Зимой 1998 года Ангарск засыпал рано. После десяти вечера улицы становились почти пустыми. Тёмные дворы. Старые панельки. Жёлтый свет фонарей, в котором снег казался грязно-серым. И женщины, которые старались не ходить домой одни. Но тогда никто ещё не понимал, что в городе уже несколько лет охотится человек, которого позже назовут одним из самых страшных маньяков России. И самое жуткое — люди ему доверяли. В тот вечер 24-летняя Ольга вышла с работы около полуночи. Она работала продавцом в небольшом магазине. Коллеги потом вспоминали: девушка очень устала и жаловалась, что снова придётся долго ждать автобус на морозе. На улице было почти минус двадцать. Дыхание превращалось в густой пар. Ольга стояла на остановке одна. Мимо редко проезжали машины. Потом возле неё медленно затормозил светлый автомобиль. Водитель опустил стекло. Что именно он сказал — никто никогда не узнает. Но свидетели позже вспомнят, что девушка сначала колебалась. А потом всё-таки села внутрь. Домой она уже не вернулась. Через несколько дней её тело нашли в лесополосе. Следователь позже скажет: «Создавалось ощущение, будто убийца действовал спокойно. Без паники. Будто делал это не впервые.» Эта фраза тогда никого особенно не испугала. Потому что в конце 90-х милиция сталкивалась с ужасом почти ежедневно. Но женщины продолжали исчезать. Сначала пропала медсестра. Потом студентка. Потом бухгалтер. Некоторые исчезали буквально в нескольких кварталах от дома. У одной девушки родители ждали её с включённым светом на кухне до самого утра. Она так и не пришла. В Ангарске начал расти страх. Женщины просили мужей встречать их после работы. Подруги звонили друг другу:
— Дошла?
— Уже дома?
— Напиши, как зайдёшь.
Но даже это не всегда спасало. Самое страшное выяснится позже. Многие жертвы сами добровольно садились в машину убийцы. Потому что за рулём сидел милиционер. Михаил Попков. Спокойный мужчина с уставшим лицом и тихим голосом. У него была жена. Дочь. Обычная квартира.
Соседи говорили:
— Нормальный мужик.
— Всегда здоровался.
— Никогда не скандалил.
Никто не видел в нём чудовища. Позже следователи восстановят примерную картину его преступлений. Он ездил по ночному городу и высматривал женщин, возвращавшихся домой одних. Иногда предлагал подвезти бесплатно. Иногда показывал удостоверение. А иногда женщины сами спокойно садились к нему, увидев милицейскую форму. Потому что рядом с сотрудником милиции было не страшно. Именно это потом назовут главным ужасом дела. Одна из выживших женщин позже рассказывала, что до сих пор помнит запах в его машине. Сигареты. Бензин. И металлический запах крови, который она тогда не смогла понять. Она села к нему ночью после ссоры с друзьями. Попков был очень спокойным. Даже заботливым.
Спросил:
— Замёрзла?
А потом неожиданно свернул не туда. Женщина сначала подумала, что водитель объезжает дорогу. Но вокруг становилось всё темнее. Фонарей почти не было. Только лес. Тогда она начала паниковать.
Спросила:
— Куда мы едем?
Попков посмотрел на неё абсолютно пустым взглядом и сказал:
— Сейчас узнаешь.
Женщина рассказывала, что именно его спокойствие испугало её сильнее всего. Не злость. Не крики. А ледяное равнодушие. На светофоре она успела открыть дверь и буквально выпала из машины на дорогу. Попков не стал её догонять. Просто уехал. Позже следователи скажут: возможно, это была одна из немногих женщин, которой удалось спастись. Но большинство жертв не успевали понять, что происходит. Некоторых находили спустя недели. Зимой тела лежали под снегом месяцами. Иногда их случайно обнаруживали грибники или охотники.
Один оперативник позже вспоминал:
«Самое страшное было приезжать в лес ночью. Тишина. Снег. И понимание, что убийца где-то рядом.» Потому что Попков нередко возвращался на места преступлений. И иногда даже участвовал в расследованиях. Представьте этот ужас: убийца стоит рядом со следователями и обсуждает собственные преступления. Годы шли. Количество жертв росло. Но маньяка никто не мог вычислить. В Ангарске начали появляться слухи. Люди говорили: это банда, бывший зэк, сатанист, приезжий. Никому даже в голову не приходило проверять милиционера. Сам Попков продолжал жить обычной жизнью. Ходил в магазин. Общался с соседями. Иногда выпивал с коллегами. Его дочь позже рассказывала, что отец мог вечером смотреть телевизор с семьёй, а ночью уехать «по делам». Никто не задавал вопросов. Только спустя много лет следствие снова подняло старые дела. Новые ДНК-экспертизы неожиданно дали совпадение. Под подозрение попал Попков. Когда оперативники пришли его задерживать, он вёл себя удивительно спокойно. Без паники. Без сопротивления. Будто давно понимал, что однажды за ним придут. Но настоящий шок начался на допросах. Следователи позже рассказывали, что Попков говорил об убийствах почти без эмоций. Спокойно пил чай. Иногда улыбался. Мог внезапно начать вспоминать погоду в день преступления или какую-нибудь случайную мелочь.
Один следователь позже признается:
«Было ощущение, будто перед тобой не человек, а пустота.» Позже суд назовёт его одним из самых опасных серийных убийц России. Количество доказанных жертв перевалит за десятки. Но многие уверены, что настоящих жертв было намного больше. Потому что часть женщин так и не нашли. Они просто исчезли. Навсегда. После ареста Попкова женщины в Ангарске говорили одну и ту же фразу: «Мы боялись тёмных улиц и чужих людей. А опасность сидела в милицейской машине.»
И, возможно, именно это делает реальные преступления страшнее любых фильмов ужасов. Потому что иногда монстр выглядит как обычный мужчина, который просто предлагает подвезти тебя домой.
