Алина Короткова— журналист, продюсер и редактор сферы медиа и федеральных каналов (Первый канал, Россия1, НТВ, Пятница, СТС и др.), частный консультант по речи, автор проекта «Речевой код». В интервью для сайта Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном доме журналиста поделилась секретами успешной коммуникации и советами о том, как правильно провести интервью.
— Что полезнее для грамотной речи: прочитать сто образовательных книг или пообщаться с сотней образованных людей?
— Безусловно пообщаться с сотней образованных людей будет в разы полезнее. Даже на своём курсе я говорю, что чтение практически не улучшает речь. Единственный вариант, который поможет в тренировке ораторского искусства с помощью книги — её чтение вслух.
То же самое получится, если, например, прослушать или просмотреть 100 часов уроков игры на фортепиано, ни разу не прикоснувшись к клавишам. Научиться играть на инструменте вряд ли получится.
— Некоторые тренеры речи советуют заучивать тексты наизусть. На Ваш взгляд, это рабочая техника?
— Я не уверена, что в этой практике есть какая-то польза. Очень небольшое количество людей способны добавлять эмоции в заученный текст. Если речь воспроизводится по памяти, без определённых навыков, она будет звучать как монотонная лекция, которую читают без души.
Кроме того, умение преподнести выученный текст само по себе более полезно при воспроизведении, например, стихотворений, когда цикл за циклом нужно прочувствовать каждую строчку. Но если мы говорим про монолог, объяснение или какое-то выступление, то здесь важнее держать в голове структуру или даже схему повествования, а не сам текст. Только с помощью таких ориентиров получится не потерять те эмоции, которые очень важны в обычной речи.
— Какой элемент в речи у оратора обладает наибольшей значимостью?
— Паузы — это основной инструмент, которым нужно пользоваться во время выступлений или в любой другой коммуникации. Важно помнить, что у них должно быть определённое место. Многие ошибочно считают, что нужно делать паузу между блоками текста. На самом деле, всё немного сложнее: её нужно выдерживать как перед, так и после ключевой мысли или фразы.
Кроме пауз не менее важны интонация, снижение и повышение громкости голоса, постановка логических точек повествования и возвращения к ним.
— Возможно ли усовершенствовать речь самостоятельно?
— Возможно, но гарантированно достичь получится только базового уровня. Для того, чтобы добиться профессионального владения речью, обязательно придётся обратиться за помощью к знающему человеку, который сможет услышать и увидеть Ваши ошибки со стороны и поможет от них избавиться.
Самостоятельные занятия могут принести пользу только тогда, когда необходимо отточить незначительные нюансы, а не построить речь с нуля.
Однако если человек всё же выбрал этот путь, я очень рекомендую записывать себя на диктофон и выявлять собственные недочёты при прослушивании.
— Может ли профессиональный оратор позволить себе общаться на работе или с аудиторией красиво и правильно, а дома пользоваться, например, просторечиями или жаргонизмами?
— Безусловно! Более того, профессиональный оратор может и на публике позволять себе эти речевые элементы, если они свойственны его коду коммуникации. Правильная речь и литературная речь — это не одно и то же.
Конечно, если это неуместно, не стоит использовать жаргонизмы и нецензурную лексику, например, в музее или на официальном собрании. Нужно не забывать включать эмоциональный интеллект.
— Какое качество речи можно назвать главным для достижения успешной коммуникации?
— Говоря о речи, хочется отметить важность одного её качества: она должна быть глубокой, но простой. Главная задача ораторов — донести информацию таким образом, чтобы их поняли все социальные группы. Поэтому они должны адаптировать речь в зависимости от того, куда и перед кем они пришли выступать.
Однако, если человеку свойственны сложные речевые конструкции или терминология, и он знает, что публика его понимает, нужно пользоваться и этими элементами. Главное — найти и научиться использовать именно тот стиль общения, который соответствует и речевому типу человека, и ходу его мыслей.
— По каким признакам Вы определяете, что у клиента произошёл прогресс в совершенствовании речи?
— Я понимаю, что человек успешно осваивает мой курс, когда он начинает внедрять новые привычки и программы, которые были выявлены в его речевом коде. Ещё можно сказать, что прогресс происходит, когда я слышу новые конструкции, которые клиент воспроизводит неосознанно в момент речевого «запала». Кроме того, можно сделать вывод, что человек успешно развивает речь, когда он начинает правильно использовать паузы.
Я всегда говорю своим клиентам, что приёмы, которые я им даю, впоследствии достаточно легко внедряются в речь в виде привычки. Именно такая тактика и работает.
— Нужно ли отучиться на журналиста, чтобы стать успешным интервьюером или достаточно быть любознательным человеком с хорошо поставленной речью?
— Для того, чтобы быть хорошим хирургом, нужно учиться основам, техникам и приёмам. В нашей профессии, я считаю, всё то же самое. Нужно понять внутреннюю структуру. Сейчас, например, в актёрской среде тоже ведутся споры по поводу людей, которые не получили базу актёрского образования. Эти люди приходят в профессию просто потому, что у них что-то получается само по себе. В нашем кинематографе много подобных случаев, например, Александра Бортич.
