увольнение психологическим напряжением. Здоровье действительно дало сбой, обострились все хронические болезни, проведена сложная операция, предстоит ещё одна, потому что это всё нервы, неприятно, обидно, учитывая опыт работы определённый. Когда ты работаешь на перспективу, а твоё имя пытаются замарать такими процедурами.
(Стоит заметить, что Елена Сергеевна – председатель участковой избирательной комиссии, а многочисленные грамоты и благодарности, в том числе от Президента России В. Путина, из-за скромности она не размещает на стене кабинета, а хранит в отдельной коробке).
И вот решение по Роману Подхватилину, которому мы по протесту прокурора сначала отказали в аренде участка, а потом, по решению суда оформили договор, показывает всю несуразность подозрений и действий в наш адрес. Мы извинились перед заявителем и оформили аренду участка. И если сейчас потянутся другие владельцы ЛПХ заключать новые договора, мы не имеем права им отказать. Прецедентное решение суда вступило в силу.
Вся проблема в том, что ЛПХ не хотят менять форму хозяйства. Ведь при открытии КФХ необходимо платить взнос налоговой инспекции, это где-то 58 тысяч, Но в хозяйстве десять голов скота, из них только три дойные коровы, и это не бизнес, не предпринимательство, зачем тут бухгалтер? Вот поэтому это дополнительная нагрузка, и некоторые арендаторы отказались от ведения личного подсобного хозяйства, сдали своё поголовье и прекратили деятельность. Мы уже несём убытки с этой ситуацией, у нас получились выпадающие доходы около четырёх миллионов рублей. Сейчас, конечно, будем заключать договора, будем получать доходы в виде арендной платы в бюджет.
Примечание:
Согласно пп. 19 п. 2 ст. 39.6 Земельного кодекса РФ договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, заключается без проведения торгов в случае предоставления земельного участка гражданину для сенокошения, выпаса сельскохозяйственных животных, ведения огородничества или земельного участка, расположенного за границами населенного пункта, гражданину для ведения личного подсобного хозяйства.
Вникая в ситуацию, подумалось: фактически селян напрягают везде? Не держите подсобное хозяйство, идите за продуктами в магазины! Всё есть на полках сетей, магазины которых теснят друг друга в районных центрах, им же в помощь торговые площадки, куда прибывают товары по заказу в Интернете. Платите, потребляйте! Не надо гнуться, работать, вам же легче, комфортнее.
Кажется, эта тенденция уже вросла в нашу жизнь. Убедились в этом на Вешенском рынке, где о продукции утверждают вывески мясного и молочного павильона, в которых торгуют только по выходным. Рассказывает директор рынка Владимир Мачулин:
- Раньше рынок звенел голосами бабушек с крынками. Казачки приносили со своего двора молоко, сметану, творог, масло, простоквашу, ряженку, каймак. Продавцы и покупатели знали друг друга, всё качественное и вкусное было.
В станице тоже корову у дома держали, а сейчас только на хуторах кое-где осталось. Десять лет назад было более двадцати производителей молока и молочных продуктов, а сейчас только семь человек в субботу приносят свой товар. Молодые не хотят этим заниматься. И коней, которые табунами ходили у Дона, тоже нет.
Сегодня в Вешенской проживают чуть более 9 тысяч человек. Летом – значительно больше. Дачники, туристы. Многие хотят побывать на родине великого писателя. Есть что посмотреть, и где отдохнуть. Поспать, поесть…
Конечно, в сельской глубинке с шолоховским акцентом и описанном им в романах быте местных жителей, хочется узнать казачьи традиции и культуру. Понятно – живописнейшая природа с легендарной рекой, памятники, история, фольклор. Важная составляющая впечатлений – накрытый стол, домашняя еда.
«Вкус детства» - этот слоган эксплуатируется маркетологами. Но это явно не продукты из супермаркета. Это пироги с разной начинкой, блины, пампушки, прихваченные жаром печи, скворчащее на сковороде мясо, тонкие ломтики сала, соленья, грибочки маринованные арбузы соленые. Молочные продукты – отдельная песня. В домашней сметане ложка стоит!
Для городских жителей, выросших на селе, или приезжавших в гости к бабушке, это лишь воспоминания. Есть, конечно, рынки, есть вышколенные товары под маркой «Эко». Но, в основном, население потребляет продукцию с прилавков супермаркетов. Там, для особо ленивых, сформированы даже отдельные блюда, надо лишь разогреть в микроволновке.
Но, как говорится: «Ты есть то, что ты ешь!». И ведь уже советуют белок из личинок, кузнечиков и прочих, прочих. Запрыгаем?
К счастью, велика Россия своими просторами! Природа, традиции живущих на земле людей создавали веками мощь страны. Истоки продовольственной безопасности и в них, в маленьких ручейках продукции личных подсобных хозяйств, которые и себя, и других, по мере сил, прокормят.
Ситуация с арендой участков ЛПХ сходна во всех регионах. Идёт давление для укрупнения ЛПХ, переход их в КФХ. Но ведь и количество КФХ уменьшается. Укрупнится в итоге кто? Земельные олигархи заточены, в основном, на растениеводство. А промышленное производство мяса и молока – это, конечно, объёмы, но никак не вкус детства.
И ещё проблема: уменьшение сельского населения. Несмотря на многочисленные госпрограммы и льготы, остра кадровая проблема, не едут на село выпускники ВУЗов, убывает старшее поколение. Как и коровы. Не те фабрики на цепи, как в редком крупном производстве, а милые бурёнки, жующие траву на выгоне, обласканные добрыми руками и словами хозяина и хозяйки. И молоко другое, и здоровье иное, и мысли, и помыслы здоровые.
Ситуация в Шолоховском районе с протестами прокурора и привлечением к работе следователей по делу с арендой участков ЛПХ в нынешней жизни, насыщенной иными серьёзными обстоятельствами, выглядит несуразной. И уникальной. Нигде прокурор не воюет с дояркой. Но здесь получилось. За год из 52 договоров аренды некоторые арендаторы потеряли свои участки, а многие, соответственно, избавились и от скота. Арендаторов неоднократно вызывали в правоохранительные органы на опросы: прокуратуру, ФСБ, МВД Шолоховского района.
Уникальность и в том, что в районном суде создан прецедент правоты владельцев домашних животных, желающих и имеющих право получить надел для своей бурёнки. И Роман Подхватилин уже оформил аренду участка. Если хватит сил, разрастётся, расплодится – увеличит хозяйство, станет официально фермером. А вот Татьяна Горбузова и сейчас еле справляется. Но без своих коров жизни не мыслит. Какой из неё предприниматель, фермер? Да и другие. Это их выбор, их воля и расчёт – кем быть. Закон позволяет и защищает право гражданина на частную собственность, на занятие животноводством, от которого, увы, бегут и убежали на асфальт многие.
Ситуация в развитии. Но с надеждой на благополучное завершение, на торжество закона, правды и совести.
Татьяна Бочарова
Член союза журналистов России