Свою историю американский проект Hermetic Science отсчитывает с конца 1995 года. Именно тогда музыкальному педагогу Эдварду Л. Макэну (р. 1961), в будущем – автору популярного печатного труда «Раскачивая классику: Английский прогрессив-рок и контркультура» (1997), пришло в голову организовать нечто оригинальное. Достаточно сказать, что взаимодействие гипотетических участников коллектива строилось по образцу средневековой гильдии – конгломерата, в котором мудрый мастер-наставник готовил бы соратников-учеников к обретению статуса подмастерья. При этом ведущими инструментами предполагались фортепиано, вибрафон и маримба.
Волею судеб компаньонами Макэна стали барабанщик Майкл Моррис и басист Дональд Суини. В короткий срок возникло точно отражающее суть дела название Hermetic Science (герметика – синоним алхимии), и затея, пустив корни, крепко проросла в почву.
В 1997-м новоявленное трио выпустило безымянный дебютный альбом. Широкая аудитория его практически не заметила, а отзывы редких критиков были преимущественно нейтральными. Внимательно ознакомившись с ними, рулевой проекта принялся решительно менять стратегию.
Вторая пластинка Hermetic Science – "Prophesies" (1999) – воплощалась кардинально иным составом.
Теперь костяк команды выглядел следующим образом: Эд Макэн (вибрафон, маримба, сопрано рекордер, рояль, орган «Хаммонд», струнный синтезатор ARP, микро-Муг), Нат Пэрри (бас, треки 1-2), Энди Дарэм (бас, треки 3-8), Мэтт МакКлаймон (ударные, перкуссия). В раскладке напрочь отсутствуют вокал и соло-гитара. Старый добрый формат пауэр-трио, правда, несколько необычного свойства. И эта нестандарность сполна выявляется уже в начальной пьесе "Jacob's Ladder" авторства канадцев Rush. В смелой трактовке Hermetic Science фронтальная роль – у перкуссии. Прозрачное звучание металлических пластин вибрафона в окружении деликатной ритм-секции настраивает слушателя на камерный лад. Между тем мелодический рисунок данной вещи выдержан в строго очерченных прогрессивных рамках. Ближе к середине дорожки проклёвываются позывные деревянных духовых, а пространство наводняется медиевальными флюидами. "Intrigue in the House of Panorama" по внутренним кондициям напоминает шкатулку с секретом: совершенно не знаешь, что вскроется в следующем отделении. Смысловым же центром диска служит сюита в шести действиях «Пророчества» продолжительностью в 41 минуту. Здесь-то Эд со товарищи и демонстрируют, на какие хитроумные манёвры способно их скромное предприятие. Перкуссионные тематические вариации не оскудевают, однако движущей силой постепенно становятся разнокалиберные клавишные: помпезные, вкрадчивые, атакующие, элегически-светлые агрессивно-раскатистые, загадочные. Особенно хороша шестая фаза сюиты – "Lament". Её фортепианные ходы выдержаны в академическом русле, порою навевая мысли о легендарных британцах The Enid. Постоянно чередующиеся характеры, коим, кажется, несть числа. Но прав был мудрый царь Соломон: всё проходит. И вот уже доносятся из колонок знакомые любому прогеру аккорды масштабной фрески "Tarkus" Эмерсона, Лэйка и Палмера. Прибережённая напоследок, эта артовая рапсодия преподносится умельцем Макэном в классицистической интерпретации: чистое фоно + «живая» запись концертного свойства. Сюрприз? Ещё бы! А куда ж нынче без них...
В общем, алхимики постарались и выдали по-настоящему крепкий художественный акт, рассчитанный на любителей chamber-прога и адептов европейской сонатной классики.
Спустя несколько лет американские кудесники одарили общественность другим полнометражным студийным релизом – "En Route" (2001).
К сочинению одноимённой 44-минутной сюиты Эда Макэна подтолкнули романы полузабытого европейского литератора Жориса Карла Гюисманса (1848–1907) «Без дна» (Là-Bas, 1891) и «В дороге» (En Route, 1895). Один из наиболее противоречивых и загадочных французских писателей-философов, он зарекомендовал себя эстетствующим мистиком, оккультистом-чернокнижником, а под конец жизни – правоверным католиком. Так что интерес маэстро Эдварда к столь многогранной фигуре вполне понятен.
Открывается же программа обращением к классике иного рода. "Mars, the Bringer of War" – знаменитое творение англичанина Густава Теодора Холста (1874–1934) из симфонического цикла «Планеты» – предстаёт перед слушателем в весьма любопытной транскрипции. Этот "doomsday mix" исполнен Макэном (синтезаторы ARP String Ensemble, Микромуг, орган «Хаммонд») при поддержке басиста Джейсона Хупса и ударника Мэтта МакКлаймона. Единственное, что смазывает впечатление от эпика, неряшливое качество записи.
Прежде, чем коснуться главной темы альбома, разбитой на семь треков, отмечу, что воплощалась она ансамблистами последовательно. Основное содержимое – тетралогию под общим названием "Against the Grain" – трио под управлением Эда реализовало ещё в июне 2000 года. Высокий «штиль» магнум-опуса подчёркивается наличием беспримесных фортепианных партий, за которые, кстати, отвечает трудяга Джейсон Хупс. В непосредственном ведении самого мистера Макэна – аналоговый клавишный арсенал, разномастная перкуссия (от маримбы до вибрафона) + духовые. По характеру составляющие полотна разнятся. Если "En Route: Against the Grain, Pt. 1" тяготеет к мрачности красок, умозрительной осенней сумятице послезакатных парижских предместий, то в "En Route: Against the Grain, Pt. 2" атмосфера наполняется ощущением тайны: воздух дрожит и колеблется, в звуковом пространстве мелькают странные тени прошлого, внося в повествование дополнительные мистериальные черты. "En Route: Against the Grain, Pt. 3" – прогрессивный «тур де форс»: электроника работает в унисон с ритм-секцией, наступательный эффект композиции очевиден. Логическая развязка происходит в "En Route: Against the Grain, Pt. 4", явно инспирированной произведениями ELP.
Позиции с шестой по восьмую писались год спустя, в июле 2001-го. К тому моменту Мэтта МакКлаймона за барабанами сменил коллега Джо Наги. Заметно расширился и диапазон функций оруженосца Хупса: помимо баса в его подчинении оказались электрогитара и ситар. "En Route: Là-Bas (Down There)" отличается незначительным уклоном в готику: магический мир гримуара распахивает объятия пред жаждущим ответов неугомонным исследователем. Колорит тщательно выстроенных саунд-интерьеров восхищает осмысленностью любого из эпизодов, светскость и торжественность католической мессы сосуществуют здесь на равных. "En Route: Raga Hermeticum" удивительным манером обозначает точки соприкосновения индуистских мотивов с мелодикой площадного средневековья: культура трубадуров отражается в причудливом зеркале экзотических восточных факиров. Финал "En Route: En Route" – масштабная пианистическая зарисовка, положенная на арт-роковые рельсы; триумф классицизма по авторской формуле Эда Макэна.