Но надо называть вещи своими именами. Александра Бортич не актриса, она артистка. Это другое направление. Так же и в журналистике. Любой человек может сесть и взять интервью. Брать любительское интервью может кто угодно, но именно журналистское, глубокое, аналитическое, получится только у того, кто имеет теоретическую базу.
— Кто добьётся большего: бестактный интервьюер, готовый заполучить желаемую информацию любой ценой или интервьюер, относящийся к героям с пониманием, но не владеющий сенсациями?
— Ни тот, ни другой. Бестактность никогда не раскроет человека. Да, мы можем выставить кого-то в невыгодном свете, спросить про неудачный развод, про социальный скандал, но это не сделает интервьюера хорошим специалистом.
Профессиональный интервьюер должен раскрыть героя с такой глубины, что его портрет начнёт играть всеми красками. Он должен побуждать в человеке эмоцию и «рисовать» в голове картинку.
В любом разговоре главный тот, кто его ведёт. Успеха добьётся журналист, умеющий направлять и вести беседу. Хороший интервьюер должен задавать не те вопросы, которые ему позволяют, а те, которые подробно раскрывают человека, каким бы он ни был.
— Почему без профильного образования не получится стать хорошим журналистом-интервьюером?
— В нашей профессии обязательно нужно образование или хотя бы глубинный курс, который поможет поймать саму структуру и некоторые подводные камни.
Человек, который построил себе дом, не является строителем. Он не делает это систематически, но учится, чтобы впоследствии жить в этом строении. И я не говорю, что такой подход плох. Вопрос скорее в том, чего человек хочет. Если он стремится достичь мастерства, то без образования ничего, к сожалению, не выйдет. Потому что даже на курсах нельзя получить то, что даёт университет по профильному направлению.
Допустим, можно самостоятельно изучить основы: узнать, что такое, например, открытые и закрытые вопросы. Но сегодня об этом знают уже пятиклассники, которые занимаются в нашей Школе журналистики или те, кто учатся в медиаклассах. Существует и множество других вопросительных конструкций: вопросы-ловушки, вопросы-манипуляции, провокационные, переходные, вопросы для отдыха и т. д. Кто-то может научиться чувствовать различные тонкости самостоятельно, но это редкий случай.
Бывает такое, что гость сам может взять в речевую ловушку интервьюера. И в такой ситуации именно образование поможет журналисту оказаться в выигрышном положении.
— Излишняя эмоциональность —положительная или отрицательная черта интервьюера?
— В зависимости от цели. Если человеку нужно растормошить и вывести на эмоции — в этом эмоциональность может помочь. Но если этот инструмент используется как выбранная «фишка» журналиста, то это скорее попытка сместить фокус с персонажа на себя.
Когда мы говорим про интервью, во главу угла мы ставим не интервьюера, а героя. В журналистике закрепилось одно заблуждение, и даже я, когда приходила учиться, думала, что журналист — это человек, который сидит на красивом стуле в шикарном платье с микрофоном и берёт интервью у великих композиторов или других деятелей искусства, и всё в его профессиональной деятельности красиво и здорово.
На самом же деле всё далеко не так. Журналист — это скорее человек, который не поведётся на провокацию и будет до конца придерживаться своей позиции. Он не поддастся на манипуляции и сможет сконструировать вопрос так, чтобы показать героя с нужной стороны, а тот, в свою очередь, уйдёт с интервью не разочарованный. Журналист, как археолог, умеет копать. И это качество стоит гораздо выше хайпа и вопросов на тему, кто сколько зарабатывает, и на чём сделал своё состояние. Умение раскрыть глубину — вот, что важно.
— Может ли журналист стать успешным в письменных жанрах, не развивая при этом устную речь?
— Да, потому что это другой тип речи. Человек может вообще не говорить и не формулировать мысли в аудиальном формате. Более того, я скажу, что ко мне приходят очень умные люди, которые, несмотря на свой профессионализм, очень плохо говорят, но как только начинают писать — раскрываются. Дело не в том, что человек плохой или с ним что-то не так.
Есть такой принцип, как «побочный эффект ума». Он может выражаться в двух разных ситуациях. Первая — человек практически не говорит или говорит очень плохо, потому что его мысль бежит слишком быстро: он не успевает её формулировать и зачастую теряет окончания предложений.
Во втором случае человек говорит слишком быстро. Когда кто-то начинает говорить без пауз, монотонно что-то кричать — это тоже «побочный эффект ума», потому что человек, опять же, пытается успеть за тем потоком мыслей, который у него движется без остановки.
Поэтому работа с речью — это в первую очередь работа с мышлением.
Нужно учиться систематизировать то, что возникает в голове говорящего. После детского возраста все мы поняли: не нужно озвучивать всё, что приходит на ум. На новом этапе взросления, уже профессионального, тоже нужно учиться. У кого-то этот процесс проходит интуитивно, но далеко не у всех.