Обратитесь к незнакомцу на улице: «мужчина», «женщина», «молодой человек», «девушка». Неловко? Стоишь и выбираешь между полом и возрастом, гадаешь, не обидится ли. А ведь ещё тридцать пять лет назад проблемы не было.
Было одно слово, которое годилось для любой ситуации. И оно исчезло.
Я помню, как в девяностые это происходило на моих глазах. Сначала «товарищ» стало звучать иронично, с ухмылкой. Потом пропало из повседневной речи, а замены так и не появилось.
Дыра в языке, настоящая и зияющая. Мы обращаемся к людям через биологические признаки, потому что другого инструмента у нас нет. Но «товарищ» не всегда было советским словом. Я полезла в Фасмера и обнаружила кое-что неожиданное.
А начиналось всё не с идеологии
По этимологическому словарю, «товарищ» происходит от тюркского. «Товар» в древнерусском означало «имущество», «скот», а «-ищ» выступал суффиксом совместности. Товарищ, если переводить буквально, это тот, с кем делишь товар, компаньон по торговле. Про идеологию и братство речи не шло.
Фасмер, Этимологический словарь: «товарищ, от тюрк. tavar „имущество, скот" + суффикс -ыш/-ищ».
У запорожских казаков «товарищ» значило «равный в походе». В купеческих артелях так называли компаньонов, с которыми сбрасывались на общий груз. Слово жило в русском языке веками, и каждое столетие подбрасывало ему новый оттенок.
В XVIII веке оно обросло чиновничьей пылью. Товарищ министра, это заместитель, товарищ прокурора, второй после прокурора. Должность, а не обращение.
Потом слово забрала эпоха
И тут история делает резкий поворот. Революция 1917 года берёт слово, которое обозначало делового партнёра и чиновничью должность, и превращает его в универсальное обращение ко всем гражданам. Разом.
«Товарищ» заменяет «господин», «сударь», «барин», «ваше благородие», «ваше сиятельство». Одно слово вместо десятка, и вся страна обращается друг к другу одинаково.
Работало это семьдесят лет. «Товарищ» не требовало знания возраста, пола, социального статуса собеседника. Годилось в магазине, на партсобрании, на улице. А в 1991 году формула сломалась за считаные месяцы.
Причём сломалась не сама по себе. Слово утащила за собой эпоха: вместе с красными знамёнами, партбилетами и портретами на стенах. «Товарищ» стало казаться чем-то ряженым, вчерашним. К середине девяностых произнести его без иронии было уже невозможно.
Единственное место, где «товарищ» выжило всерьёз, это армия. «Товарищ генерал», «товарищ майор». Там уставное обращение закреплено в документах и не обсуждается. Но за пределами казармы слово превратилось в цитату из прошлого, в кинематографический реквизит. Его произносят в фильмах о войне, в комедиях про СССР. В жизни не произносят.
Меня, кстати, всегда занимало: почему «господин» не смог заменить «товарища»? По логике, это обратная замена, вернули то, что было до революции. Но не прижилось.
А замены у нас так и не появилось
«Господин» звучит официально и сухо. Годится для суда и дипломатических нот. На рынке или в автобусе так не скажешь. Язык попросту не принял.
И вот мы уже тридцать пять лет живём без универсального обращения к незнакомцу. Французы говорят «мсье» и «мадам», поляки «пан» и «пани», а у нас: «Женщина, вы уронили», «Мужчина, передайте». По сути, мы называем человека по биологическому признаку, потому что больше нечем.
Даль в своём словаре давал «товарищ» без идеологической окраски: «сотоварищ, сверстник, ровня, дружка, однолеток». Просто «равный тебе». Нейтральное, тёплое, без малейшего привкуса политики. Словарь 1866 года, до революции ещё полвека. Через сто пятьдесят лет после Даля слово пропитается политикой настолько, что вернуть его в нейтральный обиход уже невозможно. Кто скажет «товарищ» всерьёз, тот вызовет ассоциацию с партсобранием.
А ведь само слово ни в чём не виновато. «Товарищество» до сих пор стоит в Гражданском кодексе, «товарищеский матч» произносят комментаторы без тени иронии. Производные живут, а корень засох. Странная судьба для слова, которому почти восемьсот лет.
Язык обычно сам заполняет пустоты. Появляется потребность, и слово откуда-то берётся. Но тут прошло уже тридцать пять лет, а дыра на месте. Ни одно слово не заняло позицию универсального обращения к незнакомому человеку.
В интернете пишут «уважаемый», а скажите это кому-то в очереди за хлебом. Не сработает. Я как-то попробовала обратиться к продавщице «сударыня». Она посмотрела на меня так, будто я заговорила по-древнегречески.
Языку это, возможно, уже не нужно. Эпоха индивидуализма не требует одного слова для всех. А может, мы просто ещё не придумали.
Кстати, попытки были. «Сударь» пробовали возродить в начале двухтысячных, но не пошло: звучит архаично, как на историческом фестивале.
«Гражданин» остался за полицией и судом. «Коллега» работает только внутри профессии. «Уважаемый» без имени добавляет оттенок претензии, а «друг» годится только для деревни. Ни одно из этих слов не выручит в очереди или автобусе в час пик.
Интересно, как вы обращаетесь к незнакомым людям на улице. И раздражает ли вас это вечное «мужчина, подвиньтесь» так же сильно, как меня.