Глава 182 Ее обманули
Интервьюеры одарили Марию строгим взглядами
– Госпожа, какой у вас номер? Вас вызывали? Как вы смеете врываться и срывать собеседование у других кандидатов?
А один из членов комиссии и вовсе, просто попытался выгнать ее из кабинета.
- Ваше собеседование, не зависимо от должности, на которую вы претендуете, отменено. Немедленно покиньте кабинет и здание больницы!
Рука Марии задрожала, когда она, указывая на Регину, спросила у всех присутствующих.
- Это кто?
Члены комиссии переглянулись, не понимая, что хочет эта женщина, а кандидат, чье собеседование прервалось с появлением Марии, огрызнулся.
– Вы, что, глаза дома забыли или читать разучились? Там ясно написано – она директор больницы!
- Директор? Эта невежественная девчонка не более, чем хитрая змея! – голос Марии звенел, она была не в силах принять, что место руководителя, за которое она отдала свою честь, за которое она так билась, досталось Регине.
Она не в силах понять, что тут происходит закричала, забившись в истерике
– Это ошибка, эта больница принадлежит мне. Я ее владелец! Я настоящий директор!
Видя, что женщина совсем не в себе, один из интервьюеров нажал кнопку вызова охраны, которая срочно прибыла в кабинет. Они попытались вывести Марию, но та, перестав сопротивляться, схватилась за телефон и стала набирать номер Рената.
– Вы все за это поплатитесь!
Регина оперлась локтем о стол и, подперев ладонью подбородок, спокойно наблюдала за истерикой Марии.
После трех безуспешных попыток дозвониться, охрана предложила Марии покинуть кабинет, но Регина подняла руку и остановила охранников.
– Пусть звонит.
На четвертый звонок Ренат, наконец, взял трубку, и Мария сразу же включила громкую связь.
– Чего тебе? – грубо спросил Ренат.
Но Мария его не слышала, она протянула телефон в сторону комиссии.
– Скажи им быстрее, скажи им, кому принадлежит первая больница, со всем содержимым. Скажи немедленно!
– Ты где находишься? – равнодушно спросил её Ренат.
– Я в своей больнице. Ты говорил, что Вадим согласился отдать ее мне. Я в комнате собеседования, и мне никто не верит.
Последовала короткая пауза, а затем Ренат раскатисто рассмеялся и ответил, не отключаясь от громкой связи.
– Мария, ты действительно думала, что я выложил двести миллионов только для того, чтобы переспать с тобой? Да брось! Ты не стоишь и малой доли таких денег. Я просто играл с тобой, ломая твою непомерную гордость.
И он снова рассмеялся.
Звонок оборвался, но каждый, кто находился сейчас в комнате, слышал все до последнего слова. Осознание пронеслось среди присутствующих, и осуждение в их глазах сменилось сочувствием.
Мария застыла, ее ярость растворилась в неверии
– Нет… этого не может быть…
Руки её дрожали, когда она снова набрала номер Рената.
– Ответь! Ренат, ответь! – кричала она в трубку, но в ответ слышались лишь гудки дозвона.
Но звонок сорвался, а когда она набрала номер вновь, безликий голос автоответчика ответил:
«Абонент находится вне зоны действия. Позвоните позднее».
Ренат заблокировал ее номер.
С бешенным огнем в глазах Мария вновь уставилась на Регину, сидевшую за столом с безмятежным видом. Только теперь она поняла всё до конца. Ее просто использовали, а потом выбросили, за ненадобностью. Униженная, Мария бросилась вон из комнаты. Когда она уже рывком распахнула дверь, чтобы выйти, Регина спокойно сказала ей вслед:
– Мария, подожди меня снаружи.
– А что теперь? - повернулась Мария на голос Регины. – Хочешь продлить мое унижение?
– Если хочешь отомстить, лучше останься, – ответила Регина ровно.
Мария замерла, прищурившись.
– И что же ты можешь сделать? – с ненавистью спросила она, и, не дожидаясь ответа, вышла в распахнутую дверь. Регина спокойно и невозмутимо посмотрела ей вслед, ничего не сказав.
За окном сгущались сумерки, завершились последние собеседования, и интервьюеры один за другим собирали бумаги и покидали кабинет, чтобы завтра явиться с отчетами о прошедших отбор кандидатах. Регина не торопилась. Она откинулась на спинку стула, потянулась и, вздохнув, как человек, у которого прошел удачный день, повернулась к окну.
На фасаде соседнего дома мягко светился отблеск вывески «Больница Гиппократ».
Регина поднялась, подошла к окну, наблюдая за отсветом вывести, улыбнулась и вышла из комнаты.
В полумраке холла сидела одинокая фигура, почти растворившись в тени.
Мария медленно подняла голову. Ее голос был хриплым от слез.
– Ты действительно собираешься помочь мне?
Регина невозмутимо шагнула к ней.
– Это, скорее, сделка.
Холодок пробежал по спине Марии.
– Что ты хочешь? - сглотнув, спросила она.
– Я знаю, что Ренат годами сотрудничал с Власовыми, и мне нужны доказательства его участия в торговле органами.
Регина говорила спокойно. Она была уверена, что Мария отлично знает, о чем речь.
– Если у тебя есть ещё что-то полезное против него, я тоже приму.
Мария чуть приподняла подбородок.
– А что ты предложишь взамен?
Регина, помолчав немного, спросила у неё.
– Ты ведь хочешь кресло директора? Я его тебе отдам.
Мария вздрогнула
– Когда?
– Как только принесёшь то, что мне нужно, – с легкой улыбкой ответила Регина. – Ты сохранишь свой безупречный образ и тебя не коснутся скандалы Власовых. А сегодняшний день будет стерт.
Мария заколебалась.
– И как мне быть уверенной что ты не врешь?
Регина наклонилась, положила на колени Марии свою визитку и неспешно направилась к выходу. – У тебя есть другой выбор? На кого ты еще можешь рассчитывать, кроме, как довериться мне?
Ее голос эхом прокатился по пустому холлу, и каждое слово глубоко врезалось в сознание Марии. Она сидела неподвижно с непроницаемым видом. Весь круг ее общения держался на вере, что она вернула себе поликлинику и снова станет ее директором. А вот, когда весь цвет Сапровской молодежи узнает правду, она станет посмешищем, будет изгоем в их кругу.
Опустив взгляд на визитку, лежавшую на коленях, Мария вынуждена была признать, что Регина права, – другого выхода не осталось. Она взяла карточку, убрала в сумку и вышла из больницы, задумчиво глядя себе под ноги.
Дома она заперлась в ванной и встала под душ. Почти два часа она мыла и скребла себя, пытаясь смыть обиду и унижение. Она кричала от боли, когда снова и снова тёрла себя мочалкой и смывала мыльную пену горячей водой.
Мария вышла из ванной, оделась, старательно скрыв красные следы от безумного истязания себя мочалкой, и направилась в особняк Рената.
Она покойно открыла незапертую дверь, прошла холл, поднялась на второй этаж и подошла к двери в спальню Рената. Тихо приоткрыв дверь Мария вошла в спальню. Ренат, лёжа в кровати, курил, прижимая к себе раздетую девицу.
Увидав Марию, он усмехнулся и выпустил в ее сторону струю дыма.
– Что надо? Все еще надеешься, что я дам тебе двести миллионов?
Но Мария не отвечала, она достала из сумки визитку Регины и швырнула ему в лицо.
Увидав им Регины на визитке, Ренат моментально утратил ухмылку и напрягся.
– Зачем ты мне ее показала?
– Регина предложила сделку, что я предоставлю документы о твоей причастности к торговле органами, и махинациям с медицинским оборудованием, а она назначит меня директором больницы.
Ренат коротко усмехнулся.
– И что ты тогда тут делаешь? Компромат остался у тебя, вы его не обнародовали. А раз ты сейчас пришла сюда, значит ты не приняла предложение Регины.
В глазах Марии мелькнула усмешка
– Благодаря тебе я сегодня стала посмешищем. Как после этого я могу так просто доверять другим людям?
Ренат вертел визитку в руках
– И что же ты хочешь?
– Вадим никогда не был с тобой заодно. Он собирается раздавить тебя. Сколько ты еще выдержишь? – Мария холодно улыбнулась. – Говорят, скоро выйдет новая линейка медицинского оборудования для флота, так что ты и здесь теряешь позиции. Но вот тут я могу тебе помочь.
– Вот теперь у тебя появилось хоть что-то для торга, – в голосе Рената прозвучала деловая нотка, – что ты хочешь взамен?
Глава 183 Сквозь жалость и связи
Мария не стала юлить и произнесла прямо
– Я помогу тебе присматривать за Региной. Взамен я хочу пять процентов акций твоей медицинской компании.
– Смело, что решила сказать это вслух, – коротко усмехнулся Ренат.
Не теряя больше ни секунды Мария достала из сумочки готовый договор и бросила его на стоящий рядом стол.
– Подписывай и сделка вступит в силу, как только Регина исчезнет с горизонта.
Она не блефовала и не просила. В этот раз она пришла к нему подготовленной и, как ей казалось, просчитавшей все всевозможные комбинации. Ренат не спеша подошел к столу, взял договор, медленно пролистал листы, иногда останавливаясь и вчитываясь с содержимое. а когда,
– Хорошо подготовилась, да? – не удержался он от шпильки, глянув он на Марию. - Еще и кресло в совете директоров замыслила занять.
– Не позволю тебе второй раз выставить меня дурой, – слегка улыбнувшись парировала Мария и протянула ему ручку. – Регина выгнала меня из больницы и, если не получу более респектабельное место, то стану всеобщим посмешищем. А ты знаешь, как для меня важна репутация.
Ренат не ответил ей сразу, и, лишь когда она устала ждать и стала решительно убирать ручку в сумку, он перехватил ее запястье.
– Ладно, – и вывел свою подпись уверенным движением, после чего вернул Марии один экземпляр договора и, глядя ей в глаза, добавил, – но на техническую должность я тебя не поставлю.
– Мне и не нужно, – спокойно отозвалась Мария, – просто дай понять, что у нас есть общие дела и ты меня поддерживаешь.
Мария хотела получить от него лишь титул - «член совета директоров» звучит весьма презентабельно, и Ренат без возражений предоставил его ей. Но наблюдая, как она уходит, он не удержался и в его глазах проскользнула тень – резкая, непроницаемая.
Он вернулся к кровати, лег на подушку и задумался, закинув руку под голову.
Лежащая рядом женщина нежно прижалась к нему.
– Ренат, - сонно пробормотала она, - ты и вправду отдал ей эти акции?
Он издал низкий гортанный смешок.
– Она - всего лишь еще одна глупая телка, считающая себя умнее, чем есть на самом деле.
Выйдя на улицу, Мария вдохнула прохладный ночной воздух.
Пройдя несколько шагов, она остановились и медленно подняла взгляд к светящемуся окну спальни.
***
Больница «Гиппократ» расширяла набор персонала, открыв почти сотню вакансий, включая должности медицинских сестер. Но, если врачи должны были пройти личное собеседование у Регины, то окончательный выбор медсестер и младшего персонала оставался за руководством аптеки «Гиппократ».
Финальных собеседований для всей больницы было всего три. С младшим медперсоналом, с врачами и то, которое Регина выделила специально - для ветеранов, которые хотели бы получить работу в больнице. Именно об этом упоминал Вадим. Учитывая особенности здоровья ветеранов, провести с ними отдельное собеседование было очень разумно.
Собеседование для сестер назначили на утро, а ветеранов вызвали на послеобеденное время.
Светлана Климова тоже подала заявку на должность медицинской сестры. Она как раз в этом году заканчивала университет, и работа медсестрой могла принести ей опыт и надежду, что после получения диплома она сможет занять здесь место врача.
С падением семьи Климовых их финансы почти иссякли, а некогда прочная сеть связей развалилась. Единственным спасением стал таинственный покупатель, выкупивший почти семьдесят процентов акций их бизнеса, но, так и не открывший своего имени.
Три брата Светланы рухнули каждый по-своему – Николай остался инвалидом, и не мог полноценно заниматься бизнесом семьи, Лев был отстранен от профессии и лишён возможности заниматься врачебной практикой, а ничего другого он не умел, а Филипп погряз в долгах до такой степени, что предпочитал прятаться от кредиторов и, практически, не появлялся дома.
Оставшись без поддержки семьи, Светлана Климова наконец-то поняла, что в жизни ей предстоит пробиваться самой.
Но, прибыв на собеседование и увидав новое название больницы, Светлана задумалась. Неужели эта больница как-то связана с аптекой «Гиппократ».
Дождавшись приглашения, Светлана зашла в комнату для собеседования, крепко прижимая к себе сумку. К счастью, в кабинете не оказалось никого из знакомых, от кого ей стоило бы прятаться, и собеседование прошло без заминок. Света бойко отвечала на все заданные вопросы и даже попробовала строить глазки самому молодому из присутствующих интервьюеров.
Но, если Светлана никого в комиссии не узнала, то комиссия узнала ее. Слухи о том, как ее семья отнеслась к Регине, и какое в этом участие приняла лично она, были поводом для комиссии усомниться в её порядочности.
Нанять такую, значило навлечь на больницу проблемы в будущем. Как только Светлана покинула кабинет и закрыла за собой дверь, члены комиссии молча отложили ее резюме в папку отказов, без слов согласившись, что данная кандидатура не подходит для персонала больницы.
Выйдя из больницы, Светлана направилась в ближайшее кафе в полной уверенности, что собеседование она прошла и работа у нее в кармане.
И, тем не менее, обхватив обеими руками чашку с горячим кофе, Светлана нервничала, ожидая звонка из больницы, с подтверждением приема на работу.
Те, кто прошел собеседование, должны будут подойти для оформления документов и получить график работы.
В ее представлении место уже было за ней. С ее чистым послужным списком, учебой на последнем курсе, попасть в «Гиппократ» - раз плюнуть, считала она.
Не спеша прихлёбывая кофе, Светлана осмотрелась по сторонам. Компания по соседству почему-то внушала ей тревогу.
Несколько пожилых мужчин и две женщины, пододвинув несколько стульев, едва уместились за столиком. Их одежда была поношенной, хотя и чистой, со следами ремонта. Но не это привлекло внимание Светланы. Этот столик вообще никак не вписывался в антураж заведения.
У одного из стариков не было трех пальцев на руке, рядом с другим приютилась видавшая виды трость, а третий и вовсе опирался на костыль. От компании несло легким запахом морской соли и водорослей.
Света стала прислушиваться к их разговору.
– Антон, ты и вправду решился? – спросил мужчина со шрамом на щеке.
– У меня нет выбора, ответил тот, которого, по всей видимости, звали Антон. – Состояние жены ждать не может. А льготы в «Гиппократе» куда лучше, чем у государства.
- Но с нашими болячками… справимся ли мы? – спросила одна из женщин, нервно поглаживая лежащую на столе руку. Видимо, она у нее болела. – Когда-то мы спасали жизни без всяких дипломов. Сами научились и как перевязать, и как швы наложить. А теперь без диплома ты никто.
- Да, уж. Молодые врачи считают нас древностями, ничтожествами, - вторил ей другой старик.
– А людей с поля боя выносили мы. Под огнем артиллерии, под градом пуль. И спасали их безо всякой техники, без лекарств.
- Так или иначе, но у них льготы и зарплата на тридцать процентов выше, чем у обычных докторов, - высказал свою точку зрения Антон, – а с нынешними технологиями работа и вовсе пустяк, по сравнению с тем, что мы проходили.
– Я боюсь лишь одного, что нас сочтут непригодными. Столько лет практики, а сейчас даже не уверена, что смогу удержать скальпель в руке.
Сидя рядом со столиком ветеранов, Света слышала каждое слово и кривила губы в усмешке. Жалкие старикашки! Решили давить на жалость и связи? Смешно